Мои рецензии. Подмена

К посту ниже. Писала как-то рецензии для одного заброшенного ныне сайта, в том числе и на этот фильм. Поскольку теперь они недоступны, буду понемногу выкладывать сюда, в блог. итак,

ПОДМЕНА. Смотреть всем родителям.

Клинт Иствуд – один из немногих режиссеров Голливуда, давно не мучимый желанием проявить себя и самоутвердиться. Он уже многое сделал, и как актер, и как режиссер, получил достаточно Оскаров», денег, хорошей и плохой критики, в общем, всего, что подразумевает выбранный им способ реализации в искусстве. Поэтому он может снимать кино не для кассы, а посредством картины делиться своими мыслями со зрителем.

Мастер настоящей драмы, он снял фильм «Подмена», которому как нельзя лучше подходит определение « оптимистическая трагедия». История, когда пропажа ребенка вскрывает самые гнойные нарывы общества, не оставит равнодушными никого. Возможно, вам она не понравится, но вы уж точно не сможете ее забыть.

После просмотра «Подмены» остается ощущение совершенно нереального, не жизненного нагромождения событий и кинематографических штампов. Судите сами: тут и одинокая женщина, сражающаяся за свое дитя со всем миром, и коррумпированные полицейские, пачками ссылающие женщин в психлечебницы, и маньяк, убивающий детей топором. Однако жизнь – все-таки самый причудливый и безжалостный сценарист. Ужас состоит в том, что в основе фильма лежат абсолютно реальные события. Кирстен Коллинз умерла в 60-е, и всю жизнь посвятила поиску пропавшего сына, не смирившись с тем, что он мог быть убит маньяком, орудовавшим в окрестностях Лос-Анджелеса, и погубившим около 20 детей. Реально и преследование ее полицией, был и мальчик, назвавшийся ее сыном, а ее встреча с серийным убийцей Гордоном Норткоттом имеет фотографическое подтверждение.

В фильме просто потрясающая картинка. Рожденный в тридцатые Иствуд, предельно внимательно отнесся к воссозданию уличных декораций и интерьеров своего детства. Язык не поворачивается назвать это – стилизацией. Нет ощущения сказочности окружающего мира, такое впечатление, что смотришь не фильм, а просто выглянул из окна, а там абсолютно реальный город. Зритель не тонет в многочисленных деталях интерьера, а проникается атмосферой времени, которую несут эти вещи. Единственным явным перебором считаю гардероб миссис Коллинз – словно пролистал целый ворох журналов мод 30-х годов.

Приглашение на эту роль Анджелины Джоли вызывало большие сомнения еще на стадии подготовки к фильму, но только не у режиссера. Он ее хотел в свой фильм и он ее получил. Надеялся ли он под шелухой светских сплетен отыскать большую актрису? Возможно, его прельстил образ Джоли, как «лучшей мамы планеты», или же ему просто понравилось, как на ней сидит шляпка образца тридцатых – неизвестно. Что же из этого получилось?

По словам самого Иствуда, будучи актером, он немало натерпелся от авторитарных, не прислушивающихся к актерскому мнению, создателей картин. Именно поэтому режиссер Иствуд постарался дать Джоли максимальную свободу приемов воплощения образа. И напрасно! Он не учел такого нюанса, как разные уровни профессионального мастерства. Джоли и рада бы продемонстрировать глубокую игру, она очень хочет угодить мастеру, и умом понимает, что миссис Коллинз – это ее шанс вырваться из привычного амплуа роковой стервы, но не может, потому что не умеет. Ее никто этому не научил, потому что уже много лет ее частная жизнь намного интересней профессиональной, а в кино используют, в основном, ее внешность.

Киношники-иностранцы, удивляются тому, что наши актеры, играют в каждой сцене фильма, продолжают выражать соответствующие роли эмоции, даже когда они не являются основными в кадре. У Джоли этого нет. Она вообще определила для себя сцены главные и неглавные. В главных – старается выкладываться по полной (например, в сценах в психушке или в сцене встречи с маньяком), в недостаточно значимых для нее – силы не тратит. Это мелочи, но они рождают привкус фальши. Веришь, веришь, вот уже почти поверил героине – и вдруг такой крошечный диссонанс: удаляясь от героя, слишком красиво, словно по красной дорожке на кинопремьере, пересекает улицу, слишком профессионально позирует, фотографируясь с лже-сыном, слишком элегантно плачет, широко открывая знаменитый рот.

Смысл приглашения Джона Малковича на роль пастора, так же не ясен никому, кроме Иствуда, наверное. Малкович не играет ничего. Он произносит текст. До конца картины не понятно, кто он: добрый фей, защищающий слабых? Или же он мучимый гордыней священник, завидующий власти полиции города, и использующий Кристину, как шахматную фигуру, прикрываясь которой он стремится удовлетворить амбиции.

Остальные мужские роли в картине блестящи. Майкл Келли из роли детектива Ибарры извлек максимум из предоставленных ему возможностей. Мурашки бегут по телу при одном воспоминании его трясущихся рук, собирающих детские фотографии в комнате допросов. Джейсон Батлер Харнер серийного маньяка Гордона Норткотта вообще не играл – он буквально дышал в лицо зрителю своим безумием. Так обнажить натуру и характер изувера может только большой профессионал и гуманист, коим теперь почитаю актера.

Как истинный классик, в своей работе Клинт Иствут поднимает немало социально-психологических проблем общества. Все они близки и понятны отечественной аудитории. Коррупцией и психушками нас не удивишь, мы по уровню продажности наших властей, можем составить конкуренцию Колумбии. Но есть в картине проблема, настолько важная, что ее нельзя не заметить. Современный уклад жизни не предусматривает наличия достаточного времени для воспитания родителями детей. В попытках обеспечить им достойный материальный уровень, мы вынужденно проводим с детьми, катастрофически мало времени. Мы нарушаем свои обещания, мы не слушаем их рассказы, у нас нет на это сил. Они поймут, конечно, поймут и простят нас за это, но откладывая поход в кино или беседу по душам, мы можем опоздать на целую жизнь. После просмотра фильма задумайтесь. Ведь в очередной раз задержавшись на работе, вы можете придя домой, не обнаружить там своего ребенка. Безумец может подстеречь его не только на улице, он может его найти на просторах интернета, где наши дети бродят, предоставленные сами себе. В конце концов, с Уолтером Коллинзом это случилось…

Житлова Лина