Как родилась Вера-Ника.

Дошло до меня, что я беременна, где-то на 4-ом месяце. Нет, я узнала о своем интересном положении гораздо раньше - на 3-ей неделе, но вот понимание пришло не сразу. Очень не сразу. Именно поэтому, до первого толчка моей маленькой, я не сбавляла темпа на работе, питалась, как и раньше: 1 раз утром + яблоко/шоколадка в течение дня и списывала постоянную тошноту на токсикоз.
В конце июня после сдачи сессии я поняла, что пора брать отпуск. Тем более, что на работе моему положению не обрадовались и смотрели как на уже выбывшего из состава человека. И уехала на дачу. Одна. Как мне казалось.
В первый же день напрыгалась, собирая землянику, и вечером почувствовала непонятное ощущение в животе. Знакомое только женщине ощущение касания крылом бабочки стенки матки. Я сразу поняла, что это не стандартные "бульки" после плотного обеда, а нечто другое. И испугалась. Помню, лежала на кровати и прислушивалась к НЕЙ. И не верила. Очень уж рано - первая беременность и на 16-ой неделе шевеление плода. Ведь к тому времени я уже успела начитаться умных журналов, которые обещали это событие не ранее недели 20-ой.
На даче мы пробыли недолго - из-за болей внизу живота я загремела на сохранение в семерку. Там тоже пробыла недолго - опять вышла на работу.
И вот, наконец, на сроке 8 месяцев (врачу наврала про срок зачатия) меня погрузили в состояние ожидания родов дома. Как же скучно было. Я не успела, а, может, не смогла перестроиться на волну "жду тебя", и только сильные толчки, от которых ночью приходилось вставать и уговаривать малышку уснуть, заставляли признать свое положение.
У дочи, кстати, контакт удачнее сложился с папой - его уговоры действовали лучше, а уж как они перестукивались - надо было видеть. Ну и слышать мои ойки и айки.
Я была уверена, что буду рожать сама. И буквально в последний момент меня повторно направляют к окулисту. Новость о том, что будет кесарево вызвало сначала радость, т.к. боли все-таки боялась, а потом слезы - мы же с Женькой вместе хотели рожать. Причем, именно он настаивал на этом. В его искренность я не верила до того, как увидела его глаза, когда сказала о предстоящей операции.
Датой родов определили 13-е декабря - среда. В понедельник же я должна была лечь в больницу. Должна была.
Говорят, ребенок сам выбирает, когда ему родиться.
В субботу мы оторвались по полной. В смысле поесть. Мне запрещали соленое, чтобы пить не очень хотелось. Мы же купили курицу-гриль (вообще мрак!), ну и в две калитки...
Вот, собственно, и начинается рассказ о родах.
Ну, курицу мы съели. Естественно, воды я напилась так, что в животе булькало. И Никось недовольно толкалась.
Ночью упорно снилось море. Все! Надо вставать! И не потому, что утро, а потому, что еще минута и море станем реальным. Ползу в туалет по-маленькому. Простите за подробность (все ж свои), после вытираюсь, мокрой же неприятно. Ложусь в кровать. Чувствую - мокро. И опять в туалет хочется. Иду. Алгоритм то же. Опять ложусь. Опять мокро. Начинаю думать, что на старости лет заработала недержание, свинья в лице (или морде? голове?) курицы тоже подложена была. Кстати, никогда не писалась в постель, даже когда была маленькая. Лежу и напрягаю мышцы живота - потекло. Встаю. Вытираюсь. Стелю под себя новую простынь, чтобы Женьку не будить. Опять напрягаюсь. Блин, опять мокро.
Говорят, что Весы, прежде чем принять решение, до-о-олго будут думать и в конце концов решения не примут. Тут я оправдала свою принадлежность к неодушевленному знаку.
После 6-го захода в туалет на ум пришла мысль: а вдруг это воды? Лежу думаю. Блин, мокро. Да и водичка, простите, необычная - полностью прозрачная и плотность выше.
Зато я теперь знаю, как эффективно будить мужа: Жень, у меня, кажется, воды пошли. Хорошо, что потолки высокие.
Сумки были уже собраны и даже пронумерованы.
До роддома нам ехать 4 минуты.
Воды превратились в водопад - плотные штаны были мокрые насквозь + сиденье машины.
В роддоме подготовка прошла в стиле смущенно-хихикающего на нервной почве состояния (интим-стрижку я делала, но все остальное - в новинку). Кстати, схватки начались - живот болит, как при месячных, только с интервалами и сильнее. Жду врача.
Злую роль сыграло воскресенье - врач так и не приехала.
Схватки все сильнее, мне уже подвывать от боли хочется. Тем более, что я в предродовом блоке, где уже кричит одна и, сильно побледнев, сжимает зубы другая женщина. Дали подписать договор, который я даже пыталась прочитать, но времени для этого мне не дали.
Ужас начался с того момента, когда на схватке меня решила осмотреть врач. Это не просто больно, а ужасно больно. Слезы брызнули из глаз, почему-то начали дрожать колени. Меня отругали за непотребное поведение. Стало обидно и я смогла успокоиться.
Вообще трудно было вести себя достойно. Больно ужасно.
Еще одним испытанием стал катетер - жжется, неудобно, просто жуть.
Прокапали 4 капельницы "с чем не знаю".
Мезансцена предоперационной: лежу на узкой, но очень высокой кровати-каталке, стучу зубами, держу руками трясущиеся колени, реву и пытаюсь продышать схватки - получается не продышать, а простонать.
Операционная. Прошу дядьку-анестезиолога сделать мне общий наркоз, на что мне отвечают, что его уж лет 15 как не делают. Не верю, но спорить не получается.
Интересно, как он думает, легко ли выполнить просьбу сесть, свесить ноги вниз и ! выгнуть спину "кошечкой"?! Это с моим-то животом! Но получилось.
От желания дернуться во время уколов в спину удерживал только страх, что игла сломается и застрянет в позвоночнике.
Господи, какое облегчение, когда прошла боль. Я больше не чувствую ничего ниже живота. Живот я тоже не чувствую. Знаю, - сейчас меня будут резать. Как барана (ну не приходит на ум больше никакой ассоциации).
Через минут 5 достали Нику. Сначала я услышала ее тихое мяу, потом резкий и, как мне показалось, недовольный крик. Поднесли ко мне, дали поцеловать в головку, а потом, почему-то, в попку. МОЯ! Спрашиваю: "Почему такая маленькая?". "Ты маленьких не видела" - отвечает кто-то слева. Слышу, но глаза прикованы к ребенку. Положили на грудь. Маленьки нос тыкнулся в сосок, ротик открылся, но поесть ей не дали. Нельзя, наверное, из-за наркоза. Никоську унесли.
Меня затошнило. Но, оказывается, если у вас разрезаны мышцы брюшной полости, ничего из этого не выйдет (в прямом и переносном). Потом зашивали - еще минут 10 - 15, как мне показалось.
Сильно захотелось спать и все та же медсестра, отругавшая меня, великодушно разрешила мне закрыть глаза (до этого не разрешали, да и не хотелось).
Потом веселый дядька-анестезиолог со словами "Когда еще полетаешь?!" взял меня за ноги, кто-то под мышки, и я вознеслась. В прямом смысле слова.
Опустилась я, правда, на всю ту же узкую и жесткую кровать-каталку и медсестра, которая оказалась местным Шумахером, понеслась со мной в послеоперационный блок. Как я там летала с каталки на кровать - не помню - отрубилась по дороге.
Помню свой страх: а вдруг я ноги так и не почувствую? Как же я за доченькой смогу ухаживать?!
Через 1,5 часа мне УЖЕ хотелось их не чувствовать - вместе с той болью, которая пришла. Живот болел ужасно. И еще я слышала, как где-то рядом медленно капают капли воды. Ненавижу этот звук. Я даже спать не могу, когда из крана капает. Причиной капели оказалась я сама - это кровь, которая уже не могла впитываться в подстеленную под меня пеленку, капала на линолеум.
А еще очень холодно. Почему? Вспомнила, что на живот мне положили грелку со льдом и сказали держать до прихода врача. Я девочка послушная, но тут желание сохранить свое здоровье пересилило страх перед приказом. Грелка была сдвинута в конец кровати.
Не буду описывать, как было больно поворачиваться с боку на бок. А надо. Как только почувствуешь ноги, уже надо делать такие упражнения. Как было жалко девченок, которым врач давила на живот, чтобы вышли сгустки крови. Мне такого не делали - врач вообще сказала, что у меня "шикарная матка" и "ты 10-х родить бы смогла". Как перевезли в палату. БЕСПЛАТНУЮ! Про нее я позже отдельно расскажу. И про платную тоже.
Но в конце хочу сказать: оно того стоило.
Когда за 400 рублей пустили Женьку и еще за 600 принесли Нику, дали ему в руки и он стоял, почему-то подняв голову вверх, и я поняла, что он просто не может вытереть слезы - руки-то у него заняты! А они текут - слезы не знаю какого, но светлого чувства отца, который прижал своего ребенка к груди. Я поняла женщин, которые идут рожать второй, третий раз. Просто оно того стоит.