1942 год. Поселок, где жили Настя с детьми, оказался прямо на линии фронта. Немцы, остерегаясь диверсий со стороны местного населения, решили эвакуировать всё население в Киевскую область. Из посёлка погнали людей к железнодорожной станции (примерно 30 км). Кто не смог уйти из дома, старые, больные, калеки, были расстреляны прямо в своих домах. С собой разрешили взять столько имущества, сколько могли унести. Настя взяла....корову. Трудно поверить, но ей удалось уговорить конвойных, чтобы они разрешили взять Рябинку. Примеру Насти последовали ещё несколько женщин. В итоге, один из вагонов-товарняков был выделен для коров.
И началась долгая дорога в неизвестность. Останавливались очень часто. То бомбили эшелон, то приходилось ремонтировать разбитые колеи, то паровоз барахлил... На остановках выносили из вагонов умерших и хоронили прямо у насыпи. Запасались водой, ели нехитрую пищу, которую им раздавали немцы... "Путешествие" длилось целую неделю(сейчас этот путь можно преодолеть за 8 часов).
Всех эвакуированых разместили в одном селе. Настя с мальчиками вырыла землянку в указаном немцами дворе и стали они обживать новое место. С горем пополам перезимовали.
1943 год. Среди людей стали ходить слухи, что на фронте произошел перелом и советские войска перешли в наступление. Да и по поведению немцев уже можно было заметить, что дела у них пошли плохо. В августе Настя узнала, что Харьковская область уже освобождена. В середине октября немцы спешно покидали насиженые места и уходили на запад.
В доме, во дворе которого в землянке жила Настя с детьми, жил немецкий штабной офицер. Последнее время всё чащеи чаще Настя видела его пьяным, очень угрюмым и раздражённым. Всё чаще и чаще он стал цепляться к Насте и хозяйке подворья, которая с детьми жила в сарае. Бедные женщины боялись лишний раз выйти на улицу.
Это случилось в последних числах октября. Немец пил весь день. Ещё до заката он вышел шатаясь во двор и увидел пятнадцатилетнего Егора, который колол дрова. Что-то выкрикивая, немец вытащил пистолет из кобуры, схватил Егора и поволок его со двора в сторону реки. Увидев это, Настя побежала следом, плача и прося отпустить ребенка. Немец выстрелил несколько раз Насте под ноги и она вынуждена была отступить. Настя, не отрываясь, смотрела вслед удаляющимся фигурам, пока они не скрылись в камышах. Она не хотела верить, но понимала, что живым своего сына она больше не увидит. Всю ночь Настя простояла у кромки камышей, вслушиваясь в каждый шорох. Она знала, что если она услышит выстрел, то этот звук разорвёт её мозг. Но выстрела она не услышала.
Егор вышел из камышей утром...один....седой. Почти целый день немцы били Настю и хозяйку дома, выпытывая куда делся офицер. Ничего не добившись, собрали все его вещи и документы, которые оставались в доме и в эту же ночь все немцы покинули деревню.
Никогда и никому Егор не рассказывал, что произошло той ночью в камышах. Но, не трудно догадаться, что Егор убил немца. После войны он неоднократно лечился в психиатрической больнице. Он не сошел с ума. Просто его детская психика была нарушена и он периодически нуждался в помощи. Был очень порядочным, честным, трудолюбивым, спокойным, никогда не пил и не курил. Он умер в возрасте 59 лет, через год после смерти жены. Он просто не смог без неё жить.
