4 ноября 2010 г. Начались праздники. Справки продолжу собирать 8 ноября.
Для очистки совести решила перед поездкой в Новосибирск посидеть с мамой и повыбирать с ней деток.
На рабочем столе по центру была фотка Русланчика. Там же, на рабочем создала отдельную папку и подписала «Детки». Решила туда накачать фотографии понравившихся мне, чтобы она посмотрела, ткнула пальцем на того, кто ей приглянулся, чтобы я понимала в случае чего, если с тем, кого я выбрала, не получится, хотя бы какого типажа ей нравятся.
Ориентироваться по одному племяннику, которого она считала мальчиком неземной красоты (огромные глаза, длиннющие ресницы, кровь с молоком и кушает очень хорошо), я бы не хотела. На одном примере делать выводы было бы некорректно, да и собственный внук – это не детка со стороны. Сложно объективно оценивать.
После первой же скаченной фотографии у меня виснет компьютер!... Ничего не понимаю… Все же было нормально… Перезагружаюсь… Опа! Не могу зайти в Интернет! Что случилось? И роутер перегружала, и снова перезагружалась, ничего не помогала… Так до конца дня я в Интернет зайти не смогла…
М-дям, не хочет мой Русланчик, чтобы рядом с его фотографией была папочка с изображением других деток… Не хочет, чтобы я кого-то еще выбирала!... ;)))
5 ноября 2010. В сеть смогла войти только на следующий день, но решила не повторять попыток с выбором. Но мысль о том, что направление буду брать не на одного ребенка, а просто приеду в приют и там на месте уже решу, сколько деток буду смотреть, засела прочно… Русланчик будет не один, а один ИЗ…
Решила таким образом и себе проверку сделать и маме угодить.
Из-за волнений, связанных со сбором документов, поймала себя на том, что не чувствую к Асланчику ничего! Хотя по привычке продолжаю с ним разговаривать в мыслях и всегда ношу его фотографию с собой… Меня это испугало сильно. Может мама права? Не мое? Те, кто влюблялся в фото и в итоге этих же деток забирали, писали, что чувства были на пике несколько месяцев, пока ребенок не попадал домой, а там уже трансформировались в другие, более глубокие. А у меня? Неделю рыдала над его фотографией, говорила: «Нужен любой, от любой мамы!», а сейчас – пустота…
А еще других смотрю, пытаюсь выбирать… Жуть! Даже готова от него отказаться в угоду родне.
Себя успокаиваю: «Я не должна себе насчет него ничего придумывать и не должна испытывать чувство вины! Я его даже не видела и он меня не видел, а, значит, я его не травмировала!»…
Ночью приснился очень страшный сон.
Я должна была разделать детеныша кабана. Снять шкурку, предварительно отрубив копытца, а из мяса что-то приготовить. Кабанчик был живым. Я отрубила копытца передние. И вот я вижу его без передних копыт, жалобно ковыляющим, он плачет… А у меня в голове: «Мне сказали, что я его должна разделать и приготовить из него блюдо.
Должна! Я ведь уже ему навредила. Я уже начала процедуру! Уже назад ничего не вернешь… Надо закончить, чтобы не мучался! Процесс запущен!...»
Но потом я на полном бегу резко затормозила, перевязала ему культи: «Нет, малыш, ты будешь жить! Да, я тебе навредила, но я смогла вовремя остановиться… Ты будешь жить, а с остальными, кто дал команду насчет тебя, я разберусь!»…
Просыпаюсь в слезах и холодном поту. «Русь, сынок, если ты меня дождешься, заберу тебя! А с остальными – разберусь!»…
Тихо… не спеша… едет крыша…
6 ноября 2010 года. Состоялся разговор с начальником. Не ожидала такой его реакции. Сначала убеждал меня, что в нашей стране трудовой стаж особой роли сейчас не играет и что трудовая мне на фиг не нужна. Ее никто не требует, но когда узнал, КУДА мне это нужно, сказал, что это – благое дело и сделает все, что от него зависит. Поможет мне, вплоть до того, что официально устроит к своим друзьям с записью в трудовую. В общем, начальник полностью вошел в мое положение, встал на мою сторону и решил мне помочь.
Я никогда не знала, как он относится к самому факту усыновления, а тут поддержал. Камень с души упал…
8 ноября 2010 года. Звонит начальница (жена начальника). Конечно же, она не могла оставаться равнодушной к моей истории и к моему намерению! Разговор был тяжелым. Пыталась меня отговорить от этого шага, прикрываясь добрым и небезучастным ко мне отношением…
Да на фиг я ей сдалась, чтобы она так за меня переживала? Понимаю, что такая яростная позиция «против» вызвана своим козырным интересом. В процессе разговора все встало на свои места.
Как оказалось, начальник давно мечтал о сыне, о наследнике, а родились две дочки. Он и захотел сделать доброе дело – взять из приюта. А ей на фиг это было не нужно. И она привела тыщу и один довод, почему они не могут себе это позволить ни морально, ни материально!... Он, конечно же, согласился с этими доводами…
А тут какая-то подчиненная без кола и двора, без мужа, с мизерной зарплатой, которую они платят, собралась взять ребенка, не взирая на всякие минусы, которые она приводила! Да она просто обязана меня отговорить, иначе дома будут попреки, что вот, мол, она не согласилась в свое время, а Анжела, смотри, какая молодец, взяла и не побоялась, хотя у нее все сложнее, чем у нас…
Атака была суровой. Началось все мягко: «Подумай хорошо, зачем тебе это нужно? Почему не хочешь своего родить? Я ведь тебе добра желаю… Я тебе денег дам на искусственное оплодотворение! Пойдешь в банк спермы и сделаешь себе беременность! А лучше вообще сделать так: найди себе мужика женатого, чтобы с женой у него было нормально, чтобы не собирался от жены уходить и побоялся бы ей рассказать о ребенке на стороне, у которого уже есть дети, забеременей от него и роди для себя!» Так и хотелось ей сказать: «Мужа твоего можно для этих целей использовать?», но сдержалась… Начальство ведь…
Видя, что я не поддаюсь, начала давить: «Я тебе как психолог говорю: тебе ребенка никто не даст! Будь я на месте психологов, я бы дала отрицательное заключение. У тебя нет материнского инстинкта!...» «А как же ты мне, без инстинкта, предлагала своего родить?» «Ну, когда родишь, тогда и появится!»
Дальше пошли страшилки из жизни: «Вот у меня знакомая взяла ребенка нерусского, он вырос, нашел своих родственников, поселил их у себя дома, а ее выгнал из дома, потому что зов крови был сильный! Не боишься, что и твой нерусский своих позовет и тебя выгонит?» Хорошо еще, что мы по телефону разговаривали, иначе она бы увидела, как я сгибаюсь пополам от смеха…
Дальше пошла в ход тяжелая артиллерия: «Ты понимаешь, что ты нас подставляешь?!» «И каким это образом? Я собиралась решить вопрос с ребенком во время своего отпуска за 2 недели, а после выйти снова на работу и работать в обычном режиме. Где подстава? Подстава была бы, если бы я забеременела и позвонила по телефону: «Завтра ложусь на сохранение и идите все на фиг!» Вот это была бы подстава!...» «Ну ты сравнила! Если бы ты забеременела, мы бы были рады!»… Ахринеть логика!...
Билась она со мной отчаянно: «Да если ты возьмешь ребенка – я тебя уволю! Мне тут работник с грудным ребенком не нужен!» Я ей: «Твое право… Я понимаю, что ты за меня переживаешь, что желаешь мне лучшего, я постараюсь сделать все возможное, чтобы мое «мамство» не отразилось на работе…»
Дальше уже мягче: «Ну, когда будешь брать, только не усыновляй! Бери под опеку! В случае чего сдашь обратно!»… Ага, как в законе о правах потребителя «две недели на обмен-возврат»…
Дома прессовался некисло и начальник, поэтому в очередной раз, придя на работу, я увидела, как он нес инфу для меня, боясь ее по дороге расплескать… Началась обработка: «вы понимаете, что рискуете сильно? Там же все дети больные! Зачем берете новорожденного? Берите лучше 5-летнего. У него сразу все на лице написано!» Я ему сую фотку своего Русланчика: «Он больной?» Он: «Глаза умненькие…» Задачу выполнил, нес инфу, не расплескал, вылил ее на меня, дальше уже были его мысли, которые отличались от тех, которые влила ему жена дома. С ним стало легче общаться… По крайней мере, он хотя бы делал вид, что понимает мою позицию…
Я долго думала, что делать с этой справкой о работе. Официально он меня к себе устроить не мог. Были сложности, которые он мне объяснил и я понимала, чтобы их преодолеть, ему нужно постоять в куче очередей и потерять много времени… Я и не настаивала… Устраиваться официально к какому-нибудь его другу тоже не хотелось, потому как если туда позвонят, а меня в глаза никто не видел, то будет как-то некрасиво…
В конце концов, я же работаю у него много лет. Реально работаю. И он мне платит зарплату! В этом была чистая правда. А то, что он за меня, своего работника не отчитывается перед государством – это уже не моя вина, а вина работодателя.
Поэтому решила сделать не липовую справку о работе, а настоящую, в которой указывалось, что я работаю именно у него, и что он мне платит зарплату и что рабочее место за мной во время моего отпуска, сохраняется. У него есть печать фирмы, которую он носит с собой. Он ею шлепнул и получилась у меня настоящая, не липовая справка о работе! И если кто спросит, если кто будет звонить – я тут проработала много лет, я знаю, о чем говорить и что рассказывать о своей работе.
Почитала еще раз закон. Нигде не написано, что нужна форма 2 НДФЛ. Ее требуют внегласно. Но даже для суда она не обязательна! В законе написано, что нужно предъявить ЛЮБОЙ документ, подтверждающий то, что ты где-то что-то зарабатываешь. Этим документом стала правдивая справка о моей работе. И мое счастье, что мой начальник согласился ее дать (я сразу сказала, что справка для Новосибирска, а там по барабану, все ли он пункты закона соблюдает или нет, для них главной являюсь я, поэтому будут проверять меня, а не его коммерческую деятельность).
Нарисовала по шаблону характеристику с места работы, которую он тоже подписал.
Уф… Мои самые сложные пункты… У меня были эти справки на руках… И теперь оставалось самое страшное – чтобы в Новосибирске не потребовали по примеру московских судов – 2НДФЛ…