Каждый поход к врачу это как испытание для меня. Попасть в неизбежность больничной системы, пережить свою беспомощность в ней, и выйти победителем. Ну , хоть постараться.
Вчера, например.. Сказано было приходить к девяти. К девяти так к девяти. Вызваю такси самое пораньше. К девяти, сквозь холодный снегодождь народ пораньше, чем я приехал. Сидят нахохлившиеся, такие круглые сильнобеременные почти все, не поспоришь. Я им в каком то смысле завидую, уже все понятно, ребенки в животах уже почти готовые. И я понимаю, что минут на сорок минимум попали, пытаюсь читать. Читать в очереди - самое то, если не мешает головная боль, такая, будто в голове торчит острый дротик и время от времени он исчезает и с ещё большей силой прилетает вновь.
Через час дамочки начинают роптать. Я прям символ спокойствия среди них. За окном одна за другой подъезжают желтые и белые скорые. Желтых больше. Снег стал дождем и пространство между приемником роддома и нашим аквариумом все больше похоже на катастрофическое таяние арктических льдов, заполняющее водой всю землю.
На втором где то часу ожидания мне поведана история про двоюродную сестру, которая рожала у того же самого врача и умерла на третий день после кесарева. Дети теперь растут, естественно без матери, поэтому платные палаты, это пустая трата , совершенно пустая трата. Теточка, которой не хватило стула вставляет, что жесткий такой рассказ для беременных, и расказчица с удивлением обнаруживает, что я то беременная, хоть и не видно совсем. Приходится убеждать что ничего-ничего, все умрут, и в этом нет откровения. Для меня то точно.
Мое умиротворение заканчивается к концу третьего часа. Почти все дамы приняты и удалились, я осталась в числе немногих, тех, кого еще не было к девяти. Врач узи, прекрасная Наталья Евгеньевна то появляется, то исчезает. С ритмичностью подъезжающих к соседнему крылечку скорых.
Я искренне верю, что она лучший доктор узи в мире. Во первых она красивая. Никаких наклеенных ресниц или увеличенных губ. Просто красивая, сама по себе. Русые кудри и ангельские зеленовато серые глаза, которые высматривают на мониторе такое, чего простому человеку просто не понять. "Смотри, рукой тебе машет", "А вот сердечко, смотри, вот две камеры, видишь, стучит. А всего сантиметр, представляешь, сантиметр?" "Ну что за ерунда, нет ног? Вот наши ноги, видишь? Видишь, коленочка, ступня, он ими двигает еще как. Ну ты сказала, где ноги..." Когда я примчалась к ней после катастрофы, она очень спокойная говорит:"Сейчас найдем твоего малыша, он у тебя высоко сидит, я уверена, что на месте, одевай халат, пошли" И нашла, и сердечко показала и слова нашла спокойные, про то, что чего только не бывает, верить нужно, только верить в себя и в него. Я вот верю, что она лучший врач узи в мире.
Через три часа мой буддизм сдулся. я пошла в заветную дверь. С резонным вопросом доколе. Сестра противнейшим голосом выперла меня с речью "Ждите, девочки ждите" и после своих слов: "Я уже три часа жду" я чувствую, вот оно. Обида горячим потоком заполняет меня, меняя всю биохимию тела, ритм дыхания, температуру и количество ударов в минуту. Умом я понимаю, что сейчас поднимется давление, что реветь нельзя. Но слезы уже тут, их уже похоже видно, взгляд тёточки очень сочувственный. Сочувственный взгляд догоняет и добивает ситуацию, это самое страшное, когда себя жалею встретить еще и сочувствующий взгляд, понимающий такой. Бежать, и я бегу к противоположному окну, ищу таблетку, запихиваю под язык, чувствую прохладный воздух, чтобы остудить обиду нужно много прохладного воздуха.
Через пару минут противная сестра выходит и терпеливо объясняет, что Наталья Евгеньевна принимает сколько успевает и убегает вот теперь на родах, как прибежит примет остальных, что тут ничего не поделать, только подождать..
Еще минут сорок и мы смотрим малыша. Уже есть вожделенная носовая косточка, которая говорит нам, что он в порядке, уже видим много всего: желудок, мочевой пузырь с двумя сосудами, косточки черепа, позвоничник, сердечко со всеми клапанами и все в норме и все как надо. Обиды и следа нет, только остается головная боль и давление. Но это ничего, я знаю, как с ними справиться.
