Этот текст утянула у Иоланты...прочитала и такой волной накрыло меня...
Это те слова, которые во мне живут.. Это то, что я чаще всего сейчас чувствую... Впервые я не хочу работать...мне не хочется что-то решать...куда-то бежать..быть сильной...Я хочу любить и быть любимой, хочу рожать детей и быть Мамой, хочу красивое белье, хочу быть нежной и заботливой..и получается это у меня только с ним....Все на меня ругаются- Где твоя гордость!!?? да плевать я на нее хотела ) Разве в ней счастье?? Сошла с ума? Наверное..)) и я полностью согласна с тем что *..Я состоялась только в одном. Я умею его любить. Я умею быть женой и матерью. Я умею быть честной. Для счастья мне достотночно, чтобы меня любили...Я не могу больше держаться, я падаю*
..Я не знаю что там боролись феминистки, которые по слухам так и не победили, но мне все это не нужно. Люди, я же женщина. Только женщина. У меня узкие запястья, узкие щиколотки и большая разница между талией и бедрами, уж не говорю – грудью. Ее видно глазами, но на ощупь она еще вернее. Чего можно от меня требовать? За что меня нужно ругать?
У меня все так, как придумала природа для женщин – где надо узко, где надо широко, где надо впадинка, где надо бугорок. Это для мужчины, это для детей. Я часть пазла. Все подогнано и смазано. Надо совпасть и оно работает.Только не требуйте от меня других функций. Смотрите, как красиво, когда я закалываю волосы наверх, а одна прядь выбивается…На мне духи пахнут лучше, чем они задумывались автором, на мне браслеты звенят как обещание радости…И это обещание выполняется. Чего еще нужно?
И не нужна мне зарплата, такая же как у мужчин, я вообще не хочу работать. Я хочу быть дома, и чтоб было время на пожарить мясо и на посмотреть в окно. У меня шелковая кожа, волосы и душа. Из этого который год не получается ничего железного. Все это только горит хорошо. Горит, но не закаляется. Не становится тверже. Потрещит, остынет, нарастет новое и снова жаждет не равных прав, а шелковых простыней.
Ну нет во мне таких материалов и веществ из которых можно сковать твердый характер и жизнь, полную свершений. Я не могу быть сама по себе. Я сделана для кого-то. Из ребра, ключицы, из копчика, плевать, не знаю! И чувствую себя так, будто во мне много меньше костей, чем надо, чтобы твердо стоять, быстро ходить, высоко прыгать и махать руками: Я!Я!
Я лучше пойду сяду в кресло под плед. Или поцелую ребенка. Или обниму мужика.
Не умею не за что бороться, умею только отсутпать. Когда вовремя, когда раньше, чем надо. Не кузнец я своего счастья и вообще не кузнец.
Чему там учили в Смольном? Языкам, танцам и варенье варить? Я хочу варить варенье. Иногда молчать, иногда говорить, иногда болтать. Зачем мне надо столько всего знать, чтобы жить?!! Почему недостаточно талантливо чувствовать, уметь любить, быть тем мягким, во что можно спрятаться? Просто быть.
И не хочу я говорить ни себе ни другим: я справлюсь, я разберусь, я хочу впадать в панику, в обморок, отключаться, чтобы очнуться, и чтоб мне сказали: вам нельзя волноваться, вам нужно отдыхать…Потому, что мне и правда нужно отдыхать. И вообще, горизонтально мне комфортней. И не нужно мне продвижение, мне нужен новый лифчик на тоненьких кружевных бретельках. И чулки со швом.
А все эти конференции, все эти доклады про то как трудно быть женщиной в современном мире! Ну что за херня. Что за игры. Нетрудно быть женщиной, если не стесняешься ею быть. Света уроет меня, презрит, скажет, что я совсем. Да я совсем. Я больше не могу быть женщиной в современном мире, где надо быть сильной, где надо осваивать грандиозные возможности, отбитые суфражистками у мира мужчин. Где надо кусаться, предлагать себя, продвигать себя, пиариться, и по ходу еще уметь подцепить мужчину. А потом удерживать его. Бороться за него. Звонить соперницам. Интриговать. Выигрывать в тендерах, предъявляя свои достоинства. А потом предъявлять его, как символ успеха и знак, того, что ты состоялась. И В ЭТОМ ТОЖЕ.
Я состоялась только в одном. Я умею его любить. Я умею быть женой и матерью. Я умею быть честной. Для счастья мне достотночно, чтобы меня любили. Достаточно спать по ночам в той выемке у него на плече, которая тоже часть пазла.
Но этого недостаточно.
Я не могу больше держаться, я падаю.
