Сижу на балконе в загороде.

Ночь. Тишина. На часах - половина первого.

В голове не укладывается, что через три с половиной часа... Пусть и много лет назад.

"...Киев бомбили, нам объявили, что началася война..."

Сижу, вслушиваюсь в шорохи, смотрю на звездное небо.

Не укладывается, как это вдруг, в одночасье жизнь может не просто измениться, а перевернуться.

Но еще больше не укладывается, что, образно говоря, мы сейчас сами, по собственному желанию бомбим Киев.

Это ужас. Так не должно быть. В страшном сне такое не привиделось бы тем, кто семьдесят четыре года назад проживал в это время свои последние мирные часы.

И нам еще долго придется замаливать этот грех...

Пусть война кончится. Пусть больше не гибнут люди.

Никогда.

Непонятный, мистический, и почему-то всегда очень притягательный для меня день...
Каждый раз словно какое-то предчувствие. И не расстраиваюсь, что ничего не происходит.
Первый раз расцвел клематис. Это не лотос, конечно. Так сегодня и не Ивана Купала :)
А еще ирисы. Не особый фанат цветов, но эти - явно с другой планеты...

Не люблю ночевать один.

Казалось бы, большая семья, маленькие дети - выдался случай, так отдыхай, получай удовольствие!

Так и делаю, но все равно как-то не комфортно. Понимаю, что не хватает именно того, от чего вроде бы должен уставать. И отдыхать.

Детский гам, постоянный драйв, вечный тонус :)

Да и в доме ночью какие-то звуки, шорохи, скрипы - натренированное ухо слышит все, даже то, чего нет.

А тут еще вечером звонит всхлипывающая Викушка.

- Папочка! Я так по тебе скучаю! Очень тебя люблю! Наверное, я не смогу сегодня заснуть - ведь ты же не споешь мне про лодку диких морей!

Она всегда звонит, когда я ночую в загороде. Потом берет трубку Лизунчик и тоже признается мне в любви. Но она это делает и наяву, в смысле, очно. А Вишенка чаще старается быть сдержанной в эмоциях и только на расстоянии выпускает их наружу полностью.

Сегодня уже будем ночевать все вместе...

История получила неожиданное продолжение...

Оценив щедрость феи, Лизунчик, ничтоже сумняшеся, вырвала себе сама давно качающийся зуб.

Викушка, поняв, что в эту ночь фея принесет монетки только сестре, решила не отставать. И рванула себе еще один.

Понимая, что цепная реакция неизбежна, пришлось срочно связываться с Волшебной страной.

Только клятвенные заверения феи, что самовольно вырванные зубы не принимаются в качестве обмена смогли остудить рвательный пыл :)

На самом деле, тут не в деньгах суть.

Они очень хотят увидеть живьем процесс обмена и волшебное создание в частности. И делятся со мной тактическими планами по бодрствованию ночь напролет.

А еще им ужасно неудобно. Зубы качаются и есть твердую пищу совсем не с руки.

Так и живем...

Что есть зубная фея, я в детстве не знал.

Сознание того, что несъеденными остались 20 мороженых меня не то, чтобы гнет - принимаю, как данность :)

Но дети - на то и дети, чтобы пользоваться всеми благами новоявленных волшебств.

У Вишенки выпал зуб. Долго качался - и выпал.

В первую ночь зубная фея принесла денежку, но зуб не забрала - банально в темноте не смог его нащупать под подушкой спящей дочки.

На вторую ночь Викушка резонно решила, что раз не взяла - значит, надо еще раз. Положила под подушку трех харибовских мишек. Да, старшее Высочество растет практичным человеком - если хочется не одну, а три денежки - надо явно на это намекнуть и задобрить :) И, конечно, зуб.

Вот только перед самым сном решила показать гостям свой зуб. Показала. И... Забыла куда в итоге положила.

Трагедия. Слезы ручьем. "Шеф! Все пропало! Все пропало!" (С)

- Папочка! Ты же волшебник, я знаю! Включи, пожалуйста, волшебство, найди зуб!

Мольба в детских глазах такая, что отказать как...

Обшарил все возможные места - нет. Как-то надо было выходить из ситуации. Чтобы всем было хорошо.

Устроили втроем мозговой штурм. В результате вместо зуба под подушкой оказалась записка примерно такого содержания:

"Зубная фея, привет! Это Вика. Прости, я потеряла свой зуб. Найди его, пожалуйста, сама."

Самое удивительное, что фея вошла в положение - наутро под подушкой лежали три денежки.

Мармеладки ночью, конечно, не самая полезная еда, но улики нельзя же было оставлять :)

Многие знают, что я фанат хвойников.

Но из всякого правила есть исключения.

Моим бесспорным лиственным любимцем в загороде был сумах. Сумах оленерогий.

Я приобрел его совсем маленьким, от силы метра полтора-два. Тщедушным и худосочным. Но он подкупил меня своим видом - натуральный пальм, не иначе! :)

Продавец скептически покачал головой: мы их перестаем завозить - они у нас не зимуют.

Но я-то знал! Вернее чувствовал!

И ты не подвел.

Хорошел год от года. Креп. Тянулся вверх, заодно раскидывая крону. Правда, не цвел. Тот самый продавец через несколько лет не поверил, когда я показал ему фото. Дескать, может Вы петушиное слово какое знаете! А не цветет потому, что сил не хватает на соцветия - мало тепла и солнца.

Мой чудо-пальм не просто рос, а размножал вокруг себя потомство. Корневой порослью.

Я всегда старался внимательно разглядеть в траве начинающиеся побеги. Ограждал их. И даже терпеливо сносил шутки жены о том, не боюсь ли я заблудится в будущей сумаховой роще :)

Тем не менее не все потомство вырастало. И подмерзали, и дети случайно ломали, и просто так засыхали. Но были и такие, кто год от года креп и матерел.

Прошлым летом случилось чудо.

Он зацвел. Выплеснул на всеобщее обозрение кумач соцветий. Крупных, сочных.

А нынче по весне...

Я все ждал. Уже и тепло пришло, и все "дети" выпустили сперва почки, потом листья. А он все стоял. Голый, с остатками прошлогодних цветов.

Так и не ожил...

Мне подумалось, насколько это было красиво. Пришел в этот мир, назло всем и вся. Прижился, пустил корни. Вырастил детей. Убедился, что старшие из них уже вполне могут сами противостоять окружающей среде. Дал прощальный салют из всех стволов и орудий. И ушел. Спокойно, тихо. Заснул под зиму и не проснулся...

Рука не поднимается срубить, ей-Богу.

Не самое удачное фото, понимаю. Никак мне не удавалось снять голые ветви - все время на заднем плане оказывалась чья-то еще листва. Ну и пусть. Слева поодаль - два самых крепких и мощных отпрыска.