Наверно только русские могут ехать отдыхать, зная об обилии вирусов в Турции, и везти с собой огромную аптечку "на все случаи жизни". Я одна из таких же отчаянных русских.
Огромный пакет лекарств для подстраховки. Искренняя вера, что ни одна инфекция нас не коснется. Ведь мы не будем купаться в бассейнах, пользоваться детскими стульчиками и,вообще, будем регулярно дезинфицировать руки.
Но судьба захотела,чтобы мы почувствовали вкус турецкой медицины. Страшнее всего то,что этот вкус узнал наш ребенок. Наша двухлетняя Аня.
Первые симптомы болезни в виде полного отказа от еды у Ани появились на 3 день нашего пребывания в отеле. После к этому добавились рвота, вялость, запах ацетона в моче и изо рта, ночная температура. Отпаивание регидроном, энтеросгелем были безуспешы. Все это фонтаном вырывалось наружу.
Утром 4-го дня мы с мужем и Аней на руках идем к отельному врачу, который измеряет температуру (36,4) и , не уточнив симптомов болезни, сразу же предлагает вызвать скорую. Мы соглашаемся, видя, что и сам врач подписался в своей некомпетенции.
Бежим в номер за документами, наспех кидаем вещи в пакет. Скорая нас уже ждет. До госпиталя Sevgi hastanesi Едем минут 25-30. Приезжаем в приемное отделение, где нас встречает русскоговорящая медсестра и предлагает заполнить несколько форм документов и оплатить франшизу в 30 долларов, позвонить в страховую компанию для согласования лечения. Все это тянется тааак долго. Аня, обезвоженная и обессиленная, в истерике бьется у меня на руках и просит ехать домой. Потом подтягиваются еще и еще русские туристы с детьми. У всех детки измучены, с признаками ротовируса, отравления и даже сотрясения мозга.
Спустя полчаса нас всех толпой, в сопровождении все той же русскоговорящей медсестры из приемного, ведут на прием к педиатру. Врач осмотрев Анну, озвучив симптомы-обезвоживание, красное горло и возможная инфекция мочевыводящих путей, направляет нас на госпитализацию. Заплатив дополнительно 50 долларов за пребывание, муж остается в палате с нами.
Впереди нас ждут непрерывные 22 часа капельницы. Аня почти все время спала, катетор не пыталась сорвать.
Палаты в турецком госпитале индивидуальные, со своим санузлом и кроватью из зарубежных фильмов. Ну те, которые управляются кнопочкой и можно выбрать удобное положение для себя.
На следующее утро, когда Аня стала бодра и весела, а значит и мы тоже, по очереди с мужем баловались с этой кроватью.
А еще каждые 2 часа баловались кнопкой вызова медсестры для замены капельницы. У них там ведется статистика по вызову медсестер. Думаю, наша палата заняла первое место, а медсестре смены дали премию.
А вот соблюдения стерильности никто не требовал: не предлагали одеть бахилы или домашние тапочки ( ну все знаю как это у нас, да?), свободно выпускали на улицу.
Пребывание в палате включало в себя и кормежку. Еду приносили в ланч-боксах. Холодные, но вполне съедобные блюда: куски батона, макароны со сметаной, суп-пюре, тушеные баклажаны.
К 18.00 мы с мужем переиграли во все игры на своих телефонах, налюбовались закатным видом из окна наболтались и изрядно проголодались.
И он отправился на поиски супермаркета. Как истинный охотник принес добычу, кучу ерунды и вредностей: чипсы, соки, вафли, батон, колбасу, йогурты и игрушку для Ани.
У проснувшейся Ани не было ни сил ни желания даже играть.
Она снова закрыла глазки и заснула.
Ночь я спала на кровати из фильмов вместе с Аней. В позе буквы Зю. Но это не важно. Важно, что Аня спала звездой и выздоравливала. Ведь во сне все болезни проходят. Муж спал на раскладном кресле. Скрипучем, зараза. Как-то в каматозе, под непрекращающийся плач детей из других палат, с туалетной бумагой вместо берушей в ушах, пережили мы эту ночь.
Утром следующего дня Аня ожила, потребовала гулять по палате с капельницей в руке и даже попросила кусок батона. А потом еще и еще. Оголодала девочка.
Около 8.00 пришла врач и сказала, что нас выписывают. Ведь анализы, взятые у нас вчера, отличные. Но распечатать они их не смогли. Ни один принтер не работает. Я округлила глаза от удивления. Удивилась тому, как могут быть отличные анализы, если вчера моя дочь была похожа на тряпочку нежели на человека. Удивилась и тому, как они не смогли за сутки во всем госпитале найти рабочий принтер и распечатать анализы. А когда на мой вопрос о диагнозе, мне ответили " ангина, пейте теперь антибиотики", я так и села на эту кровать из фильмов, глотая как рыба воздух.
Мы, конечно, быстренько собрали свои пожитки, оформили выписку и были рады вернуться в отель на такси за 35 долларов. В итоге общая сумма, потраченная нами за время пребывания в госпитале, составила около 200 долларов.
Диагноз не подтвердился. Никакой ангины, чудом излеченной физраствором за сутки, у нас не было. Политика турецких врачей ясна. Не компроментировать себя, свои отели наличием ротовирусной инфекции, вирусами коксаки и прочей бяки. Но так нагло врать в глаза...... Ух...
Оставшиеся дни прошли в постоянном напряжении и страхе подхватить еще что-то. Мне жутко хотелось домой. И Ане тоже. Она каждый день звонила бабушке по скайпу и просила у нее котлет, гречку и гренки. Мы плакали все. Кто от умиления, кто от жалости, а кто и от голода.
P.s. Спустя пару дней, гуляя по отелю, мы увидели на заднем дворе эту же машину скорой помощи, что была через 3 минуты после вызова в отеле. Возникло много вопросов: почему машина скорой помощи стоит в отеле, а не в самом госпитале и ждет вызова? Значит здесь круговая порука страховой компании, госпиталя и отеля? У всех своя выгода?остались без ответа и другие вопросы: почему мне не показали анализы, почему поставили при явных признаках кишечной инфекции диагноз "ангина"?
давай в инсту выложи что-нить)))