Саграда Фамилия: мальчик-с-пальчик

Семейство чинно возвращалось из паспортного стола. Счастливый отец быстро и уверенно вел машину, на заднем сидении притулилась усталая мать, уже с утра отстоявшая очередь на подачу документов, в автокресле восседал расхристанный грудник: шапка набекрень, расстегнутый комбинезон, в руках  - измочаленный тукан, в глазах - нехороший блеск. На переднем сидении ехала бабушка, без которой обычно семейство не совершало выезды в последнее время. Мать задумчиво поглаживала ручку крохи. Внезапно она нащупала рукой что-то твердое на пальчике детки. Ловко перехватив ладошку, она взглянула на большой пальчик и обомлела.
Палец был ярко-красный, с внутренней стороны на нем красовался желвак. "Гнойник, сепсис, пипец" - пронеслось в ее голове. "Разворачивайся тут, мы должны заехать в поликлинику!" - крикнула мать отцу. Привыкший к любым неожиданным поворотам в жизни, отец резво перестроился, остановился на светофоре и удивленно воззрился на палец. Грудник как ни в чем не бывало продолжал яростно откручивать клюв сиреневому тукану. Бабушка заохала и принялась утешать мать. Семейство двинуло в поликлинику.

Лирическое отступление: грудник с рождения наблюдается в частной клинике, под личным присмотром частного педиатра после неудачного визита в обычную поликлинику. Данное дорогостоящее учреждение отличается неорганизованностью, ненавязчивостью и непринужденностью: за эти три "не" мать регулярно отдает некую сумму денег, при этом пока единственной полезной процедурой оказалось взвешивание. Тем не менее, это достойное во всех смыслах место вполне устраивало семью и в данный конкретный момент на него возлагались определенные надежды.

Хирург в поликлинике отсутствовал. Нет, не то, чтобы вот его не было - просто он бывает только по четным четвергам, объяснили им в регистратуре. Зато есть окулист, не нужен? И лор как раз сегодня зашел. Тоже не катит? Возьмите дежурного педиатра, он поможет. Мать с бабушкой раздели крошку и постучав в кабинет, бойко затараторили про палец. Педиатр взбледнул, однако сохранил лицо. Внимательно изучив палец, дама-врач объявила, что состояние грудника в принципе удовлетворительное, однако в ближайшие 6 часов необходимо вскрыть желвак, откачать гной и спасти уже ручку крохе, на случай, если в будущем детка захочет играть, например, на пианино. Да, сепсис уже практически дошел до кости и как освободитесь, возьмите орден за спасение младенца. Мать крякнула и молча забрала листочек с телефоном НИИ Педиатрии - данное учреждение должно было по мнению педиатра спасти жизнь детке, плюс оно располагается ровно напротив дома семейства. Впихнув грудника в комбинезон, мать, бабушка и отец помчались в сторону дома.

НИИ Педиатрии - это глубоко научное и уважаемое учреждение. Оно не вскрывает желваки на пальцах у грудников, оно двигает вперед науку и держит марку. Именно об этом семейству было сообщено по телефону. А также о том, что научная конференция по хирургии в данный момент отняла у многоуважаемого стационара федерального значения всех хирургов. Спасибо, за то, что позвонили, ваш звонок очень важен для нас....

Семейство приуныло. День задался пока только у грудника, который под шумок сначала стащил пластиковые стаканчики в поликлинике, а теперь проверял свое автокресло на соотвествие европейским стандартам прочности.

"А травмпункт???? Детские бывают?" - отец неуверенно прогуглил по телефону. - "Во, тут рядом, поедем".Мать вздохнула и аккуратно вытащила прикуриватель из ручки крошки. Грудника начинало клонит ко сну - все еще взмахивая руками, детка клевала носом и капризничала, палец предательски краснел и кажется, увеличился в размере. К дверям районного детского травмпункта номер 14 на руках принесли спящую детку.

Прибытие трех взрослых с младенцем на руках произвело фурор в травмпункте. "Ребенок без сознания?" - в работу тут же включился огромный хирург в майке и зеленых штанах. "Давайте сюда, раздевайте, одежду режем?" - "Нет, что Вы, она спит!" - мать успела остановить хирурга и спасти финский комбез от ножниц. "А что маленькая такая, недоношенная??" Хирург аккуратно забрал полусонного грудника из рук мамы. Быстро взглянув на палец и выслушав три сбивчивые версии произошедшего, хирург крикнул:  "Валя, давай сюда, не сразу, тут мелкая, я сам вскрою". Мать начало тошнить и потряхивать. "Все, мамаш, вам не надо сюда, мы сами".

Нелирическое отступление: забирать у матери восьмимесячного ребенка  в операционную под нож стокилограммового хирурга - это, я вам скажу, цинично. А оставлять стокилограммового хирурга один на один с восьмимесячным проснувшимся грудником - подло.

После длительной борьбы в дверях операционной показался взмыленный хирург. На руках у медсестры-Вали восседал грудник с бинтом наперевес. У хирурга текли слезы. Грудник ржал. "Забирайте эту "недоношенную", семь кило, а сил... Мозоль это, ничего страшного, пройдет до завтра".

Семейство чинно прошествовало на выход, поблагодарив всех участников события. Грудника водворили в кресло, бабушку - на переднее сиденье, сзади снова расположилась мать. "Ничего так, за паспортом съездили.." - выдохнула бабушка. Мать привычно потянулась к ручке крохи, но подумав, убрала руку и отвернулась к окну. День клонился к вечеру.