С того момента, как мой ребенок впервые присосался к груди, грудное вскармливание стало вызывать у меня исключительно трепетные и нежные чувства. Действительно, этот процесс может и, наверняка, призван приносить особенное удовольствие женщине. Для меня история ГВ начиналась как нельзя лучше. Я сумела избежать характерных для начала вскармливания проблем: ребенку потребовалось всего два часа, чтобы рассосать грудь и натренировать захват. У меня не было ни трещин, ни болей, ни лактостазов. Молоко било фонтаном. Мне удавалось в любой момент сцедить молокоотсосом полную 170 мл бутылочку за 15 минут. Что касается самых положительных эмоций, которые может испытывать женщина, глядя в процессе кормления на своего малыша, все это было и у меня. Это было чудесно. Первый месяц.
А во второй месяц в очередной раз пришла патронажная сестра и рассказала мне, что пора ребенка переводить на кормление по режиму. Мать моя подтвердила, что есть такое дело и в свое время я тоже была откормлена по режиму. Были доставлены в мой мозг прелести и нужности режима. Я согласилась. И как мне теперь кажется, что очень зря. Я на самом деле не противница режимов или кормлений по требованию, не противница ИВ или ГВ, я считаю, что действовать нужно исключительно по ситуации, наблюдать за ребенком и полагаться на свою материнскую интуицию. Но в данном случае я положилась на мнение более опытных и старших, как на единственно верное, не изучив предварительно вопрос и другие мнения. Ровно со второго месяца мой ребенок стал недобирать вес, стал плохо кушать. ГВ стало приносить и отрицательные эмоции. Сюда наложились проблемы коликов и срыгивания. Я пыталась восстановить ситуацию с кормлением: изучала этот вопрос и практиковала разные вещи, которые касаются процесса грудного кормления. Потихоньку я сходила с ума, на меня давили врачи, которым нужно было откормить моего ребенка до "нормального" веса, на меня давили проблемы с Катиным животом, но больше всего на меня давила послеродовая депрессия. Я стала опускать руки - я решила забить на все и переждать: переждать колики, срыгивания, истерики у груди и недобор ребенкиного веса. Я приготовилась пустить все на самотек, расслабиться и снова получать удовольствие от ГВ. Но внезапно сильно заболела и не смогла больше кормить грудью из-за антибиотиков. Тут можно было думать, кормить или не кормить будучи на антибиотиках, и если бы кроме этих лекарств не было больше никаких дополнительных обстоятельств, препятствующих моему ГВ, я бы не думала и дальше кормила. Но навалившуюся внезапно и совершенно глупую болезнь я сочла за знак. И прекратила давать грудь.
Отлучение от груди для ребенка прошло незаметно. Она у меня никогда грудь не воспринимала как успокоительное. Исключительно как еду. Поела и бросила. Так что трудность заключалась лишь в приучении ребенка к бутылке. Но за сутки она поняла, откуда теперь дается еда и стала хорошо сосать.
Отлучение от груди для меня прошло куда менее спокойно. Я ощущала странное чувство. Будто порвалась нить, связывающая меня и Катю. Как будто я перестала её понимать, я перестала её чувствовать. Я очень сильно растерялась, расстроилась и мне было страшно. В какой-то момент я засомневалась, что хочу, что могу быть ей матерью.
Итак, за неделю лечения молоко сцеживалось и выливалось. Потом еще месяц я сцеживала и давала свое молоко из бутылочки. Мне было так удобнее: я видела, сколько ребенок съедает, видела, что она наедается и, самое главное, не психует во время кормления. Я была спокойна. Потихоньку вернулась наша связь. А мое молоко, как раз наоборот, потихоньку меня покидает. С трех "молочных" кормлений в день мы докатились до одного. А за последние два дня я не давала своего молока ни разу. Я считаю, что на сегодня мое ГВ завершено, хотя грудь еще наливается, но это уже совсем никуда не годится и не берется в расчет.
Грудью я кормила 3,5 месяца. В период с 3,5 до 5-ти месячного возраста Катя была переведена с СВ на ИВ. Меня полностью устраивает моя история. Я ни о чем не жалею.
Но до сих пор с грустью вспоминаю первое время. У меня есть фотографии и я периодически терзаю, глупая, себе душу, глядя на них.
