Доброе, злое, ничтожное, славное,—
Может быть, это всё пустяки,
А самое главное, самое главное
То, что страшней даже смертной тоски,—
Грубость духа, грубость материи,
Грубость жизни, любви — всего;
Грубость зверихи родной, Эсэсэрии,—
Грубость, дикость,— и в них торжество.
Может быть, всё разрешится, развяжется?
Господи, воли не знаю Твоей,
Где же судить мне? А всё-таки кажется,
Можно бы мир создать понежней.
Дмитрий Мережковский
