из книги Карлоса Гонзалеса "Расти в любви".
"Сюзанна описывает, как ее сын реагирует на расставание:
"С прошлой недели Роберт ходит в детский сад. Ему почти два года. Проблема в том, что с этих пор, точнее, со второго дня, он оказывает на меня ужасное эмоциональное давление. И это меня убивает. Он просыпается всегда веселым, завтракает, смотрит мультик и потом... как-то сразу... он начинает без остановки твердить: "Мама, не надо садик, мама, садик нет..!" И так может продолжаться до получаса. Конечно, с расстроенным лицом. До садика он идет спокойно, пока не видит его. Тогда начинается настоящий концерт: "Мама, гуять (идти гулять), хорошая мама, садик нет, мама, поцеловать, мама, на ручки, мама, домой, мама, спать..." И крокодиловы слезы текут по его грустному лицу. 
Когда воспиттельница берет его за руку, бедняжка, как он плачет, будто его убивают... И я тоже готова в этот момент заплакать. Я иду домой и чувствую себя отвратительно. Меня мучает совесть, я обдумываю ситуацию, размышляю, поступила ли я правильно, думаю, что мне нужно время, чтобы искать работу, что это будет хорошо для него... и так каждый день. Без четверти час я уже там, чтобы бедняжка не плакал долго, и что я вижу? Он весело играет с детьми. Глаза у него не красные, значит, он почти не плакал. Но когда он видит меня... ох! "Мама, идем, идем, мама, домой, мама, садик нет!.." В следующий раз то же самое, вовсе без слез. Воспитательница смеется до смерти и рассказывает мне, что все утро он вообще не плакал, что перестал, как только я ушла, только иногда спрашивает: "Где мама?"
Днем дома просто ужасно. Он цепляется за подол, я не могу даже oдна сходить в туалет без того, чтобы он не начал жалобно меня звать. Когда он ночью просыпается и его отец подходит к нему, он говорит: "Пусть мама придет". Когда я иду за покупками, я должна брать его с собой..."
Роберт демонстрирует многие типичные реакции на расставание: цепляется за мать, постoянно требует внимания, в саду выглядит спокойным и взаимодействовует с другими детьми, разражается плачем, когда он уходит с ней... Судя по всему, то обстоятельство, что в саду он не плачет, убеждает его мать, что все это только "шоу". Что нужно этой матери, чтобы понять, что ее сын страдает на самом деле? Чтобы он безостановочно рыдал в садике? Никто не плачет так долго. Даже после катастроф и несчастий человек плачет какое-то время, затем возвращается к обычному распорядку дня. Люди не плачут безостановочно ни на похоронах, ни в больнице, ни в тюрьме, ни в концлагере. Когда они прекращают плакать и пытаются примириться со своим положением, это не означает, что они перестали страдать.
Я уже писал о том, что дети до трех лет, у которых налажены хорошие отношения с матерью, больше всего страдают от разлуки. Впечатляющая реакция Роберта показывает нам, что он любит свою мать и что она хорошо обращается с ним. Как жаль, что Сюзанна этого не знает!
Самое трагичное в этом то, что непонимание увеличивает страдания. Идеальным было бы, если бы Роберт пошел в садик лишь спустя несколько месяцев. Но это не всегда возможно, Сюзнанна должна искать работу, и у нее нет другого выбора, только водить ребенка в детский сад. Нет, это не конец света. Речь идет о довольно недолгой разлуке, которую можно возместить. Роберт показывает своей матери, как она может это сделать:
Он требует, чтобы весь остаток дня она провела с ним, чтобы она пришла, когда он зовет ее ночью (полагаю, что еще охотнее он спал бы рядом с ней), чтобы она брала его на руки и ласкала. Сюзанна могла бы дать ему все это, чувствовать себя при этом лучше и излечить раны, от которых она сама страдает из-за разлуки.
Но воспитательница (теоретически, эксперт в воспитании детей) также не принимает всерьез влияние разлуки на детей такого возраста и даже смеется над страданиями мальчика.
Трагедия в том, что Сюзанна выбирает противополoжный путь: вместо того, чтобы признать, что ее сын на самом деле страдает, чтобы прижать его к себе и рассердиться на экономическую систему, которая вынуждает ee искать работу, несмотря на то, что у нее такой маленький ребенок, она пытается убедить себя, что страдания ее сына наиграны, что его слезы - крокодиловы. И вот Сюзанна злится на собственного сына и обвиняет его в эмоциональном прессинге. Как же она наверстает упущенное и возместит потерю?"