В общем началось все с моего планового визита к Г 30 апреля. В этот день я решила перестирать шторы: рожать-то скоро (на тот момент я даже не представляла насколько скоро!!!)… Последний месяц меня одолевали отеки… К вечеру у меня были не ноги, а что-то страшное… Мой 35-й размер раздулся так, что пришлось моющиеся тапочки в роддом 37-го размера брать, и то все давило… Вот с такими ногами я и пошла на прием. Акушерка померила давление: 130 на 70. Никогда у меня такого давления не было. Всегда не больше 120…. Расстроилась… Пошла на КТГ – там все идеально… Потом к Г…. Она увидела мои отеки и сказала, что надо ложиться на сохранение. Я ни разу в больнице не лежала, поэтому для меня это было чем-то страшным… Несмотря на мои слезы, просьбы прокапаться на дневном стационаре в ЖК, или хотя бы лечь после праздников – она все-таки выписала направление… Приехала я домой, догладила шторы, повесили с мужем и начала собирать пакеты… 1-е мая… Люди на природу собираются, а я в роддом. Принимал меня молодой доктор, имени не помню. Его все в патологии называли по-разному: кто «якут», кто «кореец» за узкие глаза. Кто он по национальности - так и осталось для нас загадкой. Первый раз меня смотрел мужчина Г! Для меня там много чего было впервые. Первая капельница… Я раньше не знала, что это такое. Вливали в меня по 2 бутыля в сутки чего-то там (названия медикаментов никогда не запоминаю, а зря). Девочкам в палате лили то же самое. Да, в палате нас было 5 человек. Одна девочка на 41-ой неделе, другая на 38-ой, а трое (включая меня) на 35-ой. Майские праздники, в роддоме только дежурные врачи. Никаких обходов… Все анализы у меня взяли в первый день (трижды кровь, мочу, сделали КТГ и узи почек). Потом благополучно меня оставили в покое. Дни тянулись долго. Из развлечений капельница в 11 утра, походы в столовую на завтрак, обед и ужин и самое желанное: с 17:00 до 19:30 открывали двери и можно было выходить гулять! Палата выходила на солнечную сторону. Душно. Но не это самое страшное. В палате у нас была женщина, лет под 40, которая храпела как рота солдат!!! В связи с чем ночью спала только она. Она перехрапывала даже мое радио в наушниках… Мне и так было не сладко из-за мочегонных капельниц каждые 40 мин в туалет вставала, причем даже боль появилась (ребенок сильно на мочевой давил), а тут еще она… Надежды поспать днем тоже не было, потому что днем наша соседка тоже спала… И тоже храпела! Короче на 5-е сутки у меня из-за недосыпа, или гестоза поднимается давление 150/80. Как раз рабочий день. Мой лечащий врач вышла на работу и забила тревогу по поводу моего давления. Сделали УЗИ, потом смотрели меня все 5 врачей, что были в отделении… И тут я услышала страшную фразу: «надо родоразрешать». Шейка не готова. Только КС… У меня истерика. Я всегда хотела родить сама!!! Даже не рассматривала КС как вариант! А тут такое! Просила, чтобы простимулировали, чтобы сама родила. Сказали, что на данном этапе это невозможно. «Будем смотреть за давлением, если еще раз повторится – то сразу же оперируем». Было это сказано, чтобы меня успокоить, как я потом поняла. Вечером приезжали муж с мамой, разговаривали с врачом. Она объяснила, что тянуть уже опасно для меня и ребенка. В итоге вечером меня забирают «проконтролировать давление под аппаратами» в реанимацию… Какие же там удобные кровати! Я наконец-то выспалась!!! Всю ночь капала какая-то капельница в левую руку. В мочеиспускательный канал вставили трубочку, поэтому каждые 40 мин я уже не просыпалась. Манжета на правой руке измеряла давление каждые 15 мин… Еще какой-то датчик на груди… Меня это уже не особо интересовало… Я спала!!!!!!! А утром пришел улыбчивый дядя- анестезиолог и сказал : «Ну ты же поняла, что мы тебя к операции готовили»… Из-за лекарств я уже без эмоций на это отреагировала, а может смирилась… Позвонила, сказала мужу, что увозят на операцию. В операционной сделали эпидуралку, но она на меня очень странно подействовала… Девочки пишут, что помнят все, а я нет! Только то, что было для меня важным: как начали резать, потом, почти сразу же я услышала писк (это моя бусинка пискнула еще во мне и вдохнула околоплодную жидкость), потом голос анастезиолога: «Запомни! 10:24!» родилась моя девочка… Потом плач, потом ее мне показали уже в пеленочке… Больше не помню ничего до следующего утра, мне потом муж рассказывал, что я с ним по телефону говорила, он мне рассказал, что ребенок в реанимации, что все будет хорошо, состояние стабильное. Потом прислал ммс с фотографией Яночки под куполом, где она лежала (медсестру попросили сфотографировать). Вся в датчиках, трубках… Страшно… На следующее утро после операции меня перевели в послеродовое отделение, где девочки с детками лежат. Палата на двух человек, со мной девочка с сыном. Тоже после кесарево. Таких как я (без деток) в нашем крыле было еще 2-е. Новости о дочке узнавала от мужа, потому что детская реанимация у нас в роддоме как другое государство. Чтобы что-то узнать, нужно идти к ним на первый этаж в противоположное крыло. Я хотела идти в первый день, как из реанимации перевели, но медсестра не пустила, да я и сама понимала, что не дойду. На третий день я только смогла к ней дойти. Посещения там с 14 до 15. Не могу даже передать свое состояние, когда я ее увидела! Дышала она уже сама, но эти датчики, трубки… Худенькая, серые круги под глазами… Вместо разрешенного часа пробыла там минут 15. Больше не смогла. Все время ревела. В палате долго не могла успокоиться. Все время она перед глазами стояла… Как же больно, жалко, а ничем помочь не можешь. Потом я взяла себя в руки, говорят же, что ребенок все чувствует. Ходила к ней, разговаривала с ней… Каждый день ждала, что скажут, что ей уже лучше и нас можно переводить на совместное пребывание на 3-й этаж в недоношенные. А пока была без нее поставила себе цель –сохранить молоко. Сцеживалась каждые 4 часа. Для меня это было самым важным. Перевели нас только через неделю… Не думала, что там будет так тяжело. Тяжело не физически, а морально. Яночка с зондом во рту, кормить только через него (глотать ей очень тяжело). Утром, в обед и вечером колют антибиотики. Как она плакала! Как ей было больно! Еще есть медсестры-садистки. Лекарство очень быстро вводят. И им плевать, что это ребенок! Помимо уколов еще куча лекарств… День за днем… Жизнь поделенная на 3 часа от кормления до кормления… Просто сходишь с ума…Палаты на одного человека. С соседями можно общаться только в коридоре. Друг к другу ходить нельзя. И сидишь в своей палате как псих-одиночка. У всех свое горе. Это мы почти доношенные родились, а там лежат и с детками по 1,5 кг. Самая маленькая девочка 750 гр весила… Страшно! Атмосфера гнетущая. Еще и этот режим… Как в концлагере! Сколько было истерик! Потом еще и недосып постоянный (у нас начались сильные колики). Ночей 5 подряд мы не спали. Она орала, капли не помогали, массаж тоже. Вот и носила ее на руках до утра. Потом стало немного легче. Разрешили пробовать кормить через бутылочку. Она все время давилась, но с горем пополам мы старались высасывать норму, чтобы нам вытащили зонд. Потом учились брать грудь… Как хотелось домой! Ну, описывать все, что было в «недоношенных» не буду. Я очень хочу это все забыть, как будто ничего не было. Просто страшный сон… Только длился он очень долго. Выписали нас только 30-го мая… В роддоме я провела ровно 30 дней…
Армавир
