каким?да никаким)))с праздником,который всегда с нами(да простит меня Хемингуэй)))
"Трешка на Соколе
Началось все с того, что Люда, которая живет в Израиле и воспитывает сына, захотела салата оливье. Она написала мне об этом оттуда смс. Я очень впечатлительный человек, особенно теперь, когда впечатлений не хватает. Смска про новогодний салат запала мне в душу и стало понятно, что без оливье сегодня не прожить. Для приготовления не хватало только огурчика и я пошла по морозу за огурчиком, немного проклиная свою прожорливость. Почему-то Люда не сказала, что хочет, например, перечитать романы Толстого. Или покачать пресс...
Я купила огурчик. Курочку купила. Купила апельсинов, чтобы запечь курицу в апельсинах, купила тимьян, чтобы было ароматнее. Купила рукколу и помидорок черри, брынзы взяла и просто сыра, вяленых томатов, мяса, соков, картошка еще заканчивалась дома...
Выхожу из магазина, шесть сумок с огурчиками. Волоку это все, тяжело ужасно, холодно, немного вспоминаю Люду с ее смской. В лифте нажимаю на кнопку 17 и тут меня осеняет: если сейчас не поставлю тяжелые сумки на пол, а доеду до своего этажа, то сбудется мечта про квартиру на Соколе (трешка, высокие потолки, два балкона). Помните, как у Толстого: Андрей загадал про Наташу, если она подойдет сначала к кузине, а потом к другой даме, то станет его женой. И вот я еду в лифте, как Андрей Болконский, который любит оливье и хочет жить на Соколе. Держу сумки, тяжело, но принцип есть принцип. Хочешь квартиру - терпи, Алеся. Каждый несет свой крест. Бог терпел и нам велел. Еду и примерно так думаю, ручки пакетов режут пальцы до костей. И вот посередине моего неистового пути к мечте лифт встает. Это случалось и раньше, но не в такой ответственный жизненный момент.
Есть несколько вариантов заиметь трешку на Соколе. На нее можно заработать, получить в наследство или удачно выйти замуж. Все эти способы я почему-то отвергла и выбрала самый очевидный. Я начала бить головой в кнопку вызова диспетчера. Диспетчер спросила: «Что у вас случилось?» Отвечаю: «Мне нужна трешка на Соколе!» Ну, не так, конечно, сказала, но женщина на том конце лифта поняла, что ситуация затруднительная, ждите. Я стою, жду. Ходить и поворачиваться еще труднее, потому что слышен хруст ломающихся пальцев.
Наверняка в этот момент где-то в Израиле Люда думала: «На хрена мне этот оливье? Лучше поем легкую закуску из листьев салата корн, политый оливковым маслом первого отжима с обжаренными кедровыми орешками». То есть она не была этой алчной бабищей с десятью пакетами, желающей увеличить жилплощадь любым способом. Я представляла, как где-то сейчас едут лифтеры, может быть, они едут по Соколу, возвращаются с задания, а я их жду на Речном. На Соколе они спасали мужика с окровавленными руками, который хочет дом на Бали. Время шло, оливье хотелось все меньше. Я придумывала сто смсок в адрес Люды. Иногда бодала головой диспетчера, а она отвечала ждите. И так долго, очень долго. Пока муж на работе зарабатывает деньги, я тут тоже времени не теряю, видите... Решаю, а что если прижать пакеты к стене лифта и держать их коленками? Тогда что? Только двушка? Нет, думаю, нет! Выстоять! Москвичей не просто испортил квартирный вопрос, он их исказил.
Я в прямом смысле слова задолбала диспетчерскую. Осмотрела весь лифт, прочитала все надписи. Там было даже стихотворение: «Хуй, пизда - Никита Джигурда!» Это, наверное, что-то из раннего Толстого, слишком раннего. Может быть, Болконский хотел жениться на Ростовой, потому что у нее была какая-то восьмирежка, я не знаю. Одно могу теперь сказать точно: у нас будет квартира на Соколе! Пишу вам локтями."