- Стасыч, я сейчас тоже подскочу. Не вздумай мою Люську обижать- зубами загрызу.
- Да ладно тебе, - миролюбиво отозвался тот. - Шмарик пацан ещё зелёный, кого смог, того отправил. Я ж сюда с ограниченным контингентом прибыл, не собирался я штурмом Рыкинские дачи брать, и не собираюсь.
У Люси замерло сердце.
- Что, нашли мальчонку-то?
- Не телефонный разговор, - напомнил Стасыч. - Подгребайте сюда. Обсудим.
Оба мужчины отсоединились, а Люси залепила рот Шмарика клейкой лентой.
Вдвоём, с солдатом «R», они подняли его, тот дрыгался.
- В Болото хочешь? - мурлыкнула Гонзалес очень ласково. - И тащить никуда не надо.
Тот замер.
- Умница. - Они понесли его в сторону машины. - Сейчас на заднее сидение устроим. Но будешь рыпаться- в багажнике поедешь, понял?
* * * * *
Когда они добрались до гостиницы супер-люкс, Люси подсказали припарковаться на соседней улице, в узком, глухом переулочке между домами.
Уже стемнело, и свет с улицы почти не доходил до конца этого закоулка. К ней тут же подошли двое, вытащили Шмарика.
Люси вылезла тоже и тут, из самого тёмного уголка, к ней шагнула такая знакомая фигура.
«Глееееб,» У Гонзалес сладко заныло сердце. "А мне казалось, я не скучаю... Нет, это, наверное, из-за того, что он -моя единственная надежда."
Орлов обнял её кратко, порывисто и крепко.
Люси передала встречающим ключи от наручников
.Слышно было, как сорвали клейкую ленту с лица Шмарика, и как тот стонет и тихо матерится.
- Придержи метлу, - прошипел один из подошедших, встряхивая парня. - Босс этого не любит.
Они, все вместе, вошли в гостиницу через пожарный ход, сели в лифт только на втором этаже. Люси кинула вокруг взгляд из-под полуопущенных ресниц.
Те, трое, выглядели моложе Глеба, все одетые в стандартно-модные спортивные ветровки.
Впрочем, как и Орлов, единственная разница - брюки.
На парнях - спортивные, а Глеб, вроде как, в джинсах.
Но Люси знала - они сшиты из спец-материала, с использованием паутины; практически пуленепробиваемые, а эластичностью превосходившие любую стандартную ткань.
К изумлению Гонзалес, номер, в который они вошли, выглядел не хуже, а то и шикарнее многих тех люкс, что она видела в других странах.
«Вот тебе и Сибирь!» хмыкнула она про себя.
В одном из кресел, расставленных полукругом, уже расположился Фабро с напитком в руке.
Он, ухмыляясь из-под ''негодяйских'' усиков, не вставая, отсалютовал вошедшим.
А вот незнакомый Люси, уже не очень молодой мужчина, в супер-модном костюме европейского покроя, поднялся и двинулся к ним навстречу.
Двое парней шагнули назад, а он отвесил обидчику Люси лёгкую пощёчину.
- Моё слово для тебя должно быть важнее слова Божьего, - произнёс он тихо. - Ясно?
Тот молча кивнул.
Мужчина повернулся к Гонзалес.
- Александр Станиславович. - Он галантно поцеловал её руку. - Можно просто Стасыч.
- Очень приятно познакомится, - Гонзалес вежливо улыбнулась.
Глеб прикусил губу; она произнесла эту стандартную фразу тем грудным мелодичным голосом, что сводил с ума всех мужчин.
«Блин, зачем она на рожон лезет?» промелькнуло у него в голове. «Или мне кажется? Я... ревную?»
Глаза Стасыча хищно прищурились.
- А вы можете, дама, меня уложить? Приёмчиком. - шепнул он интимно, но удерживая её запястье.
- Конечно, - в тон ему выдохнула Люси, плавно подтягивая его руку к себе, прижала к груди...
В следую же секунду Стасыч оказался на полу, а Гонзалес стояла на его животе, упираясь коленом под дых, но держала на прицеле одного из парней-охранников, который успел-таки выхватить свой пистолет, но не поднять, а уж тем более навести на неё.
Орлов хмыкнул.
- Не просите слишком настойчиво, вашу просьбу могут исполнить.
- Amen! - Фабро снова приподнял бокал и отпил из него.
- Мадам Гонзалес, - заговорил Стасыч с усилием. - Позволите встать?
Она молча поднялась, убирая оружие.
Парень с пистолетом помог своему боссу встать на ноги. Тот потёр затылок.
- Израильский ОМОН? - робко поинтересовался молодой охранник.
- В данном случае -элементарная подсечка! - Стасыч неверяще покачал головой. - Вот, ребята, учитесь, запоминайте! Врага недооценивать нельзя, ни секунды - расслабляться!
- Отвлечение внимания и элемент неожиданности. - рассмеялся Глеб. - Думать надо головой, а не головкой. Ну, что, проверка закончена?
- Не совсем! - снова влез Шмарик. - Вот вы, Александр Станиславович, сердитесь, а я сам слышал, как Вишнёвковцы переговаривались, что Глебка, мол, ментам сдался и чуть ли не всех парней деревенских. Баб поспрашивал- рёвом ревут. ''За убивство'', видите ли какое-то!
- Что за бред? - Стасыч перевёл на Орлова изумлённый взгляд. - Тааак, Сибиряк, колись по хорошему!
- Мне надо было на воле находится, Данилку выручать, - объяснил Глеб хладнокровно. - Двойника я им подсунул, ясно?
Они все вытаращились на него.
- Тебе ж спокойней должно быть, - продолжил Орлов тем же тоном. - ТОТ вас не спалит. Опера, вообще-то, глупость сделали. Обрадовались, что вроде как ''особо опасного'' нашли. В камеру отдельную, да волокиты бумажной не не три дня, а подольше. Пока они там разберутся, я, надеюсь, пацана успеем вытащить.
- А дальше что? - Стасыч поинтересовался с подозрением. - Сдашься? Опять на дно заляжешь?
- Во-первых, видно будет. Во-вторых, единственные свидетели тех событий -ты, да может ещё из стариков кто остался. ''Сибирский Стрелок'' всегда чисто работал. Ну, максимум, баб им обманутых найдут. Но там уж либо срок давности прошёл, либо их слова против моих. А позориться не всякая станет.
- А как мы знаем, что они тебя не как стукача подослали? - развернулся к нему Шмарик. - И что ваще ты-то и есть тот Сибиряк? Ты ж ровесник вон, Стасычу, а рожа, как у пацана!
Три хлопка прозвучали, казалось, одновременно.
Глеб стоял, держа наган с глушителем в правой руке, на сгибе левой.
Стасыч взглянул на пробитый пулей рукав. Молодой охранник не решался поднять выбитый пистолет.
Двое других тоже замерли, поглядывая то друг на друга, то на Орлова, то на его жену, державшую их под прицелом.
Шмарик лежал на полу, ловя ртом воздух, словно рыба без воды. На его животе расползалось пятно крови.
У Фабро не шевельнулись даже кончики его ''негодяйских'' усиков.
- Такой визитки вам достаточно? - холодно поинтересовался Глеб. - Он, вообще-то, восьмизарядный, так что на всех хватит.
- Пиджак испортил, - пробормотал Стасыч. - Ты знаешь, сколько он стоил?
- Вытащим Даньку, новый лепень тебе сгондобим, обещаю!
- Шмарика замочил...
- Ха! - Глеб демонстративно убрал наган. - Царапина на брюхе. Заживёт, как на собаке.
Парень сел, задрал края окровавленной футболки, осматривая рану.
Взглянул на Орлова, его губы затряслись.
- Запомни, сопляк, - произнёс Глеб очень тихо. - Будешь и дальше проявлять неуважение ко мне или Людмиле Ароновне, я в следующий раз пониже прицелюсь, понял? Ты бы подумал, мне ж было бы проще вас там сдать, а тут, может, вы меня на *** порежете.
- Здесь дама, Сибиряк! - напомнил Стасыч. - Да и при мне прошу не выражаться,
«Их ты какой Версаль!" изумилась Гонзалес. Она не знала, что в правила поведения настоящего Вора в Законе входит запрет на матерную брань.
- Я лапоть деревенский, - рассмеялся Орлов, раскаянно прижимая руки к груди. - Ну, проскакивает иногда.
- Тааак, - подвёл итог Александр Станиславович. - Ужинаем и на боковую. Утро вечера мудренее. Признайся, Сибиряк, ты снял соседний номер?
- Я.
- Знаешь, как я догадался?
- Фабро оплатил?
- Ага. Он может и ''бандито-гангстерито'', а вряд ли бы стал так-то уж шикарничать.
- А вот тут ту как раз ошибся. - Глеб хмыкнул. - Он без тёлки и дня провести не может. Так что давай, пустим его на волю, а мы с Люськой к себе пойдём. Только мы на соседнем этаже будем.
Орлов обнял жену за талию, и Гонзалес прижалась к нему, словно лиана уцепилась за мощное дерево.
«Мы спасём Даниеля,» крутилось в её голове. «Глеб такой сильный, умелый, даже без магии своей дурацкой. Умный и храбрый, мой миленький плюшевый мишка...»
=== ПРОДОЛЖЕНИЕ СЛЕДУЕТ ===