Из-за пазухи вынув щенка-сироту,
Обратился хозяин со словом к коту:
Вот что, серый! На время забудь про мышей:
Позаботиться надобно о малыше.
Будешь дядькой кутенку, пока подрастет? -
Мур-мур-мяу! - согласно ответствовал кот.
И тотчас озадачился множеством дел –
Обогрел, и утешил, и песенку спел.
А потом о науках пошел разговор:
Как из блюдечка пить, как просится во двор,
Как гонять петуха и сварливых гусей…
Время быстро бежало для новых друзей.
За весною весна, за метелью метель…
Вместо плаксы щенка стал красавец кобель.
И, всему отведя в этой жизни черед,
Под садовым кустом упокоился кот.
Долго гладил Хозяин притихшего пса…
А потом произнес, поглядев внебеса:
Все мы смертны, лохматый… Но знай, что душа
Очень скоро в другого войдёт малыша!
Пес послушал, как будто понять его мог,
И под вечер котёнка домой приволок.
Тоже – серого! С белым пятном на груди!..
Дескать, строго, Хозяин меня не суди!
Видишь, маленький плачет? Налей молока!
Я же котику дядькой побуду пока…
Обратился хозяин со словом к коту:
Вот что, серый! На время забудь про мышей:
Позаботиться надобно о малыше.
Будешь дядькой кутенку, пока подрастет? -
Мур-мур-мяу! - согласно ответствовал кот.
И тотчас озадачился множеством дел –
Обогрел, и утешил, и песенку спел.
А потом о науках пошел разговор:
Как из блюдечка пить, как просится во двор,
Как гонять петуха и сварливых гусей…
Время быстро бежало для новых друзей.
За весною весна, за метелью метель…
Вместо плаксы щенка стал красавец кобель.
И, всему отведя в этой жизни черед,
Под садовым кустом упокоился кот.
Долго гладил Хозяин притихшего пса…
А потом произнес, поглядев внебеса:
Все мы смертны, лохматый… Но знай, что душа
Очень скоро в другого войдёт малыша!
Пес послушал, как будто понять его мог,
И под вечер котёнка домой приволок.
Тоже – серого! С белым пятном на груди!..
Дескать, строго, Хозяин меня не суди!
Видишь, маленький плачет? Налей молока!
Я же котику дядькой побуду пока…
