О переливании крови и кровезаменителей
В США, по сравнению с пространством бывшего СССР, кровь, хотя активно и собирается, но практически НЕ преливается, а синетические кровезаменители, типа, советских реополиглюкина, полиглюкина и гемодеза, которые в СНГ-овом пространстве льются рекой и считаются даже дефицитными препратами, навроде «элексира здоровья». Типа, достаньте для больного полиглюкин, за любые деньги. Или, дескать, «только переливание крови может спасти больного». Чушь! Весь опыт медицины США, которые тут как раз в редком случае правы, говорит о том, что избегая преливания крови и не применяя вообще синтетические кровезаменители, мы прекращаем умертвлять больных в плановом порядке.
В США в больницах внутривенно вводятся только физиологический солевой раствор 0.9% хлорида натрия или более сбалансированный солевой физиологический раствор Рингера. Бывает, иногда льётся 5% изотонический раствор глюкозы, но редко. Сравнивать выживаемость в американских, сравнительно с больницами на развалинах бывшего СССР, нельзя даже близко.
Весьма значительная часть больничного мора в СНГовии происходит именно от безудержного примения внутривенных вливаний всего чего угодно.
У людей воспитано такое отношение, что если поставили капельницу — значит лечат! Как раз обратное верно. Если больному поставили капельницу, то он уже напрямую связан этой капельницей с моргом через свою вену.
Начать с того, что если у больного стоит капельница в вену, то с этой веной может приключиться всё что угодно. Например капельница может просто отсоединиться. Если капельница стоит в периферическую вену, то ничего серьёзного не произойдёт — просто выльется какое-то количество крови на матрас. Но если капельница стоит в центральной вене, то при отрицательном венозном давлении — несколько вздохов, подсасывается воздух — и на тот свет от воздушной эмболии! Даже введение более 20 кубиков обычного воздуха в вену чревато фатальным исходом. Лучший способ бесследно отправить кого либо на тот свет — литр воздуха по вене, на вскрытии не найдут причины смерти.
А какое неучтённое, но огромное и постоянное количество больных в больницах умирает просто от ведения вену лекарств! Врачи и медсёстры знают, но никому не скажут. Во-первых, в практике часто путаются препараты. У одной сестры больных — целый этаж. Вместо одного препарата вводится в запарке другой и — каюк. Каюк именно потому, что именно внутривенный способ введения. Оказавшись в вене в следующую секунду препарат уже воздействует прямо на сердце. И препарат-то может быть безобидный; может это препарат, типа, глюконат кальция или эуфиллин, которые больному уже много раз вводили и ничего. Но в этот раз больному не повезло, и тот же препарат вызывает фибрилляцию сердца и — каюк. Перепутывание препарата тоже по этой же причине, — по причине молниеносности действия при ведении лекарств прямо в кровоток в вену, вызывает смерть «на игле».
Вы думаете почему в сердечных отделениях интенсивной терапии больные всегда подключены к кардиомониторам? Как раз именно по этой причине - по причине непрогнозируемости действия внутривенных сердечных препаратов.
Сердечные препараты, — они все действуют на свойства сердца, и когда они вводятся, действия могут быть самые неожиданные и непрогнозируемые. Сплошь и рядом, — больной лежал-читал газету, смотрел ТВ, разговаривал по телефону; начали вводить обычное «лекарство», которое он уже неоднократно получал, но сейчас больной решил «врубать» прямо на игле. Это каждодневная практика, так сказать, -"рабочие будни". Так что, как раз наоборот, когда ваш родственник подключён к капельнице, — это верёвочка, перекинутая на тот свет. Внутримышечное ведение препаратов именно по этой причине всегда спокойнее.
Но кровь и кровезаменители вводятся всегда только в вену! Что такое кровь? — Это обменная циркулирующая жидкость организма, состоящая из 3 частей: воды и солей, белковой и иммуноглобулиновой части и третья часть - из кровяных клеток. И это всё должно попасть из одного в другой организм. С водой и солями крови проблем нет. Проблемы есть с белками крови и кровяными клетками. Кровь — это ткань организма, и как таковая специфична для данного организма, и при перенесении её в другой организм следует реакция отторжения. За последние 100 лет медики научились распознавать неминуемые фатальные переливания несовместимой крови по группам крови и резус-фактору. Но должен вас расстроить, этими — далеко не исчерпываются случаи несовместимости крови.
Во-первых, вы должны себе отдавать отчёт в том, что кровь ЛЮБАЯ — ЛЮБАЯ чужая кровь несовместима! Даже если она совместима по группам крови!
Чужая кровь несовместима никакая, даже если непосредственно не будет катастрофического тромбообразования на игле. В чужой крови всё чужое: и клетки и рецепторы клеток, и белки и иммунитет. А кровь напичкана чужим иммунитетом. Чужую кровь по определению, потому что она носительница иммунитета, нельзя сделать совместимой!
Поэтому совмещай-несовмещай кровь, но всё равно вся перелитая чужая кровь должна быть уничтожена в организме больного, его собственным иммунитетом!
На всё это организму больного, уже и так истощённому какой-то уже и без того тяжёлой болезнью, надо затратить огромные усилия. Нормальные клетки крови эритроциты живут в крови 4 месяца. Клетки перелитой крови начинают разрушаться сразу после переливания. Первый натуральный фильтр, который начинает разрушение чужой крови при введении в вену — это, естественно, первый, после введения в вену на пути орган, — это лёгкие.
У и так тяжелобольного, переливаемая кровь забивает все лёгкие. На вскрытии лёгкие больным, которым перелили кровь всегда тяжёлые, отёчные, красные; переливание крови всегда вызывает отёк лёгких той или иной степени. Перелитая кровь всегда из «лёгких» делает «тяжёлые». Первым делом нарушается микроциркуляция лёгких и газообмен кислорода и больной начинает тяжело дышать.
Если с переливанием крови переборщили и больной умер при явлениях лёгочной недостаточности, то выражаются так, что больной умер, дескать, от «Синдрома Шокового Лёгкого». И «синдром шокового лёгкого» получают в той или иной степени все пациенты, которым перелили кровь! Грубо говоря — если пациенту перелили всего флакон 250 мл крови, то все кровяные клетки и белки этих 250 кубиков крови будут сидеть в лёгких, засирая лёгкие и их способность к газообмену. Эритроциты и белки перелитой крови не пройдут чрез фильтр лёгких. Они будут сидеть в лёгких и нарушать в лёгких всё, пока в течение недель не будут съедены лёгочными клетками иммунитета, оставив после себя следы пневмосклероза. При переливани крови — легкие первый фактор защиты от инородней крови. Как видите, назвать переливание крови лечебным фактором — это большое преувеличение, а на самом деле и большой вред; и это мы говорили только о переливании всего лишь 250 кубиков крови!
При увеличении объёма перелитой крови опасность для жизни возрастает в геометрической прогрессии. Можно положить довольно чёткие границы, обозначив, что перелитие даже абсолютно здоровому человеку любого даже малого количества чужой хотя и совместимой крови — опасно для жизни. Перелитие 1 литра совместимой — это точно опасно для жизни. А перелитие более 2 литров чужой хотя и совместимой крови — это неминуемая смерть.
А 1 литр крови — это всего лишь 15% своего объёма крови взрослого человека. То есть достаточно заменить 15% свой крови на чужую и большие сомнения, что вообще больной выкарабкается. И тяжесть состояния обуславливается именно переливанием чужой жидкой ткани. Идёт реакция отторжения перелитой крови на уровне множества других реаций отроржения по другим механизмам нежели кофликт по группам крови.
В США это давно поняли, и применяют переливание крови чрезвычайно редко, и даже в случае очень большой кровепотери типа 2-3 литров, переливают не больше 500 мл. Перелитая кровь всё равно не работает как предполагается. Это только дополнительно тяжелейшая нагрузка на организм. Единственно автор в американской медицине видел плановые переливания небольших обёмов крови порядка 250 — 500 мл — это при открытых оперциях на сердце с искусственным кровобращением. Не зря одна операция на сердце с искусственным кровобращением — по повреждающему действию на мозг приравнивается к одному инсульту. В некоторых областях хирургии переливание крови не делается никогда, ну например, в нейрохирургии. То есть в американской медицине уже давно отошли от изображения переливания крови, дескать, ярким показателем пресловутых «беззаветных усилий врачей» «спасти жизнь больного».
Так вот при увеличении объёма переливаемой крови катастрофа отторжения всей массы перелитой крови назревает в геометрической прогрессии. Кроме большего количества самой крови тут начинает играть роль и цитрат натрия — консервант - лимонная кислота,которая используется для консервирования крови. В медицине делается на практике только переливание консервированной крови. Прямое переливание крови; много о нём мечтается в областях далёких от медицины, но на практике никогда не применятся по причинам не зависящим от самой медицины. В США это невозможно просто из-за юридических факторов. Поэтому автор не будет обсуждать то, чего в жизни не бывает, а продолжит обсуждение переливания консервированной крови.
На 250 мл крови — 50 мл это чистая лимонная кислота, которая вызывает несворачиваемость крови; собственно, почему она и присутствует в пакете с кровью — чтобы та не свернулась. При переливании 1.5 литров крови — в организм влито уже 300 мл чистой лимонной кислоты, которая вызывает несворачиваемость крови.
Положено вводить антидот лимонной кислоты — хлорид кальция — 10 кубиков на каждые 250 мл консервированной крови. Однако хлорид кальция не являтся абсолютным антидотом лимонной кислоты, потому что это не химическая реакция в кастрюле. Хлорид кальция сам является фактром свёртывания и при переливании более литра консервированной крови ситуация в сложнейшей комплексной и многоуровневой, каскадной свёртывающей системе крови начинает выходить из под контроля. А контролировать её нельзя никак, потому что точных методы анализа свёртывающей системы крови попросту напросту нет и не будет никогда, по крайней мере в этой Галактике. В свовременной медицине свёртывающая система крови — это такой же «чёрный ящик», как и мозг, о которой мы не знаем ничего, кроме предположений, как о другой Галактике.
Кроме этого, при увеличении объёма переливаемой крови возрастает объём переливаемой чужеродной массы чужих клеток и белков, и лёгочный фильтр не справляется с задержкой этого чужеродной биомассы. Вся эта масса перелитых чужеродных клеток и белков устремляется в дальнейший после лёгких кровоток и разносится по всему телу, блокируя миркоциркуляцию вообще по всему телу. В медицине это состояние научно называетс я«Синдром ДВС» — «Синдром Диссиминированного Внутрисосудистого Свёртывания». Вам трудно понимать медицинскую терминологию. Поэтому автор, поскольку он не хочет казаться сверхумным и не пишет диссертации, объяснит гораздо проще: «Синдром ДВС» — это блокирование микроциркуляции, то есть кровотока на уровне капилляров тканей, вследствии чего неперфузируемые ткани начинают не получать кислород и в них начинаются процессы тотального некроза — омертвевания — тотальной гибели живой ткани и клеток жизненно важных органов.
То есть, при выраженном ДВС, а он может быть разных степеней; ДВС есть при переливании даже одного флакона консервированной крови; то есть «синдром ДВС» может клинически не совсем заметно проявляться; но в развёртнутой форме представляет такую катастрофу, что просто волосы становятся дыбом! Самую яркую форму «Синдрома ДВС» автор видел 30 лет назад у мужчины; кстати, самого врача; которого привезли с желудочным кровотечением из язвы. Этого пациента бесконтрольно, а дело происходило между прочим, не в горбольнице а в академическом московском институте, накачали таким количеством консервированной крови; что у пациента наступил «ДВС» всего тела. Когда автор увидел пациента, это уже был не первый день; и тому уже перелили порядка 16 литров крови, лежал на искуственной вентиляции, в глубокой коме — без сознания и рефлексов; потому что мозг у него давно уже не перфузировался. Микроциркуляция была блокирована вся. Пациент весь был покрыт кровяным потом, кровавая сукровица сочилась у него просто всей поверхностью кожи тела. А ему всё лили и лили кровь и изображали«спасение больного всеми силами». То есть организм больного уже не принимал чужую кровь, вся микроциркуляция была забита ДВС. Кровь из центральных сосудов шунтировалась у больного прямо в кожу и желудочно-кишечный тракт, что проявлялось кровавым пОтом и чёрной изменённой кровью, выделявшейся из прямой кишки и по желудочному зонду. Картина была страшная. Чем больше больной терял кровь, тем больше в него её вливали; а чем больше в него вливали крови, тем больше организм ей отторгал.
Порочный круг. Картина тотальной реакции отторжения вливаемой крови была катастрофической. Но поскольку пациент был молодой мужчина со здоровым сердцем, то он несколько дней ещё продержался, хотя частота сердечных сокращений была постоянно 160 в мин. Это был «Синдром ДВС» в яркой форме. Но «Синдром ДВС» бывает при любом количестве перелитой крови, не обязательно в тяжёлых формах, но реакция отторжения чужой перелитой крови всё равно будет; потому что организм всё равно будет оторгать всю перелитую кровь.
Зачем же переливают консервированную кровь? — Это потому, что так тупо показывает по анализам. Анализы на гемоглобин и эритроциты делаются же чисто механически. Анализы же не отделяют живые свои гемоглобин и эритроциты — от мёртвого и неактивного перелитого консервированого и денатурированого чужого гемоглобина и эритроцитов. Это как если бы крепость осаждал неприятель, а статистика бы показывала что в крепости находится, скажем, 20 тысяч человек. Но кто там мёртвые а кто живые статистика же не скажет; так и в анализах на гемоглобин и эритроциты. Они не различают мёртвый гемоглобин и эритроциты консервированной крови идущие в хлам, от жизнеспособных эритроцитов и активного гемоглобина. Получается обычная ситуация в больницах, что по анализам всё в норме, а больной умер!
И это каждодневная практика, потому что - Анализы не отражают сути процессов происходящих в организме!
Анализы — это, типа, отпечаток пальца; на основании которого, ну что можно сказать о человеке, если это единственный источник информации? Но поскольку официальная медицина — это профессия, а любая профессия связана с оплатой, то в медицине анализы, методы диагностики, пачки таблеток, ампулы иньекций, процедуры, операции, — это всё методы «монетизации» медицины.
И медицина использует не какие-то идеальные анализы, как хочет заставить всех поверить, а какие есть. А есть только примитивные и не совершенные. Но медицина пользуется тем что есть в наличии, и какие бы это ни были несовершенные и неинформативные методы анализа, в любом случае медицина называет это «стоять на прочном фундаменте лабораторных данных». И спорить с ними бесполезно.
Они и не будут с вами спорить, потому что доказать, что они на самом деле занимаются в лучшем случае фигнёй — легко. Но они с вами на эту тему разговаривать не будут. А для простолюдина врач — это Бог, а профессор медицины — Бог в квадрате. И поверить в то, что медицинская профессура, и есть искомые врачи-вредители, и занимаются в лучшем случае фигнёй, а в основном убивают людей паранаучными способами — ум простолюдина отказывается.
Для того чтобы развить мысль, автор продолжит тему переливания на примере переливания синетических кровезаменителей.
В США синететические кровезаменители не применяются, и вы поймёте почему. В СНГовии же синтетические кровезаменители считаются дефицитыми препаратами, типа, панцеи от всех болезней; которые надо достать, если вы любите своего больного родственника; и которые если поставить капать в вену, то сразу, типа, «всё будет хорошо».
Автор вам откроет секрет, почему врачи ничего не знают в медицине и всё у них выходит через "одно место", и больные мрут как мухи. Дело в том, что студентов в мединститутах заставляют зубрить только положительные свойства лекарственных препаратов. А отрицательные свойства препаратов, так называемые, «побочные эффекты», в мединститутах не изучают совсем и даже внимание на них не акцентируют. То есть студенты в мединститутах на сублимальном уровне зомбируются как торговые агенты. То есть дипломированный «врач» — «MD» — это в реале некий гибрид мелкого медицинского чиновника — оформителя медицинских дел — «историй болезни», и мелкого фармацевтического агента и, в натуре, — спекулянта-фарцовщика фармацией. Единственный реальный продукт работы врача - папка «Истории болезни» пациента. Ничего более!
На самом деле вся собака здесь зарыта в самом термине «побочные эффекты». Термин «побочные эффекты» предполагает что-то «побочное», то есть что-то незначительное, на что можно и не обращать внимание; ну «побочное» и побочное. Врачей ориентируют, что мы должны, дескать, знать основные а не побочные свойства препаратов, и студенты не изучают этих «побочных свойств» «лекарств» ни в СНГовии ни на Западе.
А на самом деле грань между положительными и отрицательными эффектами химического препарата, каковыми являются все «лекарства» официальной медицины, и определить то нельзя, и чаще всего они взаимосвязаны. На практике нет препаратов, которые обладали бы только положительными эффектами без отрицательных. Более того, отрицательные эффекты как правило превалируют.
Например, если дать от боли морфий, то боль он утолит, но одновременно морфий угнетает дыхание, парализует кишечник и вызывает наркоманию. И чем лучше морфиеподобные препараты снижают боль, тем выраженнее их «побочные эффекты», вплоть до того, что у стариков морфий внутривенно вызывает остановку дыхания и смерть на игле, и это уже основное действие препарата, а отнюдь не побочное! Ещё пример: для того чтобы снять астматический приступ, чтобы расслабить бронхи вводят препарат эуфиллин. Но тот же эуфиллин вызывает на игле сразу резкое увеличение частоты сердечных сокращений, что для сердечников гроб. Где тут «побочное», а где основное действие?
«Основное действие» предполагается то, ради которого мы препарат употребляем. Но для больного основное действие «лекарства», — от которого он погибнет. Не правда ли? Вообще, сочетание астмы и болезни сердца, да и гипертонии тоже — абсолютно фатально из-за взамимоисключаемости лекарств. Потому что те лекарства, которые применяются при болезни сердца, абсолютно противопоказаны при астме. Например такие популярные у сердечников и гипертоников средства из группы «Бета-блокаторов» как обзидан или индерал, достаточно одной таблетки, чтобы вызывать последний в жизни асматический статус.
Один из самых популярных в США безрецептурных препаратов «Тайленол» от различного вида болей, который продаётся на каждом шагу и детям младенцам тоже; по-русски это называется «ацетоминофен» или парацетомол. В России для чего применяется «Тайленол», применяется другой препарат - «анальгин», которого в США нет, потому что в США считается, что Анальгин опаснее «Тайленола». Но посмотрим про «Тайленол». Если вместо одной таблеки «тайленола» принять его пачку, то вы труп. Тем более смертельно оставлять любые таблетки в квартире с маленькими детьми. Пусть депутаты парламентов поинтересуются закрытой статистикой, какое количество детей травится случайно найденными дома таблетками! У вас глаза на лоб вылезут! Несколько проглоченных таблеток с ацетоминофеном и маленький ребёнок, который их нашёл у «бабушки» — труп.
Потому что «тайленол-ацетоминофен» чрезвычайно токсичный яд для печени. Вот даже в Вики написано: "В последние годы появились данные о гепатотоксическом действии парацетамола при его умеренной передозировке, при назначении парацетамола в высоких терапевтических дозах и одновременном приёме алкоголя - одномоментный прием парацетамола в дозе более 10 г у взрослых или более 140 мг/кг у детей ведет к отравлению, сопровождающемуся тяжелым поражением печени".
Кровезаменители, которые вводят вместо крови внутривенно, чтобы «УЛУЧШИТЬ организм»! (Реополиглюкин, Полиглюкин, Гемодез)
Так вот «Гемодез», который для дезинтоксикации лился в вены рекой в больницах СССР в течении 40 лет, запрещён в России с 2005 года по причине сильной токсичности. Вы вдумайтесь! Самый популярный и дефицитный препарат для дезинтоксикации, и продаваемый из под полы, запрещён через 40 лет применения по причине его высокой токсичности! А до этого был препаратом, который надо было непременно достать за любые деньги — «для дезинтоксикации».
Причины снятия с производства гемодеза «Одними их первых, на побочные эффекты, возникавшие при введении этого вещества, обратили внимание педиатры, затем и другие специалисты, отмечавшие различные реакции в ответ на введение гемодеза, в виде покраснения лица, нехватки воздуха, снижения АД. Некоторых больных «трясло», особенно, при быстром введении гемодеза. После запрета гемодеза и снятия его с производства появилось множество запросов — отчего сняли такой популярный препарат? В то же время многие врачи негативно отзываются о гемодезе, рассматривая его скорее как вредный, чем полезный.
Но 40 лет ведь больным худшали их состояние этим Гемодезом! А если больному становилось ещё хуже, то врачи требовали у родственников ещё достать баночку Гемодеза, и интерпретировали всё по извстной формуле , дескать, «врачи борются за жизнь больного». Стало хуже после ведения «Гемодеза»? — Это значит болезнь давит. — Надо ещё достать баночку «Гемодеза»! Вот ведь как всё интерпретировалось! Достал баночку Гемодеза — значит борешься за жизнь больного. А на самом деле для многих «лекарств» такая, с позволения сказать, «борьба за жизнь больного», это всё равно что назначать больному цианистый калий и утверждать, что, дескать, «борешься за жизнь больного». Сколько миллионов больных было добито этим Гемодезом!
Ну Гемодез запретили, а в Белоруссии продолжают вводить. Но и СНГовия продолжает лить подобные Гемодезу препараты в качестве синтетических кровезаменителей, которые дескать, улучшают циркуляцию. Новые подобные появляются препараты. А они действуют наоборот от рекламируемого! Они очень кратковременно увеличивают объём циркулирующей жидкости в крупных сосудах и подымают артериальное давление, но они своей синтетикой наглухо и мёртво забивают микроциркуляцию и повреждают обмен веществ навсегда!
Давайте посмотрим механизм действия искуственного кровезаменителя на примере препарата Реополиглюкина: «Реополиглюкин (лат. Solutіo Rheopolyglucinum pro infusіonibus) — 10 % коллоидный раствор декстрана (полимера глюкозы с молекулярной массой 30 000 — 40 000) с добавлением изотонического раствора хлорида натрия или 5 % раствора глюкозы (две врачебных формы). Из организма препарат выводится длительное время. В течение первых 6 месяцев после введения препарата в кровяное русло он постепенно выводится почками (примерно 70 %). Некоторая часть реополиглюкина поступает в ретикулоэндотелиальную систему, где он постепенно (в течение 3—5 лет) распадается до глюкозы. Около 10 % введённого реополиглюкина циркулирует в организме человека в неизменном виде до конца жизни».
Все синтетические кровезаменители — это раствор синтетических полимеров. Ну грубо говоря — это жидкий 10% раствор нейлона или дидерона, то есть это жидкая синтетика. И как таковая синтетика абсолютна чужеродна организму. Крупные молекулы этого жидкого синтетика повышают артериальное давление и это нам нужно для лечения шоков. Но затем они из крупных сосудов попадают в микроциркуляцию и напрочь забивают капилляры и блокируют обмен веществ. И отделаться от них организму никак невозможно. Печень этот «жидкий нейлон» не перерабатывает, а почки повреждаются их выведением. Даже в рекламе написано, что Реополиглюкин выводится почками полгода ! Полгода! Это после однократного введения! На самом деле он почти не выводится почками а откладывается в почках, вызывая их перманентное повреждение. Чётко написано что «Около 10 % введённого реополиглюкина циркулирует в организме человека в неизменном виде до конца жизни!!! Если вам ввели поллитра Реополигюкина, то 50 миллилитров этого синетического вещества будут засорять вашу кровь до конца вашей уже недолгой, после введения таких препаратов, жизни. Это вам лучший «сувенир» на память до конца вашей жизни от врачей — пластмасса в крови! А если перелито 5 литров Реополиглюкина, то это поллитра этой жидкой пластмассы будут постояно заперто в вашей крови и блокировать обмен веществ на уровне клеток до конца вашей жизни!
Обнадёживающе тут только то, что после переливания этих синтетических «кровезаменителей» люди вообщем долго не живут. У них полностью нарушена микроциркуляция жизненно важных органов. Вот ещё цитата из Вики: «Некоторая часть реополиглюкина поступает в ретикулоэндотелиальную систему, где он постепенно (в течение 3—5 лет) распадается до глюкозы. - Это означает, что единственный шанс избавиться от «жидкой пластмассы» в крови — это частично, если он выйдет из сосудов в ткани, то он может быть инкапсулирован и отгоржен от остальной ткани организма фагоцитарными клетками иммунитета, на что опять же организм должен истощить свой собственный иммунитет.
До вас доходит, чем до сих пор в СНГовии гробят пациентов? Вы вдумайтесь, скольким миллионам пациентов ускорена смерть в результате где-то 50 летнего применения синтетических жидких кровезаменителей! Какие там, нафиг, фашисткие врачи с их однократными экспериментами на людях. Тут уже 50 лет в СНГовии професора медицины — врачи вредители людей гробят, доказано в США что гробят, жыдкими полимерами в кровь и никого за это не посадили и не посадят! - Как объяснить этот абсурд и массовый геноцид людей псевдонаучными медицинскими методами?
«Медицина — это ведение войны другими средствами»
Из письма к автору: "Работаю в аптечном складе, гемодез мы продаём и сейчас свободно, только называется он Гемодез-8000 р-р д/инф 200мл №24 или Гемодез-8000 р-р д/инф 400мл №12. Так же есть варианты Гемодез Н р-р д/инф 400мл. Т.е. как работает система, если что то запретили, а людей морить ну очень хоцца и метод проверен - то каплю меняем в составе, приписываем к названию что то типа «плюс» али «экстра», покупаем исслледование на тему, ну теперь то мы избавились от тех страшных побочных исследований благодаря 2 каплям того то и тогото…"
