На столе тарелочка с хурмой, блюдечко с косточками от хурмы и вазочка с виноградом. Годовалый Ратибор стоит тут же на диванчике, опершись руками о столешницу. Я сижу рядом. Малыш вдумчиво разглядывает стол, после чего берет двумя пальчиками косточку от хурмы. Повернувшись ко мне, он лучезарно улыбается и просит меня открыть рот, засунув указательный палец свободной руки между моими губами. Я послушно открываю. Довольный результатом, он хохочет, потом серьезнеет и направляет в мой рот руку с косточкой. Я поспешно смыкаю губы и прошу:
- Дай мне лучше виноградинку.
На лице малыша сосредоточенная работа мысли. Я повторяю:
- Косточка не съедобная. Косточку не хочу. Дай мне виноградинку, - и пододвигаю к нему фруктовую вазочку.
Малыш откладывает косточку и думает. Пытаясь помочь ему понять мои слова, я показываю сначала на виноград, потом на свой рот.
- Понял! - говорит его просиявшее лицо.
Он старательно берет виноградинку и кладет ее в рот. Только не в мой, а свой.
- Ты же не любишь виноград. Нужно было дать ее мне. В мой рот, - слегка возмущаюсь я.
Ратибор слушает, сморщивается и выплевывает виноградинку. После этого он пододвигает к себе блюдечко с косточками, берет одну себе в рот и с явным удовольствием сосет, перекатывая ее языком от одной щеки к другой. Потом смотрит на меня, и я читаю в этом взгляде:
- Вот что приносит удовольствие от держания во рту. А вовсе не виноград. И я ведь пытался тебя угостить!
- Хорошо, - соглашаюсь я, - Каждому свое.
И отрываю себе самую большую виноградину.
