ГЛАВА: 19Смирение родителей
Как-то моя двухлетняя дочь отказалась причащаться. Это продолжалось целый год. Чего только я ни услышала от прихожан.
Каково было мне — жене священника, мнившей себя духовным авторитетом, претерпевать такое «унижение».
Тогда я поняла, что дети — лучшее смирение для родителей. Монахам с их школой послушания старцу такого и не снилось.
Дети — Божий дар. Как любое Его дарование, чадородие имеет множество граней. Самая удивительная: дети — это обоюдоострый меч, входящий в сердце родителей, соединение их любви и страданий, крест, путь ко спасению.
«Спасется чадородием» — насколько тяжелы родовые труды, но они составляют сотую долю того, что называется воспитанием.
Ответственные родители неизбежно сталкиваются на этом пути с кризисами,
разочарованиями в себе и силе своей любви.
Воспитание порою впервые раскрывает родителю всю меру его несостоятельности, слабости, эгоизма. Вот только некоторые моменты отрезвляющей и смиряющей силы, под названием ребенок.
Рождение первенца позволяет прочувствовать свою смертность, конечность. Дети — не «наше будущее», скорее мы — их прошлое. Когда понимаешь, что стал для кого-то отправной точкой, землей, навозом, испытываешь незабываемые ощущения. Очень живыми становятся слова о семени, которое если не умрет, не даст плода. Вот ты и есть это умирающее семя.
—Смиряет многодетность.
Идешь так с тремя по улице, люди напряженно вглядываются: пьяница что-ли, или сектантка; а если малыш раскапризничался — просто останавливаются посмотреть «ну и как ты с ним справишься? Понарожала тут возмутителей порядка».
—Смиряет то, что каждый посоветует тебе, как растить, пожалеет вслух детей, что им не достается внимания/одежды/хороших игрушек ввиду похотливости родителей, которые понарожали.
Одна сердобольная старушка все время приносила мне сношенные носочки внука.
—Смиряет то, что детки не дают маме годами побывать на службе от и до. Не говоря уже о пении на клиросе.
Вариант, когда кто-то даст тебе возможность сходить на службу и посидит с детьми не проходит:
1. этого кого-то может просто не быть,
2. семья — малая церковь и хочется приобщаться Христу всем вместе а не частями,
3. мама, которая рожает погодков не может их оставить ввиду их возраста.
Даже на исповедь подходишь с малышом в рюкзаке, который пытается открутить у батюшки крест, а старший рядом дергает за тебя юбку.
Думаете, церковницы так и предлагают свои услуги? Это только протестанты организовывают на приходе ясельки во время молитвы родителей, а дежурят там прихожанки по очереди.
—Научившись говорить, дети не перестают тебя поучать, пристыживать («папа, ты же говорил, что так делать нельзя, почему же ты сам?..» и т.д.), пенять, обличать, взывать.
—Смиряет то, что это счастье не высыпаться годами нормально, безвозвратно портить фигуру и подрывать здоровье, будучи до детей аспиранткой или главой своей фирмы из года в год выносить горшки и подтирать сопли, получить это почетное определение «домохозяйка» - ты выбираешь самостоятельно и непринужденно.
—Смиряет животный страх, который ты испытываешь за жизнь детей, смиряют их болезни и неудачи, их плохое поведение и «отставания».
—В конце концов совершенно выбивает почву из под ног черная детская неблагодарность. Ты им все, а они не ценят. Уходят из твоей жизни, выбирают спутника, профессию, мировоззрение вопреки твоим представлениям об их счастье.
Утешает только то, что это Господь показывает нам собственное отношение к нашему Отцу.
Что же делать для того, чтобы благодарить и не унывать? Как ни странно, смирение — это не сидение сложа ручки ковшиком — подай, Господи!
Как сказал священник Александр Ильяшенко:
«...смирение — это активное отношение к жизни.
Это не согласие с внешними обстоятельствами, а напряжение всех сил к их преодолению.
Смиренный человек — подчиняет внешние обстоятельства, даже не зависящие от него, себе, но сам им не подчиняется, оставаясь с Богом.
Смирение — очень активное отношение к жизни, которое может иметь внешние проявления, может быть каким-то сокровенным».
Для того, чтобы развить Божий талант чадородия, чтобы принести добрый плод надо дерзать. Надо создавать свою культуру православной семьи.
Женщине надо ощутить, что дом — это не сфера финансирования по остаточному принципу, когда лучшая «я» на работе, а дома - какая придется.
Наоборот — самая красивая одежда, все усилия моего интеллекта, таланта организатора, кулинара, рукодельницы и оратора — для мужа, деток; а потом уже (если останутся силы и желание) и для коллег. Пусть не кидают в меня камнями женщины, которые работают просто чтобы выжить, это аномальная действительность наших дней.
Но, в общем, прав Паисий Святогорец, говоря, что
«Женщина вынуждена работать потому, дескать, что нам не хватает денег.
А в результате дети лишаются своей матери. Ради чего-то незначительного мы теряем смысл и цель создания семьи.
Мы не сводим концы с концами, потому что хотим иметь видео, телевизор, новую машину, множество украшений.
Нас засасывает суета, и мы никак не можем остановиться, мы желаем все большего и большего, а в результате дети остаются без внимания».
В этом и есть смирение — выйти из культуры потребления в культуру отношений, отказаться от внешнего, второстепенного ради важного. А что может быть важней живых детей?
