Марьяна лежит и рвет уши. Не свои. А на бумажке из комплекта Умница. Петрович велел пожертвовать. Ребенка орет на меня: я показываю, а в руки не даю. Так что путь к уму и сердцу прямиком лежит у Марьяны через орган, что не больше наперстка. Меня прям серьезно настораживает этот процесс. А отниму, начнет крыть благим матом. "Бяка же!", - говорю я ей. "Агу!", - она, пьяная от восторга обладания, выглядывает из-за компьютера.
Нашла ватные диски. С сумасшедшим восторгом рвет их. Фыркает. Очень щекочут. Пойду отнимать. Вынула изо рта кусок. Воплей! Опять идет ко мне. Второй день не могу ничего написать.
А есть о чем. За последние две недели тытышок наш только тем и занимается, что достигает. Сегодня Марьяна пошла, держась за поручни кроватки. Столько визгу было довольного. Она как что-то важное совершит, тут же выражает бурный восторг. Сидит и играет в игрушки. Передвигается на четвереньках. И при любом удобном случае стоит. До упора. Гордо и решительно. Пробует отпустить обе руки. Пока страшновато. Теперь все время на мне. Доползет и давай упражняться. Снова, как во время беременности, угадываю внутренние органы.
Говорит "Мя-мя", "Ня-ня", "Ба-ба" и всяко-разно со всеми гласными. Я мечтала, что ребенок сам будет просить сисю, когда ему понадобится. Мечта сбылась. Теперь Марьяшка хватает меня за ноги и лопочет "Ня-ня, мям-мям". Собственно мне трудно понять, когда здесь "мама" или "сися". Учили дитенка, что сися - это "мямь-мямь". Но и что я мама, тоже. Может "ня-ня", потому что мама зовет меня по имени и аникай при ней называет. В любом случае, просьба понятна.
А еще, если Марьяну положить, когда она не хочет на спину, надевать подгузник и одежду, она говорит "Не надо!". Я в шоке. Думала, что муж сочиняет. А сегодня услышала сама.
Вот муж возвращается. Завтра гости приедут с малой. Привезут Марьяшке кучу игрушек! И будет ребетенку счастье!
