"У Евдокии вот-вот должны были начаться роды, и уже несколько дней она не вставала с лебяжьих перин. Конечно, хотелось бы передохнуть от душного закута, - прокатиться в санках по снежной Москве, где сизые дымы, низкое солнце, плакучие серебряные ветви из переулков задевают за дугу...
Но старая царица и все женщины вокруг, - боже упаси, какое там катанье! Лежи, не шевелись, береги живот, - царскую ведь плоть носишь... Дозволено было только слушать сказки с божественным окончанием... Плакать - и то нельзя: младенец огорчится..." "Петр Первый", Алексей Толстой.