Войти Регистрация
  • Базар
  • СП
  • Задать вопрос
Матвей — 9 лет 5 месяцев
Москва Россия
3 октября 2008, 12:50   •  Без категории

История наша начинается с путешествия в жаркий Египет к Красному морю и желтым пескам, откуда мы вернулись уже не вдвоем, а ВТРОЕМ! Счастью нашему не было предела! Но не все оказалось так просто. Еще находясь в египетском аэропорту со сроком беременности две недели, в течение шести часов (ровно настолько задерживался рейс) меня рвало не переставая. Не успевала я вернуться к мужу, как тут же бежала обратно в туалет загрязнять казенное египетское имущество. Египтянки в чадрах недовольно поджидали моего очередного прихода и недобро покачивали головами. Наконец нас посадили в самолет, приветливая бортпроводница дала мне чудодейственную таблетку и я уснула.

На сроке шесть недель я решила устроить мужу сюрприз и передвинуть мебель в комнате. Надо заметить, что мебель была не тяжелая, двигала я ее с особой осторожностью, вроде бы не напрягаясь. Тем не менее, сюрприз удался вдвойне: к вечеру у меня открылось кровотечение, а утром увезли на скорой с диагнозом "начавшийся самопроизвольный выкидыш". Две недели я получала по три укола внутримышечно и по горсти абсолютно ненужных таблеток типа валерианки и ношпы. Когда меня выписывали, врач настоятельно порекомендовала мне уволиться с работы, побольше отдыхать и пообещала, что в этом случае все у нас будет хорошо. Муж был только "за" и с того момента я стала официально считаться домохозяйкой.

В целом же беременность моя протекала достаточно неплохо, не считая токсикоза и переодически случавшихся головных болей, которые доводили меня до полуобморока. Дважды в неделю я посещала полуторачасовые занятия аквааэробикой в бассейне с сауной, занималась дыхательной гимнастикой и йогой. Бассейн я просто обожала. Я чувствовала себя там не просто человеком, а человеком, который может абсолютно нормально и свободно двигаться, а не переваливаться с ноги на ногу или с бока на бок как бегемотик, чтобы доползти из точки А в точку Б.

Самое неприятное началось с последнего перед родами похода на УЗИ на сроке 37 недель где выяснилось, что сынок наш не только не смог перевернуться головкой вниз, но и вокруг шейки у него двойное обвитие пуповиной. Врач успокоила, что пока пуповина ему не мешает, но если начнется родовая деятельность и матка начнет выталкивать малыша, пуповина может затянуться, поэтому в моем случае необходимо кесарево сечение и рожать самой мне строго противопоказано. Меня как током ударило. Такого поворота событий я ожидала меньше всего. Всю беременность я готовилась рожать сама, перечитала кучу литературы, посещала занятия. А тут меня как ведром холодной воды облили. Но даже не это было самое страшное, а то, что малыш находится в опасности. Эта мысль не давала мне спокойно уснуть. Врач из женской консультации предложила мне госпитализацию в роддом в 38 недель, так как с этого срока уже могут начаться роды и в этот момент я должна находиться под присмотром врачей.

В назначенный день мы с мужем явилиь в женскую консультацию для дальнейшей госпитализации. А поскольку человек я очень впечатлительный, я очень переживала в какой же роддом меня повезет "скорая", так как предварительно я выбрала роддом №25 и мне хотелось попасть именно туда. От волнений у меня скакнуло давление 140/100, врачи в панике вкололи мне укол с магнезией (как выяснилось позже магнезию я не переношу совсем), который мне естественно не помог. С того дня давление мое не снижалось до самых родов, но об этом позже. Приехала "скорая", сделала запрос в диспетчерскую и сообщила, что в 25 роддоме мест нет и предложила мне ложиться в роддом №3. Выбора у меня не было и пришлось согласиться, хотя расстроилась я ужасно. В машине скорой помощи меня уложили на каталку, всю дорогу муж держал меня за руку, а мне в голову лезли не очень приятные мысли относительно места, в которое мы направлялись.

Роддом и правда оказался не тем, что я ожидала. Еще в приемном отделении мне успели нахамить, так что ждать чуда я не собиралась. Положили меня на пятый этаж в отделение патологии. Палата четырехместная, душ, туалет и раковина в палате имеются - и на этом спасибо. Ремонт по-моему был здесь достаточно давно, все очень скромненько. Телевизор в холле работает с 17 до 21 часа. Холодильники в столовой общие, забиты все до отказа, так что хранить там продукты нереально. Кормят в принципе нормально, не ресторан конечно, но если голоден - поесть можно. На этаже шестнадцать палат, один врач на четыре палаты.

Врач наш - Исайкин Александр Николаевич 26-ти лет отроду, молодой, амбициозный, решения принимает только в присутствии заведующего отделением патологии Ибрагимова Арсена Абдухаликовича. Давление мое снижаться не собиралось и на третий день пребывания Александр Николаевич решил назначить мне капельницу с магнезией. Пыталась я ему объяснить, что смысла в этом нет и лучше мне не станет, но он стоял на своем. В общем, довели мы друг друга до истерики, вызвали заведующего, который предложил мне вызать мужа или родителей. Пришлось мне сдаться. Четыре часа я пролежала под капельницей и мне не только не полегчало, мне стало хуже ну как минимум раз в десять. У меня было ощущение, что я вот-вот потеряю сознание, я вся горела, мне было очень плохо. И ведь что интересно, ну настоял господин Исайкин на капельнице, так хоть бы зашел и справился о моем состоянии, лучше ли мне. Такой роскоши я не дождалась. Дело было в пятницу. Вечером начала отходить пробка. Прошли выходные и наступил понедельник, 15 сентября. Врач пришел на обход, я ему сообщила, как он чуть не лишил меня жизни, он собрал "совет" и пригласил меня в смотровой кабинет. После осмотра тремя врачами и заведующим, меня отправили в палату, а сами остались общими усилиями принимать решение. Через 20 минут меня вызвали в ординаторскую. Заведующий сообщил мне, что поскольку состояние мое не улучшается, давление не снижается, ребеночек от этого страдает и ждать сорока недель просто нет смысла и предложил мне кесарево. К тому моменту я уже очень устала от постоянных головных болей, давления, да и к тому же тазовое предлежание и обвитие пуповиной не давали мне сомнений, что нужно соглашаться. И я согласилась. Операция была назначена на завтра, 16 сентября.

Вечером я стала готовиться к долгожданному событию: собрала вещи, сходила в душ, вымыла голову, причесалась и легла в кровать. Мысли не давали мне уснуть, я представляла, как это все завтра пройдет, каким я увижу своего сыночка, будет ли он похож на меня или на папу. С трудом верилось, что вот уже завтра мы встретимся. Меня охватывало волнение. С этими мыслями я пролежала до 23:30, в палате еще никто не спал. И тут я ощутила очень силный толчок, как будто сынок со всей силы пнул меня куда-то в самый низ и сразу же меня охватила жуткая боль. От неожиданности я взвигнула. Девочки стали спрашивать что случилось и позвать ли медсестру, а у меня от боли даже сил не было слово выговорить. Пришла медсестра, попросила встать. Я медленно поднялась и тут из меня хлынуло ручьем. Стало очевидно, что отошли воды. Схватки пошли сразу через полминуты, боль была невыносимая. Описать эту боль невозможно - кто не рожал, тот вряд ли поймет. Мне в этот момент больше всего хотелось умереть. В многочисленных рассказах о родах, которые я прочитала во время своей беременности, девочки описывали схватки как сжатие живота, что он становился как камень. Я же ничего подобного не ощущала. У меня болело все сразу. Мне казалось, что я вот-вот потеряю сознание. Живот мой не каменел, а наоборот становился мягким. Вызвали врача, она посмотрела меня на кресле – раскрытие четыре пальца. Отправила на клизму. Еще один кошмар. Уж не знаю от чего мне было так больно от клизмы или от схваток, но терпеть это молча было невыносимо. Полчаса на унитазе, затем мне выдали роддомовскую ночнушку, уложили на каталку и повезли в операционный блок. Боли усиливались с каждой минутой, это было ужасно. Медсестры спустили меня на второй этаж, операционная была занята. Меня оставили в какой-то комнате, в тот момент я уже плохо соображала от боли, сказали, что как только операционная освободится, мне сделают кесарево. В комнате висели часы. Было 2 часа ночи. Минут тридцать-сорок я лежала там одна одинешенька на каталке, стонала, скулила, завывала, рыдала в конце концов, молила, чтобы мне сделали обезболивающее. И наконец за мной пришли.

С трудом я перелезла на операционный стол. Анастезиолог – милейшей души человек, по-моему, в тот момент она была самая спокойная и доброжелательная, успокаивала, жалела меня. Тогда мне этого так нехватало. Она рассказала, что сейчас будет делать мне спинальную и эпидуральную анастезию. Объяснила, что спинальная анастезия – укол в позвоночник – подействует сразу, она ставится на саму операцию. Эпидуральная анастезия – катетер в позвоночник, в который вводится раствор – на послеоперационный период. В момент укола нельзя двигаться, иначе анастезиолог может попасть не в то место и как следствие можно остаться инвалидом. Было страшно, к тому же не двигаться во время схватки казалось нереальным, а схватки шли постоянно. Уколы были болезненными, но по сравнению со схватками – это были цветочки. Через пару минут после укола я перестала чувствовать боль. Господи! Какое это было счастье! Я благодарила анастезиолога, эту милейшую женщину, она спасла меня от боли. Пришли врачи, акушеры, педиатр. На голову мне накинули ширму. Я не видела, что происходит, но я все чувствовала, кроме боли. Такое странное ощущение. Я чувствовала, как мой живот режут, правда мне казалось, что разрезают его от пупка до самой груди, как все внутри у меня вынимают. Я слышала, как мой маленький комочек закашлял, я сразу поняла, что все у нас хорошо. Потом он заплакал. У меня не получалось контролировать свои эмоции. Мне хотелось плакать от счастья, но слезы не бежали из глаз. И тут ширма отодвигается и мне показывают моего малыша: «Смотрите, мамаша, у вас мальчик, вес 3350, 52 сантиметра, 8/9 баллов по Апгар». И он такой крошечный на руках у педиатора, такой красивый, похожий на хомячка, мой маленький сынок, даже не верится. Я попросила его поцеловать и его забрали. Пока меня зашивали я пыталась сохранить в памяти его маленький носик, глазенки, губки, тепло его щечки. Мне так хотелось снова поскорее его увидеть, обнять, поцеловать!

После операции меня перевели в палату реанимации. Пока действовала анастезия я успела поспать. Проснулась я в пять утра 16 сентября от страшной боли в животе. Ноги свои я все еще не чувствовала. Мне добавили эпидуральной анастезии и мне стало легче. Я дотянулась до телефона и набрала номер мужа. «У нас сынок родился!». Снова жуткая боль в животе. Как выяснилось, очередной дозы эпидуралки хватало минут на сорок. Двигать я могла только руками, тело все затекло, я даже голову не могла приподнять, потому что для этого нужно было напрячь пресс, то есть живот. В 10 утра пришла врач – Эльза Борисовна и наотрез отказалась мне вкалывать еще одну дозу обезболивающего, сказала, что это уже во вред. Давление мне меряли постоянно, но оно так и не снижалось. В общем, с муками и страданиями я провела в реанимации 32 часа после чего меня наконец-то перевели в послеродовое отделение.

Матвея я забрала сразу. Весь день мы были вместе, но первые две ночи у меня его забирали в детское отделение – кесарятам надо отдыхать. Остальные дни мы были вместе. Конечно было тяжело, особенно подниматься с кровати, поэтому днем я старалась вообще не ложиться. Боли не исчезали, а только усиливались после ежедневного осмотра врачей. Но ради маленького хомячечка наверное стоило это пережить. На седьмой день нас выписали домой!

Прошло две недели. Живот уже почти не болит, шов затянулся, а сынок с каждым днем все больше радует папу и маму!

image

Последнее фото с животиком. Дома перед выездом в роддом.

imageimage

Наши первые фото из роддома. Матвею 2 дня.

image

Выписка из роддома. 22.09.2008.

imageimage

Наша первая прогулка и первое купание.

image

А здесь Матвею уже 2 года и 4 месяца.

image

Тут уже почти 5 лет)

Рождение нашего сокровища. Москва, роддом №3.

Посмотреть 1 комментарий