Человек, которого предала любимая, жаловался Мастеру:
— Я так обжегся, что больше никогда никого не полюблю.
— Ты словно кот, который, сев ненароком на раскаленную плиту, поклялся, что больше никогда ни на что не сядет, — обронил Мастер.
Хьюстон
Человек, которого предала любимая, жаловался Мастеру:
— Я так обжегся, что больше никогда никого не полюблю.
— Ты словно кот, который, сев ненароком на раскаленную плиту, поклялся, что больше никогда ни на что не сядет, — обронил Мастер.
