Если ли среди нас вегетарианки?
Почему вы ими стали?
Нашла интересную беседу о вегетарианстве с Александром Хакимовым (известный в России и других странах специалист по ведической культуре, писатель, психолог, художник, философ, теолог, проповедник).
Прилагаю для обсуждения:
Светлана Школьная:
Александр Геннадьевич, давайте говорить о вегетарианстве, об этом наш портал, людей интересуют все аспекты такого питания.
Александр Хакимов:
Однажды я читал лекцию о вегетарианстве в одном медицинском институте. Представьте - меня слушают ординаторы. Напряженно так слушают и в конце заявляют: человек без мяса не выживет, мы доктора, мы знаем. Я их спрашиваю: вот я 25 лет не ем мясо, когда я, по вашим расчетам, должен умереть. Моя дочь никогда в жизни не ела ни рыбу, ни мясо, ей уже 26 лет, когда она должна умереть? При этом она занимается актерским мастерством, танцами, у нее высшее образование, по всем параметрам она преуспевает. А когда должен умереть слон-вегетарианец? Горилла - очень сильное животное и при этом питается растительной пищей, когда она должна умереть? И, конечно же, ответа мне дать никто не смог. Это опыт. Спорить можно бесконечно, но на опыте вы видите, что вегетарианство превосходит мясоедение по всем параметрам - интеллект, выносливость, продолжительность жизни, количество заболеваний. Просто эти параметры надо соизмерить, тогда все понятно становится. У вегетарианца обостренный интеллект, а интерес к жизни и любознательность раз в сто превышают обычные параметры. Сейчас мой опыт вегетарианства - 30 лет.
Светлана Школьная:
С чего 30 лет назад начали вы? Почему вдруг вегетарианство?
Александр Хакимов:
Сначала это было неосознанно, я не любил убийства. Я видел иногда, как дети убивают насекомых, лягушек, для меня это была страшная картина. Когда я спрашивал у старших, для чего убивать животных, мне отвечали, что надо как-то жить и питаться чем-то. Надо принять это как реальность жизни. Тогда мне пришлось принимать, внушать себе, что я мужчина, что не должен быть слабым, должен учиться убивать. Так и не научился, конечно. Я физически и эмоционально чувствовал себя все хуже и хуже. Была во мне какая-то бессмыслица. И я сказал жене - похоже, что дело в мясе, давай перейдем на вегетарианство, она меня поддержала.
Светлана Школьная:
А вы тогда уже занимались какой-то духовной деятельностью?
Александр Хакимов:
Просто интересовался учениями Востока, ахимса (принцип ненасилия) меня всегда привлекала. Но здесь я просто почувствовал, что внутри какое-то осквернение, особенно четким это ощущение было после приема пищи. Знаете, есть такая штука... Когда человек вроде ест, блюда заказывает любимые, но при этом он нуждается в спиртном. Дело в том, что мясо - оно трудно усваивается, мы не приспособлены к потреблению животной пищи. И алкоголь требуется как раз, чтобы мясо переварить, это такой жидкий огонь, который стимулирует работу пищеварения. Без этого огня вы чувствуете, как будто разлагаетесь, накапливаются шлаки. Поскольку я не был пристрастен к спиртному, я испытывал именно это. И в первый же день нового режима я почувствовал перемены - бодрость, уверенность в том, что я поступаю правильно.
Светлана Школьная:
Не возвращались потом к мясу?
Александр Хакимов:
Нет. Это уже другой опыт, после которого есть мясо, вряд ли захочется. Разумные ограничения дают большие силы, это называется аскеза, она очищает. Вот моя аскеза тогда началась. Позже я стал подробнее изучать учения, я увидел, что это целая наука, а не просто мода. Это необходимость для человека. Я стал даже другим людям говорить об этом, что лучше перестать есть мясо. Процесс шел, окружающие пытались осознавать мои слова.
Однажды я увидел страшную картину в магазине. Она меня шокировала, хотя до этого я видел ее почти каждый день, ведь всегда ходил в гастроном. Я увидел большую свиную голову. Представьте - когда человек ест мясо, он не видит, что это голова зверски забитого существа, только что отрезанная. Он видит пищу. А я, поскольку от мяса отказался, стал видеть иначе, я был шокирован - как же можно есть вот такие трупы. В уме всплыло именно слово «труп». Это никак не является нашей пищей.
Светлана Школьная:
Не может, но все же является, ведь люди едят, как вы сказали, «трупы».
Александр Хакимов:
Если бы трупы. Но люди трупы не едят, это же падаль. А человеку нужна свежая кровь убитого. Поэтому он отбирает жизнь насильно, ведь животное ее не отдает добровольно, как яблоня, например, отдает созревшее яблоко, продолжая при этом пахнуть и радоваться жизни.
Животное страдает, эти страдания, они фиксируются в его клетках (адреналин и прочие вещества, которые вырабатываются в максимальной концентрации в состоянии стресса, боли). Все эти химические вещества человек потом поедает. Это можно заметить на собаках. Если вы кормите собаку сырым мясом, она злая, это хищник. А собака вполне может жить на вегетарианской диете, и тогда она меняется на глазах, ее характер становится другим. Так вот люди - тем более. Человек - он мудрый, добрый любящий. И разумен при этом. Если он таким не будет, то не реализует себя как человека. А мясо - это шаг к животным эмоциям, агрессии, гневу. В мире больше войн и революций, когда люди едят мясо. Об этом говорит закон кармы. Если мы устраиваем бойню для животных, то карма устроит бойню для людей.
Вот мудрецы говорили, что мясоедение - причина войн. Ведь каждый день миллионы животных забиваются. Если заглянуть в историю религий, то можно увидеть, что Будда специально пришел именно для того, чтобы остановить убийство животных. Он обеспокоился, что для людей это неблагоприятно. И тогда еще не было того, что мы сейчас наблюдаем. Сегодня это хорошо продуманные, технически оснащенные бойни.
Светлана Школьная:
Вы упомянули, что стали пропагандировать вегетарианство. Как на это отреагировали окружающие? Я, например, часто встречаю непонимание.
Александр Хакимов:
Чья реакция агрессивная?
Светлана Школьная:
Тех, кто ест мясо.
Александр Хакимов:
Вот. Стоит отличаться чем-то от агрессивного человека, как он проявит агрессию. Опасно, если вы не разделяете его мнение. Вот оно, мясо.
Но мы не говорим о вегетарианстве отдельно от учения. Так как это будет противопоставление, мы разделимся - общество мясоедов, общество вегетарианцев. У нас будут разные культуры. Сначала мы говорим с людьми о духовности, а потом, когда приходит осознание - об образе жизни. И тогда не возникает противоречий. Я вегетарианец, но под этим углом уже не смотрю на людей, мне неважно, ест ли человек мясо. Я вижу, что он - душа. И позже, если он соглашается с духовным знанием, если он хочет познать, то я начинаю говорить о вегетарианстве. Тогда он не сопротивляется, принимает слова с благодарностью. Люди хотят духовной жизни, раньше это был спорный вопрос, сейчас никто на моих лекциях мясоедение не отстаивает.
Светлана Школьная:
Не соглашусь, вопрос остается спорным, пусть не на ваших лекциях, а в целом. Или вы видите положительную в этом плане тенденцию?
Александр Хакимов:
То, что я наблюдаю - все люди склонны к вегетарианству. В глубине своего сознания. Да, у них убеждение, что их предки ели мясо. А наши предки - арии - не ели мясо никогда. Это не национальность, арии были в Индии и России. Это уровень сознания, любой может стать арийцем, если разовьет духовность. И это культура руководствовалась принципом ахимсы - ненасилия. Без необходимости наши предки не отнимали жизнь. Мясо позволялось есть только тогда, когда грозила голодная смерть. Но и здесь есть много ограничений - например, если вы умираете с голоду, мать убивать нельзя. Это может быть родная мать, корова (она дает молоко), земля, воспитательница, жена царя, жена священника… Вот ограничения такие люди должны знать, если хотят продолжать есть мясо. Была у меня такая история: я еду в междугороднем автобусе с одним человеком. Сидим рядом, он читает Библию, а я - Бхагавад Гиту. И мы смотрим друг другу в книги. Он говорит: вы нарушаете законы Бога, отказываясь от мяса. А в Библии рекомендовано есть мясо. Поскольку Библия у него была прямо на руках, я попросил его найти текст с этой рекомендацией. Я Библию до этого не читал, поскольку воспитывался в атеистической семье. Он открыл: «Даю вам в пищу и … тех, кто имеет такие-то копыта, вот такие названия - можете их есть». Вот как будто прямое наставление. Я опускаю глаза ниже и тут вижу следующий стих: «…но и за это спрошу с вас». Я показываю собеседнику второй стих, а он мне первый. Спор наш не закончился продуктивно. Если человек выбирает мясо, все равно остаются ограничения. Ведь хорошие вещи (хлеб, например) ограничивать никто не просит. А водку, сигареты ограничивают. Так же и с мясом. Хотите - ешьте, ограничивая себя. Вам дано выбирать.
Светлана Школьная:
Приводится достаточно и других аргументов в пользу мясоедения… Говорят, мы - потомки мясоедов из каменного века.
Александр Хакимов:
Это не наши предки, это обезьяны, которые и сейчас где-то существуют. Первобытные люди в верховьях Амазонки, например, живут и едут ящериц, еще что-то невегетарианское. Живут себе как первобытные и ничему не удивляются. Теория Дарвина трещит по швам, я на нее не могу опираться, она себя не оправдывает. Дарвин что говорил? Что побеждает сильнейший. То есть агрессия - сила? Благодаря теории Дарвина стали применять хлор в Первой мировой войне, травить людей, раз уж побеждает разумный. Общественность тогда возмутилась - а как же воинская честь. Но людям сказали - выживает сильнейший. Так и появилось оружие массового поражения, это теория Дарвина к этому подтолкнула.
Я однажды посмотрел документальный фильм о природе, который снял мусульманский режиссер. Так вот, он показал другую картину: черепаха отложила яйца, черепашата появились на свет, и им надо было добраться до воды. Один заблудился и оказался прямо рядом с крокодилом. Что сделал этот хищник? Он схватил черепашку, принес в воду и отпустил. Смотрите - сострадание. Выживают как-то иначе, без поедания друг друга, без теории о сильнейшем.
Светлана Школьная:
На что вы опираетесь, если не на теорию Дарвина?
Александр Хакимов:
Я опираюсь на любовь. Дарвин исключил вообще это понятие. На ее место встала агрессия как принцип выживания. Не знаю, был ли Дарвин вегетарианцем. Я опираюсь на ведические книги, где описывается теория творения. Мы говорим о том, что все живые существа исходят из одного источника - высшего разума. Я не разделяю теорию Дарвина, не могу принять, что какая-то неразумная клетка постепенно стала человеком. Даже ребенку много от природы дано, но при этом, если не вкладывать в него усилия, из него ничего толкового не выйдет. Ребенок не знает, кто он, что должен делать, как выжить, знания ему дают старшие. Так вот откуда знание изначально пришло? Как человек разумный мог сам себя так развить?
Светлана Школьная:
Многим на священные писания опираться нелегко, сложно принимать на веру.
Александр Хакимов:
Я без доказательств до сих пор ничего не принимаю, воспитание такое. Этим я и занимаюсь, ищу доказательства, читаю писания, пишу книги. Вот в Бхагавад Гите надо понять одну вещь. Я - не это тело. Душа бессмертна, тело временно. Но я знал это еще до того, как прочел Бхагават Гиту. Потому что у меня был опыт клинической смерти. Я убедился, что после смерти жизнь продолжается. Мне было нетрудно принять, что там написано. Что родившийся умрет, а потом снова родится вновь.
Когда человек засыпает, ему снится сон. Бывает, когда вы понимаете, что это сон. А в основном вы думаете, что это реальность. Но проснувшись, вы понимаете, что спали. Как вы это осознаете? Почему не наоборот? Потому что эта реальность превосходит ту. Потому что вы проснулись там же, где легли, это реальность постоянна, поэтому вы на нее и опираетесь. Восприятие здесь более емкое. Вот когда я вышел из тела, мое восприятие было более емким, я был более осознанным. Та реальность была выше, в ней мощнее была способность видеть, мыслить, осязание было таким, какого здесь не бывает.
Это и другие знания содержатся в священных книгах. Как и правила, заповеди о том, что человек должен делать.
Светлана Школьная:
Что касается заповедей… Сегодня большинство людей, хотят жить так, как им захочется. Есть из чего выбирать. Я читала, что такой спектр выбора и приводит к шизофрении, к тому, что человек в результате перестает понимать, куда он движется и зачем.
Александр Хакимов:
Это полбеды, если бы люди не знали дороги. Но мы ведь еще и в страхе живем. Это массовая потеря смысла жизни, страх завтрашнего дня. Везде много беспокойства, в личной жизни неуверенность. Нужна духовность, и тогда люди станут сильными. Аскеза нужна, чтобы обрести умиротворение. Шизофрения - это результат борьбы с собственной совестью, с собственным вожделением. С желаниями, которые не реализовываются.
Проблема современного мира в том, что люди не следуют законам Бога, но сразу хотят найти свой жизненный путь, стать счастливыми. Это невозможно. Сначала яма и нияма, потом асана, пранаяма и так далее. И жизненный путь определяется, ум проясняется. Ведь если я не усвоил принципы нравственности, то как же я могу выбирать путь? Мне не хватит чистоты разума, ведь я не направил его правильным образом. Что хочу, то и делаю, и не знаю, что завтра захочу. Нет принципов. Сначала нужно усвоить простые правила.
Светлана Школьная:
А меняется ли обстановка в нашей стране? Вы в России бываете наездами, какую картину наблюдаете?
Александр Хакимов:
Замечаю, что ситуация сильно меняется к лучшему. Россия делает шаги в сторону духовности, люди задают год за годом совсем другие вопросы. Раньше даже слов «карма» и «гуны» не знали, а сегодня спрашивают - где найти духовного учителя. Это же какой уровень уже! Меня это радует.