Новый год.

В детстве все связанное с Новым годом – особенное и чудесное. Начиная от запаха принесенной в дом елки и обилия мандаринов и заканчивая прогулкой в парк ледяных скульптур: тут тебе и прозрачные корабли, и снежные лабиринты, и сияющие гирлянды, натянутые между фонарными столбами.

В какой-то момент все это исчезает. Остается только материя, магия улетучивается. Елка вместо красавицы из сказки становится одним из тысяч смятых деревьев с базара, и нужно недюжинное воображение, чтобы представить эти ветви расправленными и пушистыми. Принесенная домой, расправленная и пушистая, украшенная шарами, елка начинает нещадно сыпать на пол иголки, занимать слишком много места и периодически грозит завалиться на один бок, когда кто-либо из маленьких почитателей решает поздороваться с ней за ветку-руку. Мандарины из новогоднего лакомства превращаются в обычный сезонный продукт. Как виноград в сентябре или арбузы в августе. Лабиринты становятся скучны, крепости бессмысленны.

Но чуда все равно хочется. Не столько для себя, сколько для того, кто еще не успел вкусить это чувства радостного предвкушения Праздника. Хочется видеть радостно распахнувшиеся глаза, сияющее лицо, приоткрытый в восхищенном «Ах!..» рот.

И мы идем за елкой. Нет, не за красавицей с базара. Мы покупаем елочку в горшочке. Дома пересаживаем ее в более нарядный и значительно больший горшок и уже через неделю гостья радует нас новыми ярко-зелеными побегами. Весной мы ее высадим на улицу, а пока рассаживаем на ветках смешных гномиков. Подарки, хлопушки, бенгальские огни мы купили еще в ноябре, в неторопливой череде осенних сумерек. И сейчас приходим в торгово-развлекательные комплексы насладиться атмосферой Ожидания. Ребенку очень нравится кататься в лифте с прозрачными стенами, смотреть на сияющие огнями этажи, гигантские снежинки, свисающие с потолка, наблюдать за танцующими снеговиками. Почти в каждом отделе детям раздают воздушные шары. С целой охапкой таких, устав от лифта, мы идем кататься на движущейся лестнице. А потом домой, мечтать о том, что Дед Мороз положит под елку.
И вот 31-е декабря. Мы ставим в духовку противень с картошкой и курицей, украшаем ягодами испеченный накануне торт, достаем из холодильника селедку под шубой. И звоним. Звоним тем, кого видим редко и в хороводе дней не печалимся о них, но кому хочется пожелать добра. Звоним тем, кого видим часто, но кто сейчас далеко. Звоним тем, кто ждет нашего звонка и рад нас слышать. Говорим, случаем, улыбаемся, поздравляем, желаем. Потом отключаем внешнюю связь и остаемся дома. Семьей.

Накрываем на стол, тушим верхний свет, зажигаем свечи. Домашний уют и ощущение спокойной радости, что мы есть друг у друга. Спрашиваем ребенка:
- Ты у нас какой?
- Любимый, - отвечает он и улыбается.

Мы ужинаем, наблюдая первые вспышки салютов за окном. Потом одеваемся и идем на улицу. Катаемся на карусели, запускаем хлопушки, танцуем с бенгальскими огнями. Ребенок первый раз в жизни видит бенгальские огни, лицо светится счастьем. Салюты расцветают все чаще. Иногда даже несколько одновременно. Так что мы выбираем для наблюдения наиболее красочный. Налюбовавшись на новогоднее великолепие, замерзнув, усталые и смеющиеся мы возвращаемся домой. А дома под елкой нас уже ждет теремок, доставленный почтой Деда Мороза, пока мы гуляли. Теремок точь-в-точь, как мы просили. Четыре комнатки, каждая со своим ключиком и секретным кодом на вход. Живут в нем медвежонок, котенок, хрюшка и мышонок. Подбираем нужные ключи, угадываем коды, но глаза уже потихоньку слипаются. Стоит только выключить свет, как сон забирает нас к себе.

А утром просыпаюсь и чувствую приятное послевкусие. Чудо было. Более того, оно продолжается. В нежданно голубом небе, в притихших улочках, в сонной улыбке и зажатой в кулачке связке ключей.