В ноябре 1943 г. Настя засобиралась домой. Слава Богу, сама Настя,
дети и корова были здоровы. И погода благоприятствовала. Было сухо и достаточно тепло . Одно не давало покоя - уже два года небыло известий от сыновей с фронта. Настя каждый вечер молилась и просила Бога уберечь её детей и верила, что они живы и скоро они встретятся.
Домой добрались благополучно. Посёлок было не узнать. Дороги изрыты снарядами, вместо домов одни пепелища. Увидеть свой дом целым Настя уже и не надеялась. Вот уже и её улица. А на всей улице, где раньше было примерно пятьдесят домов, уцелели только два. И один из них - дом Насти. Но войти в него ей не удалось. На порог её не пустил один из бывших соседей. Он заявил, что сельсовет разрешил ему жить в этом доме, показал справку, в которой значилось, что теперь это его собственность. Оказывается, этот человек вместе со своей семьёй по возвращении с эвакуации заявил в сельсовете, что Настя и её дети умерли по пути в Киевскую область и он лично их похоронил. В этот же день при помощи милиции он был выселен.
В середине декабря 1943 года в Харькове начался судебный процесс над полицаями. Настя и ещё несколько женщин выступали в качестве свидетелей обвинения. Суд длился несколько дней. Позже я напишу историю о начальнике местной полиции.
Наступил 1944 год. Настя часто ездила в военкомат и просила дать хоть какие нибудь сведения о сыновьях. Ответ был один - в списках погибших и пропавших без вести не значятся. А писем всё нет и нет. Весь год прошел в домашних хлопотах. Пахали и сеяли.,заготавливали сено. К стати, плуг и боронку таскала всё та же Рябинка.
1945 год. Война ушла далеко на запад. Всё больше радовали известия с фронта. Люди ждали день Победы. И вот он настал. Летом начали возвращаться с фронта односельчане. Настя бегала к ним узнать, может где видели , может что слышали о её сыновьях. Радовалась за матерей, которые дождались своих детей с фронта. И молилась, молилась, молилась.....
В сентябре через посёлок потянулся длинный караван повозок. Из-за Урала возвращались на Родину закарпатские цыгане. Худые, оборваные, голодные. Рахитичные дети. Лошади представляли из себя скелеты обтянутые кожей. Женщины-цыганки разбрелись по дворам в надежде выпросить что-нибудь из еды и одежды. И к Насте наведалась старая цыганка. Настя поделилась едой. Дала кое-что из детской одежды и несколько рублей. На прощание старуха сказала: "За доброту твою Бог пошлёт счастье к твоему порогу".
Глубокой ночью в окно постучали. Настя очень испугалась, разбудила Егора. Зажгла лучину. У двери спросила: "Кто там?". И в ответ услышала: "Мама, это мы." У Насти отнялись руки и ноги. Она не могла ни шевельнуться, ни слова сказать. Егор распахнул дверь и в дом вошли Вася и Илья. Живые и здоровые. Проснулись дети. До утра уже никто не смог сомкнуть глаз. Говорили, говорили, говорили... Настя всё время прикасалась к ним, словно не могла поверить, что это не сон. Старшего, Василия, она не видела семь лет. А Илью четыре года.
Но на этом война для Насти не закончилась. Летом 1946 года сын Насти Алёша пас Рябинку на лугу. Соседские мальчишки бросили в костёр осколочный снаряд. Хотя Алёша и был довольно далеко от этого костра, но всё же один из осколков достал его. На ноге была лишь маленькая царапина. Он даже маме не сказал об этом. Через несколько дней у Алёши поднялась высокая температура. В больнице сначала не могли определить причину. И ещё через пару дней начались страшные судороги. Это был столбняк. Время было упущено и ребёнок умер в страшных мучениях. Настя всю жизнь корила себя за то, что не досмотрела, не увидела эту маленькую царапину. С этого дня и до самой смерти Насти рядом сней были три сына и две дочери. Настя дождалась четырёх внуков и пять внучек. На сегодняшний день из детей Насти в живых осталась только дочь Галя. Это моя мама. Ей сейчас 86 лет.
Не смогла Настя дать своим детям хорошего образования и материальных благ. Она сама была неграмотной, не умела ни читать, ни писать. Но она была очень мудрой женщиной и смогла дать своим детям любовь и заботу, воспитала их честными, добрыми, порядочными, трудолюбивыми.
