Священник Михаил Воробьев, настоятель храма
в честь Воздвижения Честного Животворящего Креста Господня г. Вольска
Православная Церковь с достаточным уважением относится к вегетарианству, считая отказ от пищи животного происхождения вполне допустимым для христианина. Можно уверенно сказать, что первому человеку в Эдеме надлежало есть только растительную пищу (Быт. 1, 29). Более того, в мироздании, не искаженном грехопадением человека, не существовало хищных животных (Быт. 1, 30). Растения были пищей для всех живых существ.
Изгнание из рая сопровождалось повелением возделывать землю, от плодов которой должен был питаться Адам и его потомство (Быт. 3, 17-19). Однако уже первое поколение потомков Адама нарушает это повеление; сын Адама Авель становится «пастырем овец» (Быт. 4, 2). Очевидно, что он разводит их не только ради шерсти. Его жертвоприношение, состоящее из тука убитых животных, благосклонно принимается Господом (Быт. 4, 4).
Употреблявшаяся de facto до Потопа животная пища после Потопа разрешается Богом de jure (Быт. 9, 3). Она становится основной пищей богоизбранного народа, родоначальники которого были богатыми скотоводами. Явление Троицы Аврааму убедительно показывает (Быт. 18, 8), что Бог не видит в употреблении животной пищи ничего предосудительного.
Господь Иисус Христос в Своей земной жизни не гнушался пищей животного происхождения. Принимая участие в праздновании Ветхозаветной Пасхи, Он не мог не вкушать ритуального пасхального агнца, который был неотъемлемой частью пасхальной трапезы. Евангелисты достоверно сообщают, что Христос ел рыбу даже после Своего Воскресения (Лк. 24, 42-43).
Вегетарианство не было обычаем первых христианских общин. Однако иногда в них входили люди, для которых употребление мяса или вина считалось недопустимым. Апостол Павел, относившийся ко всякого рода пищевым ограничениям с пренебрежением, советовал ради снисходительности к немощам этих еще не укоренившихся в вере христиан следовать их рациону. Так, например, в Послании к Римлянам он пишет: «Я знаю и уверен в Господе Иисусе, что нет ничего в себе самом нечистого; только почитающему что-либо нечистым, тому нечисто… Ибо Царствие Божие не пища и питие, но праведность и мир и радость во Святом Духе… будем искать того, что служит к миру и ко взаимному назиданию. Ради пищи не разрушай дела Божия. Все чисто, но худо человеку, который ест на соблазн. Лучше не есть мяса, не пить вина и не делать ничего такого, отчего брат твой претыкается, или соблазняется, или изнемогает» (Рим. 14, 14-21).
Пост как одно из основных установлений Православной Церкви предусматривает полное воздержание от мяса, а иногда и отказ от всякой пищи животного происхождения. Запрет на вкушение мяса содержится во всех монашеских уставах. Однако вызвано это не сентиментальной жалостью к «братьям нашим меньшим», а задачами поста, который предусматривает максимальное сосредоточение духовных сил, невозможное после обильной и чрезмерно питательной трапезы.
Уважая личную свободу человека, Церковь отвергает не вегетарианство вообще, а вегетарианство «идейное», стремящее представить отказ от животной пищи в качестве универсального принципа человеческого существования. Христианство предполагает милосердное отношение ко всякому живому существу. Верующий человек не должен забывать заповеди: «блажен иже и твари милует». Однако следует помнить, что человек поставлен Богом владыкой твари, и разрешение вкушать эту тварь так же исходит от Бога.
«Идейному» вегетарианству свойственна гордыня, которая является тяжким грехом. «Идейный» вегетарианец превозносится своим милосердным отношением к животным, явно или неявно осуждая людей, придерживающихся других взглядов на питание. Писатель Достоевский смеялся над названием Петербургского «Общества человеколюбивого отношения к животным», поскольку отношение к людям у членов этого Общества было не всегда человеколюбивым. В условиях, когда, выражаясь словами поэта Мережковского, «мир залит кровью и слезами», когда миллионы людей страдают и даже умирают от голода, щепетильная разборчивость в пище, свойственная вегетарианству, кажется неуместной.
Москва