Так приятно погрузиться в полубессознательное состояние, унестись с головокружительной быстротой в туманный и вместе с тем такой реальный мир, в котором мальчик-певчий, похожий на юнца Мегрэ, бежал по улице, вообразив, что его сейчас задушат, и мечтая о велосипеде с никелированной рамой…
— Что ты говоришь? — спрашивала мадам Мегрэ, держа в вытянутых руках горячие припарки.
Убийцу взяли на крыше..
Он бормотал что-то несуразное, как ребенок в бреду, говорил то о «первом ударе», то «о втором ударе».
— Я опаздываю…
— Куда опаздываешь?
— К обедне… сестра… сестра…
Ему все не удавалось произнести слово «монахиня».
— Сестра…
Наконец он заснул с широким компрессом на шее и во сне все твердил о мессах в своем селении, о харчевне Мари Титен, мимо которой всегда пробегал во всю прыть, потому что боялся… чего-то боялся.
— Однако я уже видел его…
— Кого?
— Судью.
— Какого судью?
Все это трудно, почти невозможно объяснить. Судья напоминал ему кого-то из односельчан, кому он показывал язык… Кузнеца? Нет… Свекра булочницы…
Впрочем, неважно кого… Просто человека, которого он не любил…
Судья-то все и напутал, чтобы отомстить мальчику и позлить людей… Он заявил, что не слышал никакого шума перед домом. Но не сказал, что слышал шум шагов преследователя, бегущего в обратном направлении…
Старики превращаются в детей… и ссорятся с детьми. Совсем как дети.
Мегрэ был очень доволен: он сплутовал, выкурив три-четыре трубки. Во рту держался приятный вкус табака. Теперь можно было поспать… А завтра, раз он болен гриппом, мадам Метрэ приготовит ему крем-брюле.
МАЙДА́НЕК, лагерь массового уничтожения в предместье Люблина. Создан осенью 1941 г. нацистами. Площадь около 270 га. Первыми заключенными были советские военнопленные (около двух тысяч), привезенные в октябре 1941 г.; большинство погибло от голода и холода, выжившие расстреляны в июле 1942 г.
Вскоре в Майданек стали прибывать транспорты с евреями, обреченными на массовое истребление: в 1942 г. из Словакии и Протектората Богемия и Моравия (15 тыс.) и Польши (36 тыс.); в 1943 г. из Нидерландов и Греции (шесть тысяч), из Польши (74,8 тыс.). Всего в 1942–43 гг. в Майданек было депортировано свыше 130 тыс. евреев, из которых 78 тыс. (женщины, дети, больные и старики) уничтожены по мере прибытия (расстреляны в ближнем лесу или умерщвлены в семи газовых камерах). Около 52 тыс. трудоспособных заключенных использовались на различных работах в самом Майданеке или были переправлены на работы в другие лагеря. К ноябрю 1943 г. умерли от истязаний, непосильного труда и голода 37 тыс. человек.
В репрессиях, предпринятых нацистами после восстания узников в лагере Собибор — так называемая акция Эрнтефеста (праздник урожая), – 3 ноября 1943 г. было убито свыше 18,4 тыс. евреев Майданека, после чего в Майданеке осталось всего 612 евреев, которых нацисты заставляли выкапывать и сжигать трупы, чтобы скрыть следы преступлений.
Кроме евреев, в Майданек отправляли польских крестьян из близлежащих районов и советских граждан (мужчин и женщин). Майданек имел «филиалы»: Будзынь (часть города Красник), два лагеря в Люблине, Ближин, Радом, Варшава-Генсювка. По данным польских расследований, в самом Майданеке было уничтожено около двухсот тысяч евреев и около ста тысяч поляков. Когда в июле 1944 г. Красная армия заняла Майданек, в лагере находилось несколько сотен оставшихся в живых узников разных национальностей.
В 1947 г. польские власти учредили в Майданеке музей и исследовательский институт.
...Двадцать шестого 26 января 2007 г. Генеральная ассамблея ООН приняла Резолюцию № 61/255 «Отрицание Холокоста», осуждающую отрицание Холокоста как исторического факта, и провозгласила 27 января, день освобождения концлагеря«Освенцим», Международным днём памяти жертв Холокоста.
Далеко не все документальные свидетельства были уничтожены фашистами по Освенциму. Чрезвычайная следственная комиссия, сделавшая вывод о гибели более 4 млн. человек в этом концентрационном лагере, исходила из показаний свидетелей, очевидцев и палачей. Начиная с 1940 года, в Освенцим из оккупированных территорий ежедневно прибывало около 10 эшелонов с людьми. В каждом эшелоне было 40–50 вагонов. В каждом вагоне было от 50 до 100 человек. Около 70% прибывших уничтожались сразу.
Сначала в Освенциме было три крематория, потом построили четвертый. Есть показания тех, кто проектировал новые крематории. На территории было выкопано несколько ям размером 60 на 40 м и глубиной три метра, в которых также постоянно сжигались трупы. Эти костры горели постоянно. Основываясь на этих сведениях, Чрезвычайная следственная комиссия пришла к выводу о гибели в Освенциме более 4 млн. человек.
Из Акта обследования концентрационного лагеря Освенцим экспертной технической комиссией в период с 14 февраля по 8 марта 1945 года:
… В состав экспертной технической комиссии входили: профессор, доктор-инженер Давидовский Роман из города Кракова, профессор, доктор-инженер Долинский Ярослав из города Кракова, кандидат технических наук инженер-майор Владимир Лаврушин и инженер-капитан Абрам Шуер.
…В результате детального изучения чертежей и документации, обнаруженных в концентрационном лагере Освенцим, подробного исследования остатков взорванных крематориев и газовых камер, на основании следственных материалов и показаний свидетелей из числа заключенных, работавших при газовых камерах и в крематориях, комиссия установила:
В концентрационном лагере Освенцим немцы организовали огромного размера комбинат массового уничтожения людей, преимущественно путем умерщвления отравляющим веществом «Циклон» и последующего сожжения в крематориях или на кострах. Из всех стран, оккупированных немцами, – Франции, Бельгии, Голландии, Югославии, Польши, Греции и др., – в Освенцим прибывали эшелоны с людьми, предназначенными для уничтожения. Лишь незначительная часть наиболее здоровых, временно используемых как рабочая сила на военных заводах и как подопытные для различного рода медицинских экспериментов, оставлялись в лагере для последующего уничтожения.
За период существования лагеря Освенцим с 1940 г. по январь 1945 г. в нем функционировали мощные крематории для сжигания трупов. При крематориях, а также отдельно от них в гигантских масштабах велось отравление людей ядовитым газом в специально оборудованных и усовершенствованных газовых камерах. Наряду с этой совершенной техникой уничтожения людей, производилось сожжение трупов также в огромных количествах на специальных кострах. Здесь, в концентрационном лагере Освенцим немцы рационализировали способы и масштабы массового истребления людей.
Только по одним крематориям за все время их существования немцы могли уничтожить: Крематорий № 1 – за 24 месяца 216000 человек; Крематорий № 2 – за 19 месяцев – 1710000 человек; Крематорий № 3 – за 18 месяцев существования – 1618000 человек; Крематорий № 4 – за 17 месяцев – 765000 человек; Крематорий № 5 – за 18 месяцев 810000 человек.
Базируясь на следственных данных, можно установить, что немцами за период существования лагеря Освенцим было уничтожено не менее 4 миллионов человек и вполне вероятно, что фактическое количество людей, погибших здесь от руки немецких палачей еще более потрясающих масштабов.
Выводы:
1. Немецко-фашистские мерзавцы в концентрационном лагере Освенцим построили гигантский комбинат массового уничтожения людей.
2. За период существования лагеря – с 1940 г. по январь 1945 г. – функционировало пять крематориев на 52 реторты с производительностью около 270000 трупов в месяц.
3. При каждом крематории была своя газовая камера, где происходило отравление людей различных национальностей отравляющим газом «Циклон». Производительность газовых камер значительно превышала пропускную способность печей и обеспечивала самую предельную нагрузку при работе крематориев.
4. Кроме того, существовали отдельно две газовых камеры, при которых немцы сжигали трупы на грандиозных кострах. Обе имели пропускную способность не менее 150 тысяч человек в месяц.
5. Немецко-фашистские «людоеды» в концентрационном лагере Освенцим, по самым скромным подсчетам отравили в газовых камерах и сожгли в крематориях не менее 4 миллионов человек.
Слева направо: Richard Baer (коммендант Освенцима), Dr. Josef Mengele и Rudolf Hoess ( предыдущий коммендант Освенцима).
... 27-го января действовавшая в составе 1-го Украинского фронта 60-я армия под командованием генерал-полковника Курочкина освободила концентрационный лагерь Освенцим и спасла от неминуемого уничтожения его узников.
Непосредственное участие в освобождения концлагеря принимали части 106-го стрелкового корпуса 60-й армии и 115-го стрелкового корпуса 59-й армии 4-го Украинского фронта.
Два восточных филиала Аушвица – Моновиц и Зарац – были освобождены бойцами 100-й и 322-й дивизий 106-го стрелкового корпуса. Около 3 часов дня 27 января 1945 года части 100-й дивизии под командованием генерал-майора Ф. Красавина освободили Аушвиц. Примерно в тот же день, 27 января, еще один филиал Освенцима – Явожно – был освобожден бойцами 286-й дивизии 115-го ск 59-й армии 4-го Украинского фронта. 28 января части 107-й дивизии (командир – полковник В. Петренко) освободили Биркенау. По разным подсчетам, в боях за освобождение Аушвица-Биркенау отдали свои жизни от 234 до 350 советских солдат и офицеров.
На момент освобождения в лагере находилось около трех тысяч человек, из них советских военнопленных – 96 человек. Общие цифры освобожденных узников таковы: «В Освенцимском лагере содержалось постоянно от 180 до 250 тысяч заключенных разных национальностей. Из числа освобожденных Красной Армией 2819 человек оказалось подданных Польши – 745 чел, Венгрии – 542 чел., Франции – 346 чел., Чехословакии – 315 чел., СССР – 180 чел., Голландии – 159 чел., Югославии – 149 чел., Италии – 91 чел., Греции – 76 чел., Румынии – 52 чел., Бельгии – 41 чел. и других стран».
...Из материалов архивных следственных дел:
Показания очевидцев:
Когут Людвиг Юзефович, 1897 г.р., уроженец с. Яшеница Бельского повита, поляк, подданный Германии, фольксдойч, образование 6 классов, по специальности мастер-строитель. Работал обер-мастером фирмы «Леля» на строительстве Освенцимского лагеря. Из протокола допроса свидетеля Л. Когута. 25 апреля 1945 г.:
…Работая в Освенцимском лагере с 1941 г. октября до декабря 1944 г. в качестве обер-мастера по строительству фирмы «Леля», я могу совершенно точно заявить, что ежедневно из всех оккупированных немецко-фашистскими войсками стран привозились в лагерь Освенцим люди различных национальностей железнодорожными эшелонами. Ежедневно в Освенцимский лагерь прибывало до 10-ти эшелонов, а каждый из них состоял из 40–50, а то и больше вагонов. В каждом вагоне было от 50 до 100 человек. Таким образом, в лагерь прибывало ежедневно примерно 25 тысяч человек. Привезенные в лагерь лица в большинстве своем сразу же умерщвлялись в специально сооруженных газовых камерах каким-то газом. Малозначительная часть, причем физически здоровая, из эшелонов отбиралась для исполнения физических работ при лагере. …Зимой 1941–1942 гг. во время сильных морозов, заключенных, которые не в силах были исполнять работу, обнажали, и они в сильных мучениях на глазах других заключенных умирали. Это делалось ради развлечения головорезов-эсэсовцев, капо, унтер-капо и обер-капо, а также для устрашения других заключенных. Заключенные понуждались запрягаться в повозки и возить тяжелые грузы, и в это время они подвергались избиениям…
Хонкиш Антон Юзефович, 1912 г.р., уроженец с. Козы (Польша), поляк, с 7-ми классным образованием, беспартийный, женат, не судим. С 12 мая 1942 г. Рабочий-каменщик фирмы «Индустрия» по строительству помещений в концлагере Освенцим. Из протокола допроса Хонкиша А.Ю. 21 марта 1945 г.:
… В лагере смерти всего было уничтожено за время его существования минимум шесть миллионов людей, в том числе детей, женщин, стариков и старух… …Неоднократно я видел, как ССовцы подбирали заключенных с бородами. Бороды намазывались смолой, а затем устраивали «бритье», волосы бороды накручивали на деревянные палочки и вырывали волос, т. к. смола приставала вместе с волосом к палочкам. От таких мучений люди падали, впадая в бессознательность. Их тогда поднимали, припирали к стенке бревнами и «приводили в сознание» путем сильных избиений до наступления смерти.
палачи Освенцима после тяжелого трудового дня
Показания палачей:
Гайслер Эдуард, 1890 г.р., уроженец дер. Бруненсдорф (Австрия), немец, подданный Германии, из рабочих, образование 8 классов, женат, житель г. Берлина. С марта 1944 по апрель 1945 гг. командир отделения в охранном батальоне СС дивизии СС «Мертвая голова»; унтер-офицер. Нес охрану концентрационных лагерей в Освенциме и Ораниенбурге; принимал непосредственное участие в массовых расстрелах, истязаниях и умерщвлении в газовых камерах и душегубках узников этих лагерей. Арестован сотрудниками органов безопасности 20 июля 1945 г. Из протокола допроса Э.Гайслера. 24 июля 1945 г.:
…Будучи в школе (учебной роте) по истреблению людей в основном еврейской национальности и цыган, учили, что такую национальность как еврей мы должны уничтожить на территории Германии и оккупированных немецкими войсками стран и районов Советского союза для того, что эта национальность никогда не хочет работать на физических работах, а занимается торговлей, обманом и унижением других национальностей, в частности, немцев, что они всегда пролезают на высокие должностные посты и тем самым ущемляют такую национальность как немцы, а цыгане вообще живут обманом, а поэтому всех цыган и евреев мы, немцы, должны будем уничтожить от малого до старого, чтобы эта нация вообще не существовала на земле …
Газелов Элизабет, 1921 г.р., уроженка дер. Крапин, Крайзе Биттерфельд провинции Саксонии, из рабочих, беспартийная, немка, образование 8 классов, замужняя, подданная Германии. В мае 1943 г. поступила на службу в охранные отряды СС; служила надзирательницей в концлагерях Равенсбрюк, Майданек и Освенцим. Арестована советскими органами безопасности 22 мая 1948 г. 2 июля 1948 г. Из показаний подсудимой Э. Газелов. 2 июля 1948 г.:
…В апреле 1944 г. в связи с наступлением советских войск часть сотрудников лагеря «Майданек» уехали в другой лагерь вглубь Германии. Я же была направлена надзирательницей в лагерь уничтожения – «Аушвиц», в Силезию. В этом лагере содержалось 40–45 тысяч заключенных различных национальностей: русские, украинцы, поляки, чехи, французы. Это был лагерь уничтожения. Здесь был выстроен крематорий, газовая камера. Я наблюдала, когда в июле 1944 г. в лагерь «Аушвиц» было привезено 2 колонны румынских евреев (из Румынии) численностью более тысячи человек. Это были заключенные различных возрастов: старики, юноши и дети. Все они были отравлены в газовой камере, а трупы сожжены в крематории. Рассказывают, что детей сажали в газовую камеру в присутствии их родителей »…
Зандер Фриц, 1876 г.р., уроженец г. Лейпцига, немец, образование среднее техническое, женат, служащий. Арестован 8 марта 1946 г. по обвинению в том, что он, «работая главным инженером на заводе фирмы «Топф», рассматривал и утверждал проекты строительства печей-крематориев, вентиляционных установок и воздуходувов как к печам-крематориям, так и к газовым камерам, сконструированных на указанном заводе и предназначавшихся для концлагерей Бухенвальда, Освенцима, Дахау, Гросс-Разен и Маутхаузен. Из протокола допроса арестованного Ф. Зандера. 21 марта 1946 г.:
…Вопрос: Уточните, когда вы имели разговор с инженером Прюфер [ом] о том, что вследствие маломощности построенных вами печей-крематориев они не успевают сжигать наличие трупов в концлагерях?
Ответ: Я хорошо помню, что этот разговор происходил между мною и инженером Прюфер [ом] весной 1942 г., точно месяца не помню, после того, как инженер Прюфер вернулся из командировки из концлагеря Освенцим, где он производил апробацию печей в новом построенном крематории… После имевшегося разговора между мною и инженером Прюфер [ом] у меня зародилась мысль спроектировать печи-крематории системы конвейера и я приступил к созданию этого проекта для массового сжигания трупов в концентрационных лагерях.
Вопрос: Каков был принцип работы спроектированного вами крематория новой конструкции?
Ответ: Принцип работы крематория новой конструкции, спроектированного мною для массового сжигания трупов, сводился к тому, что новая система крематория в отличие от старых должна была механизированно подать в печь трупы для сжигания, поступая туда под тяжестью своего собственного веса, самотеком по огнеупорной площадке, имевшей уклон сорок градусов, трупы сваливались на решетку и, находясь под воздействием огня, сгорали. Причем сами трупы должны были служить дополнительным источником топлива…».
Шваб Александр, 1902 г.р., уроженец гор. Вена (Австрия), австриец (рейхсдойч), подданный Германии, беспартийный. С августа 1944 по январь 1945 гг. унтер-капо (помощник надсмотрщика), затем «блокэльтестер» (старший блока) концлагеря Освенцим. По постановлению Особого совещания при МГБ СССР от 29 ноября 1947 г. «за издевательство и соучастие в уничтожении советских граждан» заключен в ИТЛ сроком на 25 лет. Из протокола допроса А. Шваба. 6 июня 1945 г.:
…В лагере смерти людей, обреченных на гибель, привозили из оккупированных стран целыми эшелонами. Привезенные в лагерь смерти заключенные в большинстве своем сразу же умерщвлялись… СС-овцы вызывали из строя заключенных и беспричинно расстреливали их. Это у СС-овцев называлось «расстрел при попытке к бегству»… Пьяные СС-овцы приходили в зимнюю пору в блоки (бараки) и заставляли всех заключенных снять с себя всю одежду, а сами стояли возле заключенных и смеялись над нечеловеческими мучениями заключенных. Эти издевательства продолжались до нескольких часов. В декабре 1944 г. командование лагеря собрало заключенных, чтобы в их присутствии казнить через повешение пять заключенных. Эти заключенные провозглашали лозунги: «Да здравствует Сталин!», «Да здравствует Москва!», «Сегодня мы умрем, а завтра – вы!», «Умираем за Сталина!». После этого СС-овцы сильно избили этих пять заключенных, а затем повесили. Это далеко не все факты издевательств над заключенными, находившимися в лагере смерти Освенцим. Я привожу лишь те факты, которые мне запомнились…
Скшипек Альфред, 1910 г.р., уроженец г. Кролевска Хута, Верхняя Силезия, поляка, подданного Германии &‐ «фольксдойче», слесарь по специальности, бывший участник польской подпольной организации «Млада Польска» с 1933 по 1939 гг., житель г. Кроль Хута, ул. Пудалевская, д. 20, кв. 13. С июня 1940 по 19 марта 1942 гг. находился в концлагере Освенцим; «блокэльтестер» барака № 8. Принял германское подданство. 7 июня 1945 г. арестован советскими органами безопасности. По постановлению Особого совещания при МГБ СССР от 29 ноября 1947 г. «за издевательства и соучастие в уничтожении советских граждан» заключен в ИТЛ сроком на 25 лет. 19 октября 1955 г. досрочно освобожден и передан правительству ГДР в г. Франфурт-на-Одере. Из протокола допроса А. Скшипека. 6 июня 1945 г.:
…Дело в том, что немцы создали в Освенцимском концлагере такую систему уничтожения в лагере, что все издевательства проводились руками самих же заключенных. Из среды заключенных назначались: старший лагеря, старшие блоков, обер-капо, капо и унтер-капо (надсмотрщики), которые чинили издевательства и побои над заключенными »…
…Преследуя конечную цель уничтожения заключенных, администрация лагеря культивировала всевозможные издевательства – пытки, которые ежедневно СС-овцами устраивались над заключенными. Например, мне известно о применении над заключенными пыток, т. н. «Штейнбункер», это значит, что в маленькую камеру помещалось 20–30 человек заключенных, где они могли только стоять. Окон в этой камере не было, имелось только щель в несколько миллиметров. Воздух в такую камеру почти не поступал, и заключенные задыхались. «Вассербункер» – пытка водой. В камеру (каменный мешок) – для одного человека, так, что он не мог шевелиться, пускалась вода, которая капала медленно на голову заключенного, и он мучительно умирал.
Когда прибывал транспорт с заключенными зимой, лиц, предназначенных для уничтожения, заставляли раздетыми и разутыми работать на морозе до тех пор, пока они не падали и не замерзали. За такой «сеанс» погибало 200–300 человек. Подвешивали заключенных за связанные сзади руки – на час и больше. После этой пытки человек не мог работать, ибо у него опухали руки, если он мало висел, или совершенно выворачивались.
Кроме этого часто СС-овцы для своего удовольствия устраивали издевательские состязания заключенных: блокфюрер – роттенфюрер СС Брикман, приходя ко мне в блок нр. 10 заставлял заключенного избивать другого, а сам в это время смеялся, что заключенные ни за что избивают друг друга».
Показания узников:
Вечерский Павел Феодосович, 1889 г.р., уроженец дер. Дриомвщина, Волосовского сельсовета. Фельдшер-акушер в Минске. Арестован гестапо в Минске 21 сентября 1943 г. Узник концлагеря Освенцим в 1943–1945 гг.:
…Прибывши в Освенцим 22.XI- [19] 43 г., двое суток мы пробыли в санпропускнике, пока прошли все инквизиции, стрижки, бритье, татуировали номер на левом предплечье, на мою – достался 164669. После всего нас почти всех голых и босых при морозе 10 (градусов) гнали в карантин, расположенный в 2 км. … Пробыв 7 недель в карантине, нас осталось меньше половины, которых передали на работу в «Биркенав». Здесь мы увидели ужасы Освенцима: мордобой, палка на каждом шагу, крематории жгли день и ночь трупы людей, и не успевали. В апреле [19] 44 г. в помощь крематориям была вырыта яма 40 метров в диаметре и 2 метра глубины, которая горела, не прекращая своего зловещего огня, в ней сжигали каждый день десятки тысяч человеческих трупов. Эти ямы сожгли немало человеческих трупов за 4 месяца (по август) того же года. Фашисты, чтобы скрыть следы своих преступлений, яму зарыли и посадили на это место живые деревья ».
Эпштайн Бретольд, 1890 г.р., уроженец гор. Пильзен (Чехословакия), еврей, гражданин Чехословакии, профессор по детским болезням, преподаватель университета. В 1939 г. после оккупации Чехословакии, бежал в Норвегию, проживал в Осло. 26 октября 1942 г. после ареста оккупантами еврейского населения Норвегии, перевезен с семьей в Польшу; содержался в концентрационном лагере в Аушвице. Из протокола допроса свидетеля Б. Эпштайна. 2 апреля 1945 г.:
…80% прибывающих в лагерь людей подвергалось немедленному уничтожению, а 20% людей, отобранных специалистов, оставлялись для работы на разных предприятиях. Но в силу созданных невыносимых условий работы оставленный в живых человек мог проработать только три месяца, а затем уничтожался как пришедший в полное истощение. Редким случаем являлось в Аушвице, когда оставленный в живых человек мог прожить шесть месяцев. Насколько мне известно, с конца 1942 года по последнее время а Аушвицком лагере было уничтожено более 4-х миллионов людей, любых возрастов, обоего пола и любой национальности…
Обреченных на смерть людей по прибытию в лагерь раздевали и вводили в специальное помещение, оборудованное в виде бани с душевыми приспособлениями. Таким образом, люди думали, что их ведут мыться. Но как только помещение до отказа наполнялось людьми, а входило туда одновременно от 3 до 4 тысяч, закрывались плотно двери, затем выкачивался воздух и впускался удушающий газ, называемый «циан». Через две–три минуты наступала смерть для собранных в помещении людей. После того, как все были умерщвлены, в это помещение входила зондеркоманда из заключенных во главе с одним СС-овцем. Ими производился осмотр трупов, при котором снимались ценности, браслеты, кольца, вырывались золотые зубы, у женщин отрезались волосы. Собранные таким образом женские волосы отправлялись в Германию для использования в промышленности.
После осмотра вся масса трупов сносилась в специальные печи, где они сжигались. Образующийся от сжигания трупов пепел частью отправлялся в Германию для использования в промышленности и сельском хозяйстве, а частью вывозился в Вислу… Кроме того, мне известно, что уничтожение людей производилось и путем сожжения в специальных печах. Больных и истощенных от работы, неспособных самостоятельно двигаться, складывали на машины и отвозили в печи, в таком случае люди сжигались живыми. Для детей специальных способов уничтожения не было, их как правило, вместе с родителями вводили в баню и там душили газом.
Урбанская Дунко, 1915 г.р., уроженка гор. Житомир, польско-подданая, еврейка, беспартийная, с высшим образованием. С июля 1942 по январь 1945 гг. узница концлагеря Аушвиц. Из протокола допроса свидетеля Д. Урбанской. 2 апреля 1945 г.:
…В лагерь прибывало столько много людей, что не хватало печей для сжигания трупов и были построены дополнительные, т. н. костры, чтобы можно было сжечь побольше трупов…
… Для своего удовольствия СС-овцы приказывали женщинам-заключенным обнажаться и им устраивали «баню» – их помещали под души, куда пускали то очень холодную воду, то очень горячую воду, а наблюдавшие СС-овцы смеялись над переживаниях заключенных. Когда войска Красной Армии приближались к гор. Освенцим, командование лагеря начало принимать меры к тому, чтобы замести следы своих чудовищных преступлений перед миром. Они сжигали бумаги, карточки на заключенных. Осенью и зимой 1944 года подрывали печи – крематории, костры, где умерщвлялись и сжигались люди…»
Вольман Яков Абрамович, 1914 г.р., уроженец гор. Луч, по профессии врач, образование высшее, холост, не судим. С апреля 1942 по январь 1945 гг. узник концлагеря Освенцим. Из протокола допроса свидетеля Я.А. Вольмана 16 февраля 1945 г.:
…Я приехал в лагерь Освенцим в 1942 г. 29 апреля в эшелоне с Братиславы. 30 апреля нас направили в блок 18, отведенный под заключенных, строивших фабрику «Буно». Все заключенные, работавшие на фабрике, будились в 3,5 часа утра. По окрику «ауфштеен» (вставать) каждый должен был встать за одну секунду, тот, кто за это время не поднялся, был избиваем палками, самих же заключенных по приказанию Гута (надсмотрщика) 1.500 человек, живших в одном блоке утром, должны были за 30 минут успеть убрать койки, замести, умыться и получить пол-литра кофе…Как правило, перед уходом на работу ежедневно часть людей кофе не получала. Раздатчик на глазах заключенных выливал кофе на землю, заявляя: «Времени нет, пора идти на работу».
… ССовцы, гоняясь за получением 60 марок, которые по приказу выдавались за каждого убитого, пытавшегося совершить «побег», устраивали искусственные побеги. Я видел, когда ССовец подзывал к себе заключенных, и когда те выходили за условную линию, в них стреляли. В другом случае ССовец просил принести ему воды и когда заключенный удалялся за линию, в него тоже стреляли. … Когда я работал санитаром, в одном из лагерных госпиталей, в котором было ежедневно 350 больных, то еженедельно от 60 до 100 человек направлялись в газовую камеру, либо получали смертельный укол. В 1943 г., в январе, феврале и марте месяцах тяжело заболевших после просмотра не направляли в госпиталь, а прямо направляли в газовую камеру. Последний такой осмотр был проведен в октябре 1944 г., из которого на уничтожение направили 800 человек…
Холокост… Этот термин из лексикона древнегреческих жрецов в первой половине ХХ столетия приобрел зловещий смысл. Оно стало служить для обозначения бесчеловечной практики, проводившейся нацистами в отношении народов европейских стран, которые в шкале «расовой теории» считались низшей расой, неполноценными людьми. С приходом в Германии к власти Гитлера началась кампания преследования евреев: их выгоняли с государственной службы, лишали работы, загоняли в концлагеря, сжигали принадлежавшие им дома, магазины и синагоги. Начало Второй мировой войны стало новым, еще более кровавым этапом в решении «еврейского вопроса». Чудовищная «практика» уничтожения целых народов сначала распространилась на оккупированные вермахтом государства. С осени 1939 г. специальные команды полиции безопасности и СД на оккупированной территории Польши начали массовое уничтожение евреев. Впоследствии именно в Польше были созданы «лагеря смерти» (Освенцим, Треблинка и др.), в которых нацисты уничтожили миллионы ни в чем не повинных граждан.
Снимки сделаны в Освенциме в 1944 году Карлом Хёкером, адьютантом последнего коменданта лагеря Рихарда Баера. В 1946 году один американский сотрудник разведки наткнулся на альбом во Франкфурте и оставил себе. Недавно он, давно уже пенсионер, передал альбом в дар вашингтонскому United States Holocaust Memorial Museum.
На в общей сложности 116 фотографиях нет ни одного заключенного.
Из тридцати пяти лет работы акушеркой, два года я провела как узница женского концентрационного лагеря Освенцим-Бжезинка, продолжая выполнять свой профессиональный долг. Среди огромного количества женщин, доставлявшихся туда, было много беременных. Функции акушерки я выполняла там поочередно в трех бараках, которые были построены из досок, со множеством щелей, прогрызенных крысами.
Внутри барака с обеих сторон возвышались трехэтажные койки. На каждой из них должны были поместиться три или четыре женщины — на грязных соломенных матрасах. Было жестко, потому что солома давно стерлась в пыль, и больные женщины лежали почти на голых досках, к тому же не гладких, а с сучками, натиравшими тело и кости.
Посередине, вдоль барака, тянулась печь, построенная из кирпича, с топками по краям. Она была единственным местом для принятия родов, так как другого сооружения для этой цели не было. Топили печь лишь несколько раз в году. Поэтому донимал холод, мучительный, пронизывающий, особенно зимой, когда с крыши свисали длинные сосульки.
О необходимой для роженицы и ребенка воде я должна была заботиться сама, но для того чтобы принести одно ведро воды, надо было потратить не меньше двадцати минут.
В этих условиях судьба рожениц была плачевной, а роль акушерки — необычайно трудной: никаких асептических средств, никаких перевязочных материалов. Сначала я была предоставлена сама себе; в случаях осложнений, требующих вмешательства врача-специалиста, например, при отделении плаценты вручную, я должна была действовать сама. Немецкие лагерные врачи — Роде, Кениг и Менгеле — не могли запятнать своего призвания врача, оказывая помощь представителям другой национальности, поэтому взывать к их помощи я не имела права. Позже я несколько раз пользовалась помощью польской женщины-врача, Ирены Конечной, работавшей в соседнем отделении. А когда я сама заболела сыпным тифом, большую помощь мне оказала врач Ирена Бялувна, заботливо ухаживавшая за мной и за моими больными.
О работе врачей в Освенциме не буду упоминать, так как то, что я наблюдала, превышает мои возможности выразить словами величие призвания врача и героически выполненного долга. Подвиг врачей и их самоотверженность запечатлелись в сердцах тех, кто никогда уже об этом не сможет рассказать, потому что они приняли мученическую смерть в неволе. Врач в Освенциме боролся за жизнь приговоренных к смерти, отдавая свою собственную жизнь. Он имел в своем распоряжении лишь несколько пачек аспирина и огромное сердце. Там врач работал не ради славы, чести или удовлетворения профессиональных амбиций. Для него существовал только долг врача — спасать жизнь в любой ситуации.
Количество принятых мной родов превышало 3000. Несмотря на невыносимую грязь, червей, крыс, инфекционные болезни, отсутствие воды и другие ужасы, которые невозможно передать, там происходило что-то необыкновенное.
Однажды эсэсовский врач приказал мне составить отчет о заражениях в процессе родов и смертельных исходах среди матерей и новорожденных детей. Я ответила, что не имела ни одного смертельного исхода ни среди матерей, ни среди детей. Врач посмотрел на меня с недоверием. Сказал, что даже усовершенствованные клиники немецких университетов не могут похвастаться таким успехом. В его глазах я прочитала гнев и зависть. Возможно, до предела истощенные организмы были слишком бесполезной пищей для бактерий.
Женщина, готовящаяся к родам, вынуждена была долгое время отказывать себе в пайке хлеба, за который могла достать себе простыню. Эту простыню она разрывала на лоскуты, которые могли служить пеленками для малыша.
Стирка пеленок вызывала много трудностей, особенно из-за строгого запрета покидать барак, а также невозможности свободно делать что-либо внутри него. Выстиранные пеленки роженицы сушили на собственном теле.
До мая 1943 года все дети, родившиеся в освен-цимском лагере, зверским способом умерщвлялись: их топили в бочонке. Это делали медсестры Клара и Пфани. Первая была акушеркой по профессии и попала в лагерь за детоубийство. Поэтому она была лишена права работать по специальности. Ей было поручено делать то, для чего она была более пригодна. Также ей была доверена руководящая должность старосты барака. Для помощи к ней была приставлена немецкая уличная девка Пфани. После каждых родов из комнаты этих женщин до рожениц доносилось громкое бульканье и плеск воды. Вскоре после этого роженица могла увидеть тело своего ребенка, выброшенное из барака и разрываемое крысами.
В мае 1943 года положение некоторых детей изменилось. Голубоглазых и светловолосых детей отнимали у матерей и отправляли в Германию с целью денационализации. Пронзительный плач матерей провожал увозимых малышей. Пока ребенок оставался с матерью, само материнство было лучом надежды. Разлука была страшной.
Еврейских детей продолжали топить с беспощадной жестокостью. Не было речи о том, чтобы спрятать еврейского ребенка или скрыть его среди нееврейских детей. Клара и Пфани попеременно внимательно следили за еврейскими женщинами во время родов. Рожденного ребенка татуировали номером матери, топили в бочонке и выбрасывали из барака.
Судьба остальных детей была еще хуже: они умирали медленной голодной смертью. Их кожа становилась тонкой, словно пергаментной, сквозь нее просвечивали сухожилия, кровеносные сосуды и кости. Дольше всех держались за жизнь советские дети; из Советского Союза было около 50% узниц.
Среди многих пережитых там трагедий особенно живо запомнилась мне история женщины из Вильно, отправленной в Освенцим за помощь партизанам. Сразу после того, как она родила ребенка, кто-то из охраны выкрикнул ее номер (заключенных в лагере вызывали по номерам). Я пошла, чтобы объяснить ее ситуацию, но это не помогало, а только вызвало гнев. Я поняла, что ее вызывают в крематорий. Она завернула ребенка в грязную бумагу и прижала к груди... Ее губы беззвучно шевелились — видимо, она хотела спеть малышу песенку, как это иногда делали матери, напевая своим младенцам колыбельные, чтобы утешить их в мучительный холод и голод и смягчить их горькую долю. Но у этой женщины не было сил... она не могла издать ни звука — только большие слезы текли из-под век, стекали по ее необыкновенно бледным щекам, падая на головку маленького приговоренного. Что было более трагичным, трудно сказать — переживание смерти младенца, гибнущего на глазах матери, или смерть матери, в сознании которой остается ее живой ребенок, брошенный на произвол судьбы. Среди этих кошмарных воспоминаний в моем сознании мелькает одна мысль, один лейтмотив. Все дети родились живыми. Их целью была жизнь! Пережило лагерь едва ли тридцать из них. Несколько сотен детей было вывезено в Германию для денационализации, свыше 1500 были утоплены Кларой и Пфани, более 1000 детей умерло от голода и холода (эти приблизительные данные не включают период до конца апреля 1943 года).
У меня до сих пор не было возможности передать Службе Здоровья свой акушерский рапорт из Освенцима. Передаю его сейчас во имя тех, которые не могут ничего сказать миру о зле, причиненном им, во имя матери и ребенка.
Если в моем Отечестве, несмотря на печальный опыт войны, могут возникнуть тенденции, направленные против жизни, то - я надеюсь на голос всех акушеров, всех настоящих матерей и отцов, всех порядочных граждан в защиту жизни и прав ребенка.
В концентрационном лагере все дети — вопреки ожиданиям — рождались живыми, красивыми, пухленькими. Природа, противостоящая ненависти, сражалась за свои права упорно, находя неведомые жизненные резервы. Природа является учителем акушера. Он вместе с природой борется за жизнь и вместе с ней провозглашает прекраснейшую вещь на свете — улыбку ребенка.
Станислава Лещинска польская акушерка, узница Освенцима
А.ПЛЮЩЕВ: Отлично. Тогда еще одна тема. У нас не только здесь премьер Синдзо Абэ из таких, неожиданных гостей, но еще целых два. Ну, одного, я думаю, вам будет не очень интересно обсуждать – это я Джастина Бибера имею в виду. Но я вот вас как мужчина мужчину спрашиваю, вы знаете, кто такая Саша Грей?
М.ВЕЛЛЕР: Так. Джастин Бибер – это тот, который поет для тинейджеров, который сказал про Анну Франк, что она была бы жива, классная девчонка, была бы моей фанаткой. Ну, чудный мальчик.
А.ПЛЮЩЕВ: Отлично.
М.ВЕЛЛЕР: Ну, простите, чердак слабо меблирован. Так он же не выдает себя за философа. А кто такая вторая Саша Грей...
А.ПЛЮЩЕВ: Вот, Саша Грей. Вы знаете, кто такая Саша Грей?
М.ВЕЛЛЕР: В стране далекой юга, там, где не свищет вьюга, жил-был когда-то Джон Грей богатый. Нет, Саши Грей я не знаю. Может быть, это побочная внучка Джона Грея?
А.ПЛЮЩЕВ: Вообще это псевдоним, на самом деле. Это очень известная порнозвезда. И она путешествует сейчас по миру. Была в Украине, очень большой фурор там произвела. И вот сегодня стало известно, что она приезжает в Россию. Приедет в Россию, уже не первый раз соответственно.
М.ВЕЛЛЕР: Я прошу извинения. Я отказываюсь делать рекламу разнообразным порнозвездам всех полов, мастей и так далее, и тому подобное.
А.ПЛЮЩЕВ: Она бывшая, она уже...
М.ВЕЛЛЕР: Провались она пропадом. Понимаете, ш..х бывших не бывает. Так же, как воров и убийц. Я прошу прощения, я не буду говорить на эту тему.
А.ПЛЮЩЕВ: Шикарно. Отлично. Нет, там просто вы продолжения не дослушали. Ну, хорошо. Не хотите, не надо.
М.ВЕЛЛЕР: Нет-нет, не хочу.
А.ПЛЮЩЕВ: Просто она решила повторить...
М.ВЕЛЛЕР: Да чтоб она провалилась – мне нет до нее дела.
А.ПЛЮЩЕВ: Путь Владимира Путина на Ладе Калине. Ну, раз вам не интересно...
М.ВЕЛЛЕР: Нет-нет, нет.
А.ПЛЮЩЕВ: Хорошо. Тогда, может быть, вам будет несколько интересней. Мы возвращаемся к здешним событиям. Сегодня стало известно, что белгородского стрелка, который перестрелял людей в Белгороде, отправляют на экспертизу в Институт Сербского.
М.ВЕЛЛЕР: Логично.
А.ПЛЮЩЕВ: У нас же такого до недавнего времени не было. Мы все время слышали об этом из Америки. Откуда они у нас стали браться?
М.ВЕЛЛЕР: Серийные убийцы бывали в разные времена в разных странах всегда...
А.ПЛЮЩЕВ: Это ж не серийный убийца вообще.
М.ВЕЛЛЕР: ...независимо от политических, понимаете ли, строев, устройств. Нет, он не серийный. Он произвел серию убийств, но очень быстро. Да, вы правы. Обычно серийными называются, если бы он шестерых убил за 6 лет или хотя бы за год. А если сразу, то это не серийный, это серия быстрая. Это называется как-то иначе.
Вы знаете, да, вот так, чтобы пришел и перестрелял... У нас бывали случаи, когда солдат клал свой караул, когда солдат клал свой взвод. Но, как правило, в печать это не попадало. В советские времена это было вообще невозможно. Вот чего-то в других армиях такое не очень было известно. А откуда это у нас? Это называется интеграция, это называется сближение стран с разными народами, с разными ментальностями...
А.ПЛЮЩЕВ: Глобализация.
М.ВЕЛЛЕР: Да, совершенно верно. Глобализация. С кем поведешься, от того и наберешься. Здесь ничего не поделаешь. Ну, действительно, иногда бывают звери и уроды. Бывают.
А.ПЛЮЩЕВ: Михаил Веллер, писатель был сегодня гостем программы «Особое мнение». Большое спасибо, Михаил Иосифович. До свидания.
М.ВЕЛЛЕР: Какой ужас, что мы кончаем на этой ноте. Хочется счастья. С первым мая всех, да.
И вот ты жил, жил… жил, жил… и дожил. И вот тебе уже 20 или 25, или 30, или 35, или 40, или 45, или 50, или 55, или 60, или 65, и так далее лет. И ты живешь, но не чувствуешь себя ни молодым, ни старым. Ты все время чувствуешь себя… нормальным. Просто вокруг тебя молодые или старые люди, а ты – нормальный. И вот в таком вот возрасте вдруг застал тебя вечер, который лепит лобовое стекло снегом и дождем, и «дворники» не справляются и от этого все вечерние огни тянутся струями по лобовому стеклу… И еще ты прищурил глаза, и от этого фонари дают такие длинные-длинные лучи, а между ресниц застряла слеза. И эта слеза – это же самая лучшая линза, самая лучшая оптика для того, чтобы увидеть всю свою жизнь насквозь. Но ты мчишься по вечернему городу, добавляешь газ и мчишься, гонишь свой автомобиль… Потому что если тебе 20 или 25, или 30, или 35, и так далее лет… Должен же быть у тебя к этому возрасту свой собственный автомобиль! И вот ты летишь, а вокруг много-много машин… и вдруг отчетливо, но при этом очень спокойно почувствуешь, что где-то рядом, в этом потоке, с той же скоростью, что и у тебя… мчится твоя смерть. А как выглядит эта смерть? Это же не какая-то страшная, старая, тощая женщина в черных одеждах с косой. Нет, нет. Это нормальный человек, которому тоже 20 или 25, или 30, и так далее лет. Просто у него какой-то свой возраст, и свой период в жизни. И может быть он просто не проверил тормоза, или наоборот проверил, но выпил водки, потому что у него тоже в ресницах застряла слеза, но ему не хочется видеть свою жизнь насквозь… И вполне возможно, что вы, точнее ты - смерть для него. Но ты спокоен. Потому что… а чего бояться? Ведь ты же сам держишь руль своего автомобиля, и тебе уже 20 или 25, или 30, и так далее лет. И ты уже много раз спокойно доверял свою жизнь пилотам самолетов, которых ты даже не знаешь, никогда не видел, и не увидишь. И диспетчерам… и машинистам. И если к твоим 20 или 25, или 30, или 35, и так далее годам у тебя уже есть дети… Ты приводил их к врачам, и отдавал своего маленького человека этим людям… Ты спокоен, ты за рулем. И если рядом с тобой, в твоем автомобиле, кто-то сидит… кто-то… просто человек, то ты знаешь, что заботишься о его жизни гораздо сильнее, чем о своей. И поэтому ты спокоен. Хотя всегда где-то сбоку, или впереди, или сзади, но рядом, и с той же скоростью мчится твоя смерть. А какая разница, сколько ты прожил - 20 или 25, 30 или 35, или 40, и так далее лет – это не важно. Тебе-то, ведь, кажется , что ты живешь уже очень давно. Всегда. И на твоем надгробии между датами жизни и смерти будет тире. И это тире у всех одинаковой длинны. Вне зависимости от того, прожил ты 20 или 25, или 30, или 35……… И, конечно же, это тире будет намного короче, чем те лучи, от вечерних фонарей, которые так вытянула и видоизменила твоя слеза. Маленькая слеза, застрявшая меж
