Дежавьюжное...

За окнами сыпет нежный снежок. С утра слегка пуржило, теперь полный штиль. Бело, свежо, пушисто. Деревья как будто обмакнули в сахарную пудру.

Каждое утро я вхожу в одну и ту же воду.

Подъём в 6:30. Всё очень быстро, привычными движениями, порой в темноте. Высаживаю сонного сына на горшок, и он спит дальше. Ставлю вариться для него молочную кашу. Умываюсь, одеваюсь. Хорошо, когда есть форма - не надо париться, что надеть. Распахиваю форточку в детской, сдвигаю диван; одежда для малыша приготовлена с вечера. Выключаю кашу. Выхожу - 6:55.

На остановке собирается народ. Как правило, одни и те же лица. В 7:05 подъезжает маршрутка, все рассаживаются на свои места. Я - у окошка. Полистав телефон, почитав новости и проверив почту, позволяю себе при желании подремать лишних 40мин., ведь ехать до конечной.

По пути подсаживаются одни и те же люди. Кажется, что в толпе, пока иду к трамвайной остановке, меня сопровождают сплошь знакомые всё лица.

Вот мама с двумя мальчиками, 5 и 3 лет: она ведёт их за руки, поддёргивая вперёд под каждый шаг то одного, то другого, со стороны выглядит комично, как будто она и передвигается, опираясь на детей, как на палки. Другая мама с девочкой в коляске - обычно мы стоим рядом на светофоре, и малышка уже мне улыбается. Все мамы с детьми скрываются в арке: там, во дворах, детсад.

Стою на остановке. В арке курит и надсадно кашляет пожилая женщина. Мимо бодрым шагом, но шумно отдуваясь, проходит дедулька с сумкой наперевес: видимо, принципиально топает пешком, издалека.

Подходит трамвай. Известно, что у второй двери первого вагона не работает левая створка.

В домах светятся одни и те же окна. В одном, на первом этаже, завтракает молодая пара, а полная женщина (тёща ли, свекровь ли) хлопочет возле них, подавая, унося. В другом окне мальчик собирается в школу: слоняется по комнате, почёсываясь, растерянно останавливаясь в разных углах.

У бизнес-центра почти все пассажиры выходят. Я выхожу через две остановки, забегаю в магазинчик, покупаю один и тот же набор продуктов. Стоя на тротуаре и глядя на проносящиеся мимо машины, каждый раз представляю, как трах-бах, и моя коробка с апельсиновым соком летит в одну сторону, а угги - в другую. Благоразумнее дождаться, когда остановится трамвай, а с ним и машины, но вот некий сознательный водитель притормаживает, и я, делая судорожные книксены и благодарно прижимая сок и печеньки к груди, перебегаю дорогу.

На другой стороне вдоль газона бабулька выгуливает собаку. Собака крупная и очень старая, под стать хозяйке: ковыляет медленно и тяжко, а если хочет понюхать землю, бабулька наклоняется и терпеливо поддерживает животное под грудь и шею.

Зато на службе всё крутится и меняется как в калейдоскопе. Ни один день, час не похож на другой. Обеда может и вовсе не случиться. И никогда не знаешь, где ты окажешься - в чистом поле, в лесу, в роскошных апартаментах, на мусорной свалке или в морге. Всегда интрига и приключение. И оба варианта - размеренный и мистически одинаковый путь на работу, и круговерть рабочих моментов, когда ощущаешь себя какой-то пулей со смещённым центром тяжести, - одинаково мне милы...