Надежда была потомственным врачом. Хорошим врачом, вдумчивым и внимательным. Работала она на самой передовой отечественной медицины - в онкологическом отделении. Больные ее любили, и когда она входила в палату, в глазах больных разом вспыхивали огоньки. Наверное, она просто отражалась в их глазах, и там вспыхивали огоньки надежды.
А сегодня Надежда, придя домой, стояла у окна и плакала. Мальчик из ее палаты умирал, ей это было совершенно ясно, и ничего с этим нельзя было поделать. Мальчику было всего 20 лет, он был умница и талантливый скрипач, и впереди у него предполагалась чудесная жизнь, если бы не рак. Проклятый рак!
И сегодня, когда Надежда шла с утренним обходом, она уже хотела сказать мальчику привычные слова ободрения, что все, мол, будет хорошо, и дело идет на поправку, но… Он пристально посмотрел ей в глаза и так улыбнулся, что слова комом застряли у нее в горле. Он знал… Он уже был немножко «там», хотя все еще «здесь». Вернее, больше «там», чем «здесь». И он знал, что она знает, только зачем-то обманывает…
И вот теперь она стояла и плакала. Она не могла больше врать! Ни себе, ни своим больным. Она, проработавшая в этой области много лет, прочитавшая кучу специальной литературы, получившая опыт и навыки, так, по сути, и не узнала ничего о раке. Почему одни выздоравливают а другие умирают? Почему бывает так, что тяжелый пациент, которому, казалось, уже не выбраться, уходит домой на своих ногах, а молодой и здоровый, с начальной стадией, вдруг раз - и умирает?! Почему??? Какой же она врач, если не может ответить на такой простой вопрос?
- Чертов рак! - вырвалось у Надежды. - Посмотреть бы в твои наглые выпученные глаза!
- Ну, я… - раздался спокойный голос из-за спины.
Надежда резко обернулась и увидела, что за ее письменным столом сидит невесть откуда взявшийся мужчина, которого в нее запертой изнутри квартире не было и быть не могло.
- Только не кричите, - устало попросил мужчина, на миг опередив ее желание завопить во весь голос. - Скажите - и я испарюсь, как и не было. Но вы же хотели взглянуть мне в наглые выпученные глаза?
Глаза его вовсе не были выпученными или наглыми, а добрыми, усталыми и немного воспаленными, как будто он долго не спал.
- Кто вы? - наконец вымолвила Надежда, не без труда взяв себя в руки.
- Рак, - просто объяснил мужчина. - Просите - и обрящется. Вы просили - я пришел. Поговорим?
- О чем? - спросила Надежда и вытерла глаза.
- Обо мне. О вас. О жизни. И о смерти, конечно, - предложил Рак. - У меня есть немного времени.
- Да бред какой! - в сердцах бросила Надежда. - Я не знаю, кто вы такой, но попрошу очистить помещение.
- А ты продолжишь рыдать о юном скрипаче, которому еще жить бы да жить? - слегка прищурившись, спросил Рак.
- Откуда вы… - начала Надежда и осеклась.
Мужчина в кресле стал расплываться, видоизменяться, превращаться во что-то бесформенное, и тем не менее знакомое… На раковую опухоль, вот на что! Уж Надежде ли не знать… Видала-перевидала!
- Теперь веришь? - спросил мужчина, возвращаясь в первоначальный облик.
- Теперь верю, - решительно тряхнула головой Надежда.
Уж что-что, а гибкость мышления у нее была развита достаточно. Иначе в онкологии успешным не будешь. Да и вообще - какой хороший врач да без гибкости мышления???
- Какие у тебя ко мне претензии, доктор Надежда? - продолжил Рак.
Уже ничему не удивляясь, Надежда просто плюхнулась в кресло напротив и спросила прямо:
- До каких пор ты будешь уносить лучших?
- Что значит «лучших»? - очень удивился Рак. - Это по каким параметрам вы определили? Я, знаете ли, как вы выразились, «уношу» без оценок. Кого надо, того и уношу! Только учтите: «уносить» - не моя обязанность. Это вам к Смерти надо обратиться. У меня другие функции.
- Какие еще функции? - раздраженно сдвинула брови Надежда. - Мучить? Терзать? Приносить боль?
- Ох, Надежда, Надежда… - покачал головой Рак. - Ну и путаница же у вас в голове… Несмотря на красный диплом, недописанную докторскую и курсы повышения… Никого я не мучаю!!! Напротив - я появляюсь, когда человек выбирает мучиться…терзаться…получать боль… Сам выбирает, понимаете?
- Никто не выбирает такую судьбу, - непримиримо ответила Надежда. - Вздор несете, уважаемый!
- Да как же не выбирает, когда у меня работы невпроворот? - сердито возразил Рак. - Собственно, как и у других болезней. Но у других - другие причины. А я - болезнь несогласия.
- Болезнь чего? - поперхнулась Надежда.
- Не-со-гла-сия, - раздельно повторил Рак. - Вы никогда не задавались вопросом, почему после меня одни выздоравливают, а другие - нет?
- Да я только этим вопросом и задаюсь, - невесело усмехнулась Надежда. - Вот уж сколько лет…
- А ответ, между тем, прост и лежит на поверхности. Может быть, поэтому вы его и не видите. Вам, ученым, все бы вглубь копать…
- Ну и каков же этот самый ответ? - поторопила его Надежда.
- Да все просто. Не предъявляйте претензий. Принимайте мир таким, какой он есть. Не считайте себя умнее всех, а особенно - умнее природы. Не вредите окружающей среде. И тогда вам не грозит стать раковой клеткой!
- Кем не грозит стать? - переспросила Надежда.
- Раковая клетка - частичка, которая не согласна с организмом. По ее мнению, все шагают не в ногу, одна она в ногу. Она начинает от осознания собственной важности раздуваться, разрастаться, запускать свои щупальца на другие территории. Ей ведь важно что? Захватить все кругом, и чтобы было, как ей видится.
- Ерунда, - не согласилась Надежда. - Вы МНЕ будете про механизмы возникновения рака рассказывать?
- Ну, раз уж вы решили обратиться к первоисточнику… - скромно поклонился Рак. - Я знаю, вы склонны к познанию нового, возможно, вам и пригодится то, что я могу поведать… Тем более что традиционные знания, как я понимаю, вас больше не удовлетворяют?
- Возможно, - слегка остыла Надежда. - Возможно, вы в чем-то правы. Я буду слушать. Говорите.
- Все болезни начинаются в голове. Организм сам по себе устроен совершенно, и в подходящих условиях способен жить очень долго. Буквально века! Но человечество почему-то предпочитает травить себя всеми доступными способами - пищей, образом жизни, окружающей средой, войнами, лекарствами даже. Но главное - мыслями и эмоциями! Вот где та кнопка, которая вызывает болезни! В частности, меня!
- Не поняла, - наморщила лоб Надежда. - Как это - «вызывает»?
- Предъявляя претензии к Миру, - пояснил Рак. - Это наполняет человека таким негативом, что он становится опасен для Вселенной. А Вселенная - это Организм. На фига ему раковая опухоль???
- Угу. Схему поняла, - кивнула Надежда. - Есть в этом какое-то рациональное зерно, не скрою.
- А чего тут скрывать? - приподнял брови Рак. - Я ж говорю, все просто…
- Почему умирает скрипач? - резко спросила Надежда. - Почему от ангины умирают единицы, а от Рака…
- Слишком глубокие причины. Ангина что? - непроявленные гнев и обиды, пришло-ушло… А я - это уже последний звонок! Когда человек никаких других сигналов не воспринял! Но и я даю шанс! Если сумеешь, если успеешь понять и исправить - человек выздоравливает! Уж вам ли не знать???
- Хорошо. Тогда почему не выздоравливает скрипач? - стояла на своем Надежда.
- Слишком поздно, - пожал плечами Рак. - Процессы, они ведь тоже бывают необратимыми, верно? У него просто больше нет сил. Он не хочет больше жизни, он хочет покоя.
- Но это неправильно! - вырвалось у Надежды, и она сжала кулачки.
- Кто сказал «неправильно»? - удивился Рак. - Вы, милая Надежда, решили, что лучше всех знаете, что «правильно», а что нет? За себя - ладно… Но и за него? И за Мир? Да?
- Он мог бы…мог бы… Он мог бы стать великим музыкантом! - сквозь вновь подступившие слезы проговорила Надежда.
- Не знаю… Возможно. Но мог бы с равной вероятностью стать и наркоманом. И неудачником. И пятой скрипкой в оркестре города Урюпинска. И директором музыкальной школы. Но у него нет на это энергии. Поймите вы - Бог, сам Бог дал всем свободу воли, а вы, просто врач - хоть и хороший, я знаю! - пытаетесь эту самую свободу воли отобрать. Вы ведь все сделали, чтобы он поправился?
- Все, - всхлипнула Надежда. - И даже немножко больше!
- Ну вот! Вы - молодец, вы выполнили свою миссию. Так дайте и мне выполнить свою. Я забираю только тех, кто сам этого хочет. Поверьте мне! Остальные уходят домой, жить дальше… Это те, кто сделал работу над ошибками хотя бы на «троечку».
- Но я не согласна! - страстно воскликнула Надежда. - Это несправедливо!
- Что я слышу? - изумился Рак. - У нас в мыслях формируется болезнь несогласия? Вы что, мечтаете познакомиться со мной поближе?
- Куда уже ближе, - замотала головой Надежда. - Нет уж, спасибо. Я уж как-нибудь…по ту сторону баррикад.
- Тогда - смиритесь, - посоветовал Рак. - Боритесь со мной, я ж не против. Я не жадный. И насильно «туда» никого не тяну. Только тех, кто бездарно растратил свою энергию на борьбу со Вселенной. С волей Божьей, по сути…
- И что ж теперь, все вот так как-то…без надежды? - тоскливо спросила Надежда.
- Напротив! - вскинул голову Рак. - Теперь вы не просто Надежда! А Надежда, несущая надежду! Ведь я открыл вам эту простую тайну «красной кнопки»? Открыл! Смирение. Принятие. Согласие. Не будь для Мира «раковой опухолью» - и «раковая опухоль» не отразится в твоем теле. Только и всего! Несите надежду… Она есть! Она ВСЕГДА есть! Только она не в вас - она в самом человеке.
… Утром Надежда первым делом зашла к мальчику. Он еще не ушел «туда», он был здесь, а значит - у них все еще была надежда. И теперь она знала, что ему сказать - помимо обычных слов о том, что «дело идет на поправку».
А потом она шла по палатам, и видела, как в глазах пациентов загорались маленькие огоньки надежды - надежды на то, что кто-то придет и даст им то заветное лекарство, которое вновь сделает их полноценными клеточками Вселенной.