Я, признаться, заболела рукоделием слегка.
До последней клетки тела, до седого волоска.
Лезут в голову идеи, скоро я совсем свихнусь…
Не боюсь, что не сумею, не успею что — боюсь.
Словно мусоро-машина в дом тащу я разный хлам,
Банки, рамки под картины тут и там по всем углам.
Вон, недавно отмечали у коллеги юбилей,
Все едят, а я скучаю, мне б за дело поскорей.
Веселится люд, гуляет, отдыхает от оков,
Я же-глазками стреляю, ладно бы — на мужиков,
Так ведь глаз давно наметан, как орел гляжу с высот,
Выясняя где там, че там хочет выбросить народ…
«Ой, мужчина, погодите, вон ту пробку от вина
Вы мне не передадите? Знали б, как она нужна!
Для чего? Не ваше дело! Пробку дал, греби скорей —
Вон, жена твоя прозрела, поухаживай за ней.
Плескани ка ей Токая, (гадость, честно говоря…)
Ой, бутылочка какая! Как бы спрятать втихаря?
И вот так блюду весь вечер, где чего бы раздобыть…
О! Остались в торте свечи, надо слямзить, не забыть.
Правда, помню очень плохо, где скоблить и что тереть
Чтоб времен Царя Гороха у изделий вид был впредь.
Эй, мадам, а чем вы трете свой ужасный жирный рот?
Я ищу мотив сей, вроде, вот уже который год…
А на днях гляжу — журналы в школу дети волокут —
Сборы с целого квартала на плетенки мне пойдут…
Так проходят дни за днями, в доме некуда ступить.
Клеем, красками, кистями разжилась я, чтоб творить.
Мастер-классов отголоски в голове звучат моей.
И взирают банки, доски на меня из всех щелей.
Взбунтовались домочадцы и вердикт явили мне —
Все, маман, давай прощаться, будешь жить в своей Стране!!!
Тобольск