Нашла интересную статью

Роман Николаевич Гетманов, акушер-гинеколог московского родильного дома Спасо-перовского госпиталя мира и милосердия, основанного на базе 70-й городской больницы за свою многолетнюю врачебную практику не провел ни одного аборта. «Даже в те периоды, когда я был безработным и оставался практически без средств, никогда не шел на компромисс и категорически отказывался принимать участие в фактическом детоубийстве», говорит он.

- Роман Николаевич, наши прабабки рожали в поле и дома на печи: для них роды были самым обычным делом, хотя, конечно, не обходилось без боли и страданий. Что случилось? Почему сейчас беременность воспринимается чуть ли не как заболевание, при котором без серьезных врачебных вмешательств не обойтись?
- Ваш вопрос отражает болезненное состояние нашего общества. Во время беременности, действительно, обостряется любое хроническое заболевание, которое имеется у женщины. В современных учебниках по акушерству так и говорится, что «беременность - это запланированная болезнь». И с точки зрения медицины в этом есть определенный смысл. Но в целом представление о беременности как о болезни совершенно неверно. Оно основано на том, что за счет огромной нагрузки на организм матери во время беременности обостряются все хронические, вялотекущие процессы. Например, очень многим беременным женщинам ставится диагноз «пролапс митрального клапана». Это происходит оттого, что в русле организма становится на полтора-два литра больше жидкости и увеличивается нагрузка на сердце, и эти изменения отражаются на функциональном аппарате сердечной деятельности. Так же серьезно возрастает нагрузка и на другие органы, тем более если и до беременности были те или иные проблемы со здоровьем. С точки же зрения здоровья в целом, духовного здоровья семьи, конечно же, подобное определение звучит нелепо.

У моих детей, и, как я неоднократно замечал, вообще у православных, есть замечательная доминанта - желание создать семью. В нашей семье младшие дети растут на руках у старших, я работаю, жена моя периодически тоже выходит на работу, преподает анатомию в училище сестер милосердия при Первой градской больнице. И доходит до смешного: одной из моих дочерей сейчас 20 лет, она учится на четвертом курсе филфака. Два года назад она вышла замуж, родила первого ребенка и уже беспокоится, что у нее появилось бесплодие. Уже имея одного ребенка, она пристает ко мне: «Пап, а почему у меня дети не заводятся!» Вот так и надо готовиться - с детства мечтать о семье, создавать ее, любить друг друга.

- Тяжело ли принимать роды?
- Тяжело. Очень тяжело. Сколько лет работаю, каждые роды - это совершенно особая история. И привыкнуть к этому невозможно, да и нельзя к этому привыкать. Когда я принимаю дежурство в родблоке, обязательно смотрю истории. И если вижу, что у женщины в анамнезе какое-то количество абортов, то уже внутренне готовлюсь к тому, что наверняка будут осложнения. И я говорю об этом не в качестве пропаганды против абортов, и так понятно, как я к этому отношусь, а как о своем опыте врача-акушера.

- Роман Николаевич, что Вы говорите тем женщинам, которые сомневаются, стоит ли рожать, думают об аборте? Ведь врач своими доводами может спасти и мать от совершения такого поступка, и жизнь ребенка. Насколько успешны подобные беседы?
- Аборт - страшный грех, который влечет за собой массу неприятностей. Люди не понимают причинно-следственной связи, но непонимание отнюдь этой связи не исключает! Очень часто женщина просто не задумывается о последствиях аборта. А они неизбежны, причем как в нравственном, так и в физическом плане, не говоря уже о том, что прерывание беременности приводит к духовному расстройству, как женщины, так и семьи в целом.

Расскажу такой случай. Приходит женщина в консультацию и говорит: «Доктор, какой у меня срок?» Доктор посмотрел, где-то 5 недель. А она продолжает: «Нет, доктор, вы мне должны сказать, я забеременела 3-го числа или 6-го? Если 3-го, я беременность оставлять не буду, а если 6-го, то буду». И как тут отвечать? Она была возмущена, но доктор просто выпроводил ее за дверь. Вот это, к сожалению, данность сегодняшнего времени.

В роддоме, где я работаю, аборты никогда не делались и не делаются это одно из условий наших врачей. К сожалению, я не знаю, есть ли еще в Москве такие роддома. В свое время московское Общество православных врачей под началом профессора Александра Викторовича Недоступа вырабатывало специальные программы, мы стучали во все двери, чтобы разделить родовспоможение и прерывание беременности, так, как это происходит в других странах.
Я аборты делать не умею, и мне трудно представить, что у нас сплошь и рядом на первом этаже абортарий, а на третьем родблок и отделение патологии. Один и тот же врач, работая в отделении, сохраняет двенадцатинедельному ребеночку жизнь, а потом спускается вниз, и такого же ребеночка убивает. Так не должно быть! Человек, который убивает, не должен принимать роды! Это какой-то сверхбандитизм, с которым необходимо бороться, необходимо затрагивать эту тему на самых разных уровнях и добиваться всеми средствами, если не запрещения абортов, то, по крайней мере, того, чтобы их прекратили делать в роддомах.

По благословению духовника мне довелось в течение года каждый день беседовать в одном из московских роддомов с женщинами, которые приняли решение прервать беременность. Я столкнулся с ужасным явлением: счастливых семей, там, где мать делает аборт, не бывает! Женщины приходят какие-то дерганные, озлобленные, обиженные на мужей, на собственных детей приходят ложиться под нож…

Наша профессия предполагает, конечно, некоторые расхождения с православным мировосприятием. Но даже в те периоды, когда я был безработным и оставался практически без средств, никогда не шел на компромисс и категорически отказывался принимать участие в фактическом детоубийстве.

Ребенок это не будущий человек, не какой-то комочек, принадлежащий непонятно кому. Это индивидуальность, которая уже дана. А тех, кто относится к беременности с пренебрежением, как к помехе для себя, жизнь карает сама, и иногда очень сильно.

- По статистике, в России лишь 6,6% семей имеют троих и более детей. Конечно, людей пугает экономическая нестабильность. Но во многих семьях вопрос встает совсем иначе: после долгого приема контрацептивов, после сделанных абортов женщины просто не могут родить, теперь уже «желанного», ребенка.
- В Вашем вопросе изначально кроется ошибка в выборе терминологии. Нужно оказываться от понятий «желанный» или «нежеланный» ребенок, потому что эти понятия очень лукавые и, в общем-то, неправильные в принципе. Сегодня одна из опасностей, которые надвигаются на Европу и Америку (я говорю о странах, где ведется статистика), - это рост бесплодия, которое очень часто врачи не в состоянии объяснить и определить его причины: вроде бы и муж, и жена здоровы, а беременность не наступает, дети не появляются.

И из личного опыта общения я вижу, что у нас на приходах есть семьи, где по девять, десять, одиннадцать человек детей, как у нас, например, а есть семьи, где по два-три, а то и по одному ребенку. О чем идет речь: беременность не есть нечто такое, что может случиться с каждой женщиной каждый менструальный цикл. 2-3 цикла в году у женщины вообще не бывает овуляции, а каждый генетик, цитолог или эмбриолог скажет, что далеко не каждый раз зрелые мужская и женская клетки, встречаясь, создают беременность. И отсюда надо понимать, что расхожие клише типа «желанный» - «нежеланный» ребенок не имеют никакого основания под собой, потому что любая беременность Богом данная. Хотя и наше телевидение, и прозападная Российская Ассоциация планировании семьи насаждают подобные определения.

Еще раз повторю: каждая беременность - это маленькое чудо. Когда я беседую с беременными женщинами, я объясняю, что как они сами не являются копией своих мамы или папы, так и их ребенок индивидуален с самого момента слияния родительских клеток. И медицина не может этого объяснить. Если бы можно было дать однозначный ответ на подобные вопросы, мы могли бы спокойно пересаживать органы, могли бы лечить онкологические заболевания совершенно на другом уровне. Очень много и остается, и возникает вопросов. Например, когда стали исследовать трех-, четырехдневные задержки у женщин, живущих половой жизнью, оказалось, что в большинстве случаев это прервавшиеся беременности… Есть некие тайны и загадки, в которые человек не вхож. И не думаю, что когда-нибудь в них войдет.

Мы с супругой всегда относились к зачатию, беременности как к сокровенной тайне, и, наверное, поэтому у нас такая большая семья. И мы считаем, что это единственно правильное отношение к жизни. Ведь все так называемые «женские» проблемы и проблемы со здоровьем, вопросы, касающиеся беременности и родов, являются частью одной большой проблемы - проблемы семьи, ее духовного состояния и благополучия.

- Как же быть, если «грехи юности», осознанные и оплаканные в более зрелом возрасте, не дают женщине забеременеть? Есть ли у нее все же шанс выносить и родить здорового ребенка?
- Тема «здорового» ребенка тоже очень скользкая тема. Если мы с вами обратимся к православной традиции, к христианской традиции вообще, то здесь отношение «больной» и «здоровый» вещь очень каверзная и сложная. Избранники Божии очень часто несли определенные болезни, которые как раз и были некоторым признаком их избранничества. А многие большевики, которые всю свою жизнь разрушали, преследовали и тиранили людей, доживали до ста лет и особо на свое здоровье не жаловались.

Это, скорее, тема духовников, чем медицины. Сила покаяния творит чудеса, но какой- то статистики по этому вопросу я привести не могу. Из своей практики могу только рассказать случай, когда паре, много лет жившей в браке, не один врач авторитетно заявлял, что их союз бесплоден, а после поездки в Кострому, к Феодоровской иконе Божией Матери Господь даровал долгожданного ребенка. Ситуация каждой семьи уникальна и мне трудно представить, каким образом ее можно «планировать». Вся подобная термин шита белыми нитками.

- В настоящее время становятся все популярнее роды на дому. Как Вы относитесь тенденции?
- Я дома роды никогда не веду, хотя очень часто просят об этом. Было в моей практике два случая, когда пришлось принимать роды на дому, но, я надеюсь, такое больше не повторится. Объясню свою позицию. Недавно у меня рожала женщина, третьи роды. Родила замечательно за 4 часа, ребенок здоровенький, А через час началось тяжелое гипотоническое кровотечение. Хорошо, врачи были рядом, оперативно оказали помощь. А если бы это случилось дома? Гипотоническое кровотечение - это как кран с водой открыть.

По рекомендациям ВОЗ два показания к прямому переливанию крови: когда человека переезжает трамвай, и с пульсацией сердца кровь просто-напросто летает из человека, и акушерское кровотечение. Может и сто женщин родить нормально, ведь роды - это все-таки естественный процесс, патологию в него вносим мы сами. По моему мнению, женщины просто плохо подготовлены к родам, несмотря на все те наработки и программы, которые были так широко распространены в Советском Союзе. Сегодня мы все же приходим к тому, с чего когда-то начинали, открыто много школ по подготовке будущих мам, и я вижу, что эти школы себя оправдывают. Конечно, бывает, что в подобных школах говорят глупости, но, что очень важно, женщинам там внушают главное: роды - это естественный процесс, но к нему надо уметь подготовиться.

- За последние годы увеличилось количество родов с кесаревым сечением. В чем причина и всегда ли оправданно врачи делают выбор в пользу этой операции?
- В Мексике, например, 50% родов происходит через кесарево сечение. Если женщина принадлежит к среднему классу, и она не сделала себе операцию кесарева сечения, а родила через естественные родовые пути, считается, что она не соответствует своему положению в обществе. Это становится некоторым элементом культуры женщина приходит, платит деньги, ей вводят обезболивающее или наркоз, она засыпает или просто ничего не чувствует - и вот она мама. Никакого желания поработать, а тем более пострадать во время рождения собственного ребенка. И в православных странах, в Греции, например, сегодня схожая ситуация. В Москве около 20% родов происходит через кесарево. Конечно, из этих 20% большая часть операций проводится все же по медицинским показаниям, например, если у женщины повышенное артериальное давление и есть риск осложнений. Но в целом по России, я думаю, показатель кесаревых сечений значительно ниже.

Что касается анестезии, столь популярной сегодня в столичных роддомах, то она также должна иметь показания. В Конституции Швеции, например, сказано, что каждая женщина имеет право на региональные методы обезболивания во время родов, и практически все шведки реализуют свое право на эту анестезию. Но никто не говорит о последствиях, не говорит о том, что при этом 30-40% детей рождается с помощью вакуумной экстракции: это когда ребенку на голову накладывается специальная чашечка, подается давление, и ребенка тащат, потому что мать не тужится, не помогает ему родиться (аналог наших щипцов).

Смысл прихода в роддом - родить здорового ребенка, а не обезболиться. Поэтому, еще раз повторю, любая анестезия должна иметь свои показания, равно как и противопоказания. А сегодня ситуация такая, что во многих роддомах женщинам за определенную плату предлагают сделать эпидуральную анестезию, а они могут замечательно обойтись без нее! Если женщина нормально рожает сама, то никакая анестезия, несмотря на то, что у нас сейчас есть полный спектр подобных препаратов, ей ни к чему.

- То есть это чуть ли не преступная халатность со стороны врачей - предлагать подобные услуги роженицам?
- Я ни в коем случае не стал бы так говорить. Нужно раз и навсегда отказаться от менталитета «Дела врачей». Я работаю давно, во многих местах, и ни разу не видел врачей, которые были бы убийцами. Дураков видел. Видел кафедральных работников, увешанных регалиями, у которых руки растут не из того места. Всякое видел. Но вот преступников, которые умышленно кого-то калечат, слава Богу, не встречал. Но и в медицине, конечно, бывают ошибки; они были, есть и будут. Нельзя точно предвидеть, как будет протекать то или иное заболевание у равных людей: каждый из нас уникален.

Во всем мире есть материнская смертность, и никуда от этого не деться. В самых благополучных странах при самом благополучном мониторинге есть детская смертность. Другое дело в количественных показателях, в контроле и так далее. Какая-нибудь афганка девять человек родила в поле, а при десятых родах умерла от кровотечения, а у какой-нибудь француженки будут совсем другие проблемы с лишним весом, диабетом, неврологией.

- Необходимо ли женщине обладать хотя бы минимальными медицинскими знаниями, чтобы не растеряться в нужный момент, когда ее ставят перед выбором: рожать самой или делать кесарево, делать или не делать анестезию?
- Когда рожает женщина с гуманитарным образованием - это одна ситуация. А роды какой-нибудь девушки из провинции, особо не затронутой цивилизацией, ситуация совсем иная. «Многие знания многие печали», то есть изучать учебник по акушерству, вдаваться в подробности всех возможных осложнений все же не стоит.

Надо, конечно, хорошо понимать самой, что происходит в организме во время беременности. Стандартная ситуация: срок 39 недель, консультация направляет женщину в роддом. Приходит здоровая женщина, я спрашиваю: «Что вы пришли?» А она отвечает: «Меня доктор отправил, сказал, что пора рожать». А схваток-то еще нет. И в итоге все отделение заполнено женщинами, которые лежат и ждут, когда начнутся роды. Ждут по три, по четыре дня, бывает и дольше.
А об обезболивании скажу так. Единственный физиологически правильный метод обезболивания - это полное расслабление. Рожая, женщине нужно просто выкинуть все из головы. Если женщина умеет расслабляться, уверяю вас, никакой сильной боли она не испытает.

Все просто, только нужно понимать свою физиологию. И нужно к человеку относиться по-человечески. В больнице, где я работаю, а это государственное учреждение, мы добились того, что женщины рожают в отдельных боксах, у нас нет общего зала, мы пытаемся внести хоть какие-то элементы физиологии. Ведь в природе рождение и смерть очень интимны, ни одно животное не рожает на виду у других.

Во Франции есть платные роддома, где родильные помещения выглядят, на первый взгляд, очень странно. Комната площадью около 20 квадратных метров, без окон, стены и пол обшиты матами, висят канаты, может стоять ванна. Никакой кровати. Дверь сделана таким образом, что изнутри не видно ничего, а снаружи можно видеть все, что происходит внутри, чтобы женщина не отвлекалась, а врачи имели полный контроль. Можно походить, полежать, посидеть, повисеть - все ведут себя по-разному. Главное - освободить голову. Опытный врач по дыханию за километр определит начало потуг - в этот момент заходят муж с акушеркой и принимают роды. Подобный подход основан исключительно на понимании физиологии человека, физиологии родов. Но к подобным родам нужно, конечно же, заранее готовиться. Женщина должна осознать, что врач не враг ей. Она должна иметь возможность на ранних сроках прийти и посмотреть через эту дверь, как рожает кто-то другой, принять это и понять, что от нее требуется.

Есть такой французский акушер Мишель Оден, я к нему очень хорошо отношусь. Его книги стали привозить в Россию, по его методике работает несколько центров в Москве (Центр традиционного акушерства и семейной медицины Тамары Григорьевны Садовой и другие). И у меня есть мечта создать центр, где мы сможем принимав роды на основе подобных принципов.

- В каждой профессии есть что-то самое важное. Что, на Ваш взгляд, главное в профессии акушера-гинеколога?
- В медицине, в акушерстве есть два очень важных качества, которыми необходимо обладать. Первое - это бескорыстие, без него в нашей профессии нельзя. И второе - это любовь к пациенту. Все остальное нарабатывается практикой. Насколько я сам обладаю этими качествами, судить не мне, но ими, безусловно, должен обладать любой врач.

- Хотели бы Вы, чтобы Ваши дети пошли по родительским стопам и реализовали себя в медицине?
- Да, я очень хочу, чтобы кто-то из моих детей стал врачом, я даже уже наметил, с кем буду беседовать на эту тему. Но они все разные и это тоже, между прочим, чудо. От одних родителей такие разные дети. Дочери более склонны к гуманитарным наукам: одна окончила филфак, другая сейчас там учится, еще одна окончила биофак. Но я думаю, кто-нибудь из них обязательно продолжит нашу династию, ведь у меня дел был врачом, а бабушка акушеркой. Деда до сих пор помнят в Белозерске, где он проработал долгие годы.

- Роман Николаевич, как на Ваш взгляд, в России в ближайшее время как-то улучшится ситуация я с рождаемостью?
- Улучшится, обязательно улучшится. По мере того, как люди будут приходить в себя - вспомнят свое происхождение, начнут приходить в Церковь. Этот процесс уже запущен, и тому есть масса примеров в Москве и других городах. В Екатеринбурге, например, Владыка Викентий развернул активную пропаганду против абортов, в защиту нормальной, здоровой семьи в женских консультациях развешаны плакаты, и, как результат, в роддомах не хватает мест!

Необходимо прекратить обманывать женщин, прекратить их калечить. Ведь это натуральный обман, что презерватив от всего спасает! Ни от чего он не спасает! Величина возбудителя СПИДа меньше, чем поры латекса. Это давно известно, но производители на каждой упаковке продолжают писать о гарантии от заболеваний… Или популярная внутриматочная контрацепция: это ведь спровоцированный воспалительный процесс, который не дает плодному яйцу имплантироваться. О какой безопасности может идти речь?

И абсолютно не нужна людям возможность все попробовать - наркотики, «вольную жизнь». Мы сегодня знаем по статистике - пять, шесть, семь половых партнеров, и можно с уверенностью говорить, что у женщины имеется хронический воспалительный процесс. И именно это нужно доносить до молодежи, а не призывать «брать от жизни все»!

Если в головах будет все нормально, то и ситуация нормализуется и дети будут рождаться, и страна изменится.

- И напоследок. Что бы Вы пожелали женщинам, которые собираются стать мамами?
- Пожелаю быть людьми, нормальными людьми. Все здоровье женщины определяется сохранностью флоры половых путей. Женщина, меняющая половых партнеров это, как я уже говорил, хроник. Живите нормально, не блудите, не хулиганьте и будьте здоровы! И будут дети здоровые, и все будет хорошо!

Источник: журнал «Славянка», ноябрь-декабрь 2006 г.