Мыльники и зеркальники.
Камеры делятся на мыльницы и зеркалки. Это факт. Дополнительные деления - от лукавого и только вносят смуту в детские неокрепшие умы.
Мыльницы – это пистолеты. Их удобно таскать в кармане как в кобуре, быстро выхватывать и палить во все стороны. Результат не гарантирован. Ибо либо часто промахиваешься (с фокусом, ИСО и прочей фигней, о существовании которой даже не подозреваешь), либо на больших расстояниях «пуля» теряет свою убойную силу (резкость и детализацию).
Зеркалка – снайперская винтовка. Можно, как следует, прицелится и убить нафиг. Т.е. получить картинку такого качества, что если при взгляде на нее скосить глаза к носу – выходит чистый 3D. Но при этом теряется скорость стрельбы, и очень сильно увеличиваются габариты оружия.
Боец с мыльницей мобилен. Плохопредсказуем. Тороплив и неряшлив. Идет по улице, видит фонтан – БАХ - 2 кадра. Идет – памятник – бах - 3 кадра, идет – собака – БАХ – 5 кадров. У отдельных особо торопливых любителей половину снимков составляют фотографии внутренностей собственного кармана. Либо смазанные цветовые пятна, хорошо подходящие для теста Люшера.
Настоящий зеркальник – как Амундсен в экспедиции на Южный полюс. Он злобно идет, потея, как караванный верблюд. Тащит на себе килограммовою камеру, сумку с парой объективов и прикрученный на спину штатив. Он в гробу видал фонтан, памятник и собачку. Он не отвлекается на мелочи. Если он и будет расставлять свое обширное хозяйство, тот как минимум для собора святого Петра или пирамиды Хеопса. Как истинный снайпер, он выбирает место, обустраивает его, расставляя, настраивая, проводя экспозамеры. Делает поправку на ветер, положение звезд и магнитное поле. Потом застывает в неподвижности, дожидаясь подходящего света.
Мыльник весел, беззаботен и жизнерадостно туп.
Зеркальник хмур, сосредоточен и презрителен.
Мыльник с радостью неофита-идиота выкладывает в инете все подряд фотографии. «Я и фонтан», «я и памятник», «я убегаю от собачки из предыдущего кадра».
Зеркальник по полчаса пилит каждый кадр фотошопом на уровне отдельных пикселей. Вытаскивает плоскогубцами балансы белого и красного. К каждой выложенной фотографии обязательно прикладывает полноразмер, RAW и инструкции, как ее правильно смотреть.
Мыльник тупо плюсует десятками чужие фотки.
Зеркальник до посинения гавкается на форумах по любому поводу (но особо популярна тема Никон Vs. Кэннон).
Мыльник относится к своей камере легко. Не важно, что она мылит (ей положено), жрет батарейки, как свинья желуди, и имеет систему управления, более запутанную чем Критский лабиринт с Минотавром. Что на свету она более-менее снимает все, в темноте – только саму темноту. Он ее роняет, мочит под дождем и протирает линзу плевком и пальцами.
Зеркальник имеет набор фильтров, коллекцию узкоспециализированных тряпочек и кисточек, ежедневно проверяет матрицу на горячие пиксели. Любое отклонение от нормы вгоняет его в депрессию.
А еще есть пленочники – те вообще СТРАШНЫЕ люди. Встретив - бегите, не оглядываясь!
Камеры делятся на мыльницы и зеркалки. Это факт. Дополнительные деления - от лукавого и только вносят смуту в детские неокрепшие умы.
Мыльницы – это пистолеты. Их удобно таскать в кармане как в кобуре, быстро выхватывать и палить во все стороны. Результат не гарантирован. Ибо либо часто промахиваешься (с фокусом, ИСО и прочей фигней, о существовании которой даже не подозреваешь), либо на больших расстояниях «пуля» теряет свою убойную силу (резкость и детализацию).
Зеркалка – снайперская винтовка. Можно, как следует, прицелится и убить нафиг. Т.е. получить картинку такого качества, что если при взгляде на нее скосить глаза к носу – выходит чистый 3D. Но при этом теряется скорость стрельбы, и очень сильно увеличиваются габариты оружия.
Боец с мыльницей мобилен. Плохопредсказуем. Тороплив и неряшлив. Идет по улице, видит фонтан – БАХ - 2 кадра. Идет – памятник – бах - 3 кадра, идет – собака – БАХ – 5 кадров. У отдельных особо торопливых любителей половину снимков составляют фотографии внутренностей собственного кармана. Либо смазанные цветовые пятна, хорошо подходящие для теста Люшера.
Настоящий зеркальник – как Амундсен в экспедиции на Южный полюс. Он злобно идет, потея, как караванный верблюд. Тащит на себе килограммовою камеру, сумку с парой объективов и прикрученный на спину штатив. Он в гробу видал фонтан, памятник и собачку. Он не отвлекается на мелочи. Если он и будет расставлять свое обширное хозяйство, тот как минимум для собора святого Петра или пирамиды Хеопса. Как истинный снайпер, он выбирает место, обустраивает его, расставляя, настраивая, проводя экспозамеры. Делает поправку на ветер, положение звезд и магнитное поле. Потом застывает в неподвижности, дожидаясь подходящего света.
Мыльник весел, беззаботен и жизнерадостно туп.
Зеркальник хмур, сосредоточен и презрителен.
Мыльник с радостью неофита-идиота выкладывает в инете все подряд фотографии. «Я и фонтан», «я и памятник», «я убегаю от собачки из предыдущего кадра».
Зеркальник по полчаса пилит каждый кадр фотошопом на уровне отдельных пикселей. Вытаскивает плоскогубцами балансы белого и красного. К каждой выложенной фотографии обязательно прикладывает полноразмер, RAW и инструкции, как ее правильно смотреть.
Мыльник тупо плюсует десятками чужие фотки.
Зеркальник до посинения гавкается на форумах по любому поводу (но особо популярна тема Никон Vs. Кэннон).
Мыльник относится к своей камере легко. Не важно, что она мылит (ей положено), жрет батарейки, как свинья желуди, и имеет систему управления, более запутанную чем Критский лабиринт с Минотавром. Что на свету она более-менее снимает все, в темноте – только саму темноту. Он ее роняет, мочит под дождем и протирает линзу плевком и пальцами.
Зеркальник имеет набор фильтров, коллекцию узкоспециализированных тряпочек и кисточек, ежедневно проверяет матрицу на горячие пиксели. Любое отклонение от нормы вгоняет его в депрессию.
А еще есть пленочники – те вообще СТРАШНЫЕ люди. Встретив - бегите, не оглядываясь!