В детстве мне часто хотелось смеяться на похоронах.
Может от того, что слишком много отрицательных эмоций выбрасывается в эфир... А может от того, что ребёнок ещё понимает смысл смерти и радуется...
Сегодня, вдруг подумала, как это всё происходит?
Помню случай. Приехал водитель, а у пассажира в дороге инфаркт случился или что-то типа того. И вот, едет мужчина, а рядом сидит труп лицо которого искажено гримасой то-ли боли, то-ли ... ну скорее боли. Его вытаскивали потом из машины несколько человек и разгибали его застывшие члены, а что с лицом сделали не помню уже.
Ну вот как это? Ходит кто-то и не подозревает, что миссия его уже выполнена, вдруг, слаженный организм даёт осечку и всё! И вот уже то, что мы назsвали дядей Ваней лежит в равнодушной позе...
А где же собственно дядя Ваня? Как ему позвонить? А эта шкурка, которая так исправно работала на дядю Ваню, автоматически поддерживая цвет, температуру, размер, форму, она заживет своей жизнью. Только нам это непривычно. Верните нам отчалившего дяденьку. А где он вообще всё это время был? Вроде бы в теле, да? Совместимость какая-то есть. Вот дядя Ваня садится за пульт и машинка заработала привычным образом. Ушёл дядя Ваня и машинка стала работать по другому.
Получается мы знаем, как управляеть этим агрегатом изначально! И даже если кто-то лежит полностью парализованный и не может пошевелить не единым членом, он всё равно управляет своей "машиной". И мы знаем, дядя Ваня тут.
Может от того, что слишком много отрицательных эмоций выбрасывается в эфир... А может от того, что ребёнок ещё понимает смысл смерти и радуется...
Сегодня, вдруг подумала, как это всё происходит?
Помню случай. Приехал водитель, а у пассажира в дороге инфаркт случился или что-то типа того. И вот, едет мужчина, а рядом сидит труп лицо которого искажено гримасой то-ли боли, то-ли ... ну скорее боли. Его вытаскивали потом из машины несколько человек и разгибали его застывшие члены, а что с лицом сделали не помню уже.
Ну вот как это? Ходит кто-то и не подозревает, что миссия его уже выполнена, вдруг, слаженный организм даёт осечку и всё! И вот уже то, что мы назsвали дядей Ваней лежит в равнодушной позе...
А где же собственно дядя Ваня? Как ему позвонить? А эта шкурка, которая так исправно работала на дядю Ваню, автоматически поддерживая цвет, температуру, размер, форму, она заживет своей жизнью. Только нам это непривычно. Верните нам отчалившего дяденьку. А где он вообще всё это время был? Вроде бы в теле, да? Совместимость какая-то есть. Вот дядя Ваня садится за пульт и машинка заработала привычным образом. Ушёл дядя Ваня и машинка стала работать по другому.
Получается мы знаем, как управляеть этим агрегатом изначально! И даже если кто-то лежит полностью парализованный и не может пошевелить не единым членом, он всё равно управляет своей "машиной". И мы знаем, дядя Ваня тут.
