:-)

Разговоры во сне... (юмор)
Во время беременности почему-то
начала периодически говорить во сне.
Об этом я узнала, конечно, от мужа. —
А он их на ощупь узнал, — вдруг
сообщила ему я в первый раз, около
часа ночи. — Кого? — спросил
охреневший муж. — Депутатов, — и,
сказав это, с чувством выполненного
долга захрапела, не зная, что через пять
часов я проснусь и буду оооочень
удивлена. Во второй раз я порадовала
его перлом «Куда в луне вставляются
часы? Ошизеть!» — Я не хочу быть
пеликаном, забери герань!.. — заорала
я среди ночи в третий раз и сама от
этого проснулась. До этого дня
подозревала, что надо мной стебутся…
Поверила. — Серое, серое, серое… Дай
мне цветное зеркало!.. — требовала в
четвертый, будучи уже месяце на
третьем. — Какого черта ты покрасил
тараканов моим красным лаком? Мне
кажется, мои ногти от меня убегают! —
истерически заявила спустя девять
дней. — Куда ты дел швандипульку? —
поставила я мужа в тупик чуть позже.
Он неделю допытывался у меня, что
такое эта швандипулька и нахрена она
нужна. Потом его друг спрашивал у
меня то же самое, и зачем эта
швандипулька вдруг так понадобилась
моему супругу. — Не топи носки в
море, тебя Гринпис распылит!.. -
предупредила я его в начале
четвертого месяца, уснув на диване.
Так и не смогла убедить, что это не
было целенаправленным гнусным
оскорблением под предлогом сна. —
Вот это жоооооооооопа!.. —
восхитилась я той же ночью. — Чья? —
тут же подозрительно вскинулся муж.
— Моя-аааа, — я сцапала его за задницу
и тут же проснулась. Смотрели друг на
друга абсолютно офигевшими глазами.
Неделю я молчала. Наверное,
сперепугу. — Лучше откуси мне руку, я
курсач не сохранила!.. — Солнышко, ты
уже полтора года как окончила, —
успокаивал меня муж, когда я
проснулась в слезах. — Нет, обещай,
что мы никогда не заведем кошку! —
билась в истерике я. Он пообещал.
Через полгода завели кота… который и
правда перегрыз провод от компа. К
счастью, выключенного. — Только в
жопу! Я сказала, только в жопу!
Никакого на***, ты пойдешь в жопу!..
Супруг допытывался, что же мне
снилось, прежде, чем процитировал.
Когда я сказала, что начальник, сполз
под стол. Чуть позже я выдала что-то
вроде «Сколько в человечине
калорий?» и получила обещание
прибить меня, если я проявлю хоть
малейших признак лунатизма. — И где
эта волосатая дрянь? — пробурчала я
недовольно через недели две, и муж
был крайне оскорблен тем, что я с
этими словами сцапала его за
подмышку, довольно сказала «Аааа...»
и гаденько захихикала. Наутро от
убиения меня спасло только то, что я,
сладко потягиваясь, сказала, что мне
снилось, как я ищу подаренного мамой
игрушечного медведя. Перед родами я
уже болтала почти каждую ночь. — В
синюю банку. В си-ню-ю!!! И не
забудьте заспиртовать!.. — к счастью, я
не запомнила ни кусочка этого сна. —
Мохнатый чааайник, — я ласково
поглаживала мужа по волосатой груди, а
наутро очень удивилась вопросу, какие
чайники мне нравятся больше —
лысые или мохнатые. Зато на
следующий день получила в шесть
утра завтрак в постель, который надо
было готовить не меньше часа. На все
мои вопросы муж загадочно улыбался,
но потом я все же выпытала у него, что
среди ночи схватила его ниже пояса
(на этот раз не за задницу) и заявила,
что «Ну ни хренааа себе штучка».
После чего сползла по стене с
повизгиваниями, потому что снилось
мне, что я открываю какую-то дверь,
но ручка странная на ощупь, ну совсем
как..., и я говорю — «Ну нихрена себе
ручка!» А в роддоме порадовала
мучающуюся бессонницей
молоденькую соседку по палате тем,
что громко произнесла, поглаживая
себя по пузу: «Прием, прием! Первый,
первый, я второй, что видишь?»
Схватки начались, похоже, от смеха,
когда по пробуждении я услышала это и
вопрос, что же мне ответили. После я
во сне уже не говорила. Прошел
спокойный год, лежим, спим, и вдруг из
детсткой кроватки тихий вздох и «Ма-
па, киииса». Думали проснулся, кот,
шкодина такая, залез в кроватку — нет!
Спит себе, никакого кота... — Я же
говорила, не заводи кошку, — буркнула
я, укладываясь обратно и натягивая
одеяло.