«Пушкин убит! Яковлев! Как ты это допустил? У какого подлеца поднялась на него рука? Яковлев, Яковлев! Как мог ты это допустить? Наш круг редеет, пора и нам убираться.» - писал Ф.Ф.Матюшкин М.Л.Яковлеву. Как хорошо, что до нас дошли эти строки переписки его одноклассников, И через столько лет снова и снова пронизывает боль от этих слов, этого крика отчаяния...
В нарушение Устава капитан-лейтенант Матюшкин 14 февраля 1837 года произведет на своем фрегате «Браилов» траурный залп из всех 44-х орудий. В память о друге, поэте.

Владимир СОКОЛОВ

Убит. Убит. Подумать! Пушкин…
Не может быть! Всё может быть…
«Ах, Яковлев, - писал Матюшкин, -
Как мог ты это допустить!

Ах, Яковлев, как ты позволил,
Куда глядел ты! Видит Бог,
Как мир наш тесный обездолел.
Ах, Яковлев…». А что он мог?

Что мог балтийский ветер ярый,
О юности поющий снег?
Что мог его учитель старый,
Прекраснодушный человек?

Без описания и разворотов, просто - книги о Нём.

На Чёрной речке белый снег.
Такой же белый, как в Тригорском.
Играл на печке - ну и смех -
Котёнок няниным напёрстком.
Детей укладывают спать.
Отцу готовят на ночь свечи.
Как хорошо на снег ступать
В Михайловском в такой же вечер.

На Чёрной речке белый снег.
И вот - хоть на иные реки
Давно замыслил он побег -
Шаги отмерены навеки.

Меж императорским дворцом
И императорской конюшней,

Не в том, с бесхитростным крыльцом,
Дому, что многих простодушней,

А в строгом, каменном, большом
Наёмном здании чужом
Лежал он, просветлев лицом
Ещё сильней и непослушней,
Меж императорским дворцом
И императорской конюшней.

Апельсиновая свеча без воска.

Похожие записи