Выделенное синим шрифтом, конечно, прикол:)

Очень много текста:) Кому интересно, милости прошу!

Урок природоведения

Корреспондент «ИВ» приехал в гости к семье агрономов-селекционеров из Павловской Слободы.

Селекционное производство томатов, огурцов, перца, баклажан, салата, укропа, лука и других овощных и пряно-вкусовых растений действует в Павловской Слободе уже почти 20 лет. Чуть больше года назад здесь появился питомник - селекционеры Виктор и Ирина Лезенковы выращивают на продажу плодовые деревья. В конце ноября в хозяйстве заработала котельная, отапливающая теплицы. А это значит, что следующей весной в хозяйстве зацветут однолетние цветы.

Легкие на руку

Ирина и Виктор Лезенковы вместе закончили плодовоовощной факультет Тимирязевской академии. Уже тогда оба были влюблены в землю.

- С детства любил возиться с растениями. Я сам с Камчатки, и когда «выезжал на материк», как это у нас называлось, то всегда привозил домой либо вишню, либо яблоню, либо облепиху, - рассказывает Виктор. - Фруктовые деревья в саду на даче сам высаживал. Некоторые из них погибли, другие до сих пор растут. Они не плодоносят, только цветут, но не вымерзают.

Когда меня, как и всех детей, спрашивали: «Кем ты хочешь стать?», я всегда отвечал: «Лесником хочу быть». Мечтал уехать жить в лес, хутор построить, работать на земле. Это был мой идеал. Мама убедила меня поступать в Тимирязевскую академию.

- А я сама с юга, из Ростовской области. Мы всегда жили на земле. Пока не сошел снег, мне снится, как я вожусь в грядках. Мои знакомые шутили, что, мол, я так «заземляюсь». А я всегда хотела заниматься селекцией растений. Сейчас, правда, не до селекции - семья, дети, - смеется супруга Виктора.

Кстати, в этом году у Виктора и Ирины Лезенковых родился седьмой ребенок.

Спрашиваю у супругов: что нужно, чтобы растение выросло? Рассада - это ведь живое существо. И любовь в обращении с ним - обязательное условие?

- Кто-то говорит, должна быть легкая рука. У кого-то она есть, у кого-то - нет. Некоторые стараются, вкалывают на земле с утра до вечера, но ничего не получается. У нас вот получилось, - отвечает Виктор.

Вместо «Пути к коммунизму» - «Гавриш Слободской»

- В 1995 году после окончания Тимирязевской академии, распределения уже не было. Выпускники академии устраивались в жизни, кто как умел. Многие прямо из аудитории отправлялись на рынок - торговать китайскими носками. Меня пригласили работать агрономом на научную овощную станцию. Там я трудился два года, - рассказывает Виктор.

Его работу тогда отметил Сергей Гавриш - преподаватель академии, доктор сельскохозяйственных наук, профессор. Он и сделал Виктору предложение возглавить заброшенное тепличное хозяйство в Павловской Слободе, в колхозе «Путь к коммунизму».

- Когда-то это было большое и мощное хозяйство, но в 90-е годы оно развалилось. Колхозные теплицы отключили от отопления, а пленку не сняли. В результате половину конструкций раздавило снегом, - вспоминает Виктор.

В 1996 году, после того, как Сергей Гавриш заключил с колхозом договор на восстановление тепличного хозяйства, здесь появилось новое производство - селекционный центр «Гавриш Слободской». Практически все в этом хозяйстве надо было начинать заново.

- Изначально все держалось на нашей инициативе. Шорты надел, взял лопату и вперед! До 9 вечера, пока светло, работали. В то время денег в компании не было, зарплату платили от случая к случаю. Это сейчас в фирме работает около тысячи человек. А тогда счет сотрудников шел на единицы. Года два мы работали исключительно «на энтузиазме». Дернину убирали, поливали. 1997−1998 годы были сложные, - вспоминают Виктор и Ирина.

Вкус и цвет в одном флаконе

Виктор рассказывает, что селекционно-семеноводческая фирма «Гавриш» была создана в 1993 году, после того, как государство прекратило финансировать научно-исследовательские работы в ВУЗах страны. Тогда же коллектив селекционеров-томатников Овощной опытной станции МСХА объединился в товарищество с ограниченной ответственностью. Целью энтузиастов было продолжение селекционной работы, сохранение знаний и опыта в этой сфере.

За 20 лет малое предприятие превратилось в многопрофильную компанию. Сегодня в ее составе - пять селекционных центров в Московской и Тульской областях, Краснодарском крае и Иорданском Королевстве.

Виктор Лезенков возглавляет один из центров компании, расположенный в Павловской Слободе.

- Я стал управленцем. Уже сам лопату не беру… Хотя, нет, случается. Она вот - не руководитель, - кивает на жену Виктор. - Нет стремления или желания.

- Я считаю, это нормально. У нас классическая семья. Муж - глава, жена - помощница, - улыбается Ирина.

Селекционные центры «Гавриша» не случайно расположены в разных регионах. В каждом из них у помидоров - свои болезни. Например, в странах Ближнего Востока томаты болеют желтой мозаикой. А вот в подмосковном климате этот вирус не живет. Холодно ему тут.

Впрочем, защита растений от болезней - не единственная и не главная задача селекционера. Настоящий «помидоровод» отвечает и за вкус томата, и за его товарный вид, за урожайность и технологичность гибрида. И все эти качества в процессе селекции ему нужно объединить в одном сорте овоща.

- Можно вырастить очень вкусный и красивый томат сорта «Бычье сердце», но сорви его, положи в ящик и попробуй куда-нибудь отвезти - он помнется. При этом урожай будет - три плода с куста. Для сравнения сейчас урожайность помидор достигает иногда 60 кг с квадратного метра, - объясняет Виктор. - А еще есть мода. Да, да, не удивляйтесь. Сегодня у потребителя в фаворе ярко красные томаты, завтра - помидоры удлиненной формы, послезавтра - розовые. Маркетинг на это тут же реагирует. И перед селекционерами встают новые задачи, - объясняет мой собеседник.

Виктор увлеченно рассказывает о сложном процессе производства семян, который, оказывается, имеет много стадий. Подразделение компании «Гавриш Слободской» занимается первичной селекцией.

- Если одно из растений быстрее растет, значит, оно не типичное - его вырываем, если отстает в развитии - тоже пускаем «под нож». Это называется «грунт-контроль». Полученные в результате селекционной работы семена, так называемую суперэлиту, мы поставляем фермерам. И только потом они поступают в розничную продажу. Это сложный и долгий процесс, - говорит селекционер.

- Но это и есть самое интересное, -- включается в разговор Ирина. - Вы не представляете, сотрудники компании по ночам ходят в теплицы и обматывают ваткой цветочки томатов: нужно изолировать те из них, которые на следующий день должны раскрыться.

Ирина увлеченно рассказывает, что в 4 утра открываются мужские цветки томатов, нужно прийти собрать пыльцу. Чуть дольше «спят» женские цветки - они раскрываются в 9 утра. Вручную, специальными пыльничками селекционеры опыляют женские цветки. И не дай бог пчела занесет на растение чужую пыльцу…

Хочешь землю? Езжай в Сибирь.

Удивительное дело: в стране, площадь которой составляет свыше 17 млн квадратных километров, земля - страшный дефицит. Виктору Лезенкову, для того, чтобы «развернуться» не хватает, по его словам, каких-то 10 гектар. И взять их как будто неоткуда.

Земля, на которой расположены теплицы Виктора Лезенкова, принадлежит другим людям.

- Мы платим аренду ежемесячно. В таких условиях эмоционально очень трудно работать: нет желания, нет мотивации, - с грустью констатирует Виктор. - А я всю жизнь мечтал о земле! О той, на которой я смогу работать спокойно, не опасаясь, что кто-то мне скажет: «слышь, давай плати за аренду больше или вали отсюда».

Отказов на предоставление земельного участка под сельское хозяйство у Виктора в архиве немало.

- Есть и такой аргумент: «Хочешь землю? Езжай в Сибирь. Там тебе ее бесплатно дадут». Действительно, сейчас на Дальнем Востоке 1 га земли выдают бесплатно. Но мы ведь здесь, понимаете, в Подмосковье, в Истринском районе. И уезжать отсюда не хотим: здесь наш дом, наше дело, наше производство, которое мы вынянчивали двадцать лет…

Виктор говорит, что «на худой конец» он с семьей готов переехать в Тверскую область.

- Я там тоже буду работать, хотя мне там будет тяжелее, - с обидой в голосе говорит он.

Год назад Виктор почти решился на переезд. Нашел участок земли в 8 га. И отправился к главе одного из районов Тверской области - обсуждать детали. Разговор получился трудный.

- Я готов купить паи. Но мы должны построить базу. Есть ли у вас люди для работы? - поинтересовался селекционер у главы района.

- Нет. Все, кто не пьет, ездят работать в Москву. А кто живет здесь - пьют и работать не хотят. С этим у вас будут здесь проблемы, - прямолинейно ответила глава района.

Жена Виктора робко говорит, что тоже никуда уезжать не хочет.

- Село у нас старинное, ему более 500 лет. В церковь мы пешком ходим. Дети у нас посещают замечательную православную школу. Если нужны к врачу или купить что-то - ездим в столицу. И наши старшие дети учатся в Москве, а на выходные приезжают домой. А если мы будем жить за 250 километров? Мы ведь все это потеряем, - с тревогой говорит она.

PS: Сейчас подмосковные власти вводят в обиход новую законодательную практику, изымая землю у недобросовестных владельцев и продавая ее на аукционе тем, кто хочет и может работать по-настоящему. Может быть для таких энтузиастов, как Виктор и Ирина, это - реальный выход?

Наталья КЛАМЕР,

Фото автора

"СЕМЬ Я" супругов Лезенковых

В прошлом номере «ИВ» мы рассказывали о семье агрономов-селекционеров из Павловкой Слободы - Виктора и Ирину Лезенковых. Около 20 лет они занимаются селекцией семян овощей. Но семья примечательна не только успешной предпринимательской деятельностью.

- Саша, иди за Вовой немного посмотри. Нам надо поговорить с тётей. Надень варежки.

- А они где?

- Сань, куда ты их дел? - Ирина быстро перебирает вещи в шкафу. - Вот возьми Ксюшины, потом только положи на батарею.

Ненадолго становится тихо. Ирина заливает водой огромную, на целую роту, кастрюлю с картошкой:

- Готовим каждый день, если суп удался, его тут же съедают, - улыбается она.

Дом, где не бывает тишины

Мы сидим за большим деревянным столом. Дом Ирины и Виктора начинался с 23-квадратных метров, постепенно к нему «прирастали» другие метры и комнаты. Всего в доме живет 12 человек: сестра Виктора со своей семьей, мама Ирины, Виктор с Ириной и их дети. До недавнего времени жила и мама Виктора - год назад она ушла из жизни.

Дверь в дом, обшитая мягкой материей, постоянно незаперта. Открыв ее, я оказываюсь сразу в центре дома, звуков, голосов, дел и событий.

Коридор, ведущий из кухни, увешан детскими рисунками. Дальше библиотека - шкафы доверху заставлены книгами. В конце коридора - комната Ксюши, ей почти 12, и у нее теперь своя комната.

На первом этаже - аквариумное хозяйство. Всего 40 аквариумов - небольшое хобби Виктора. Раньше он выращивал рыбок на продажу, но в кризис они стали никому не нужны.

Во дворе обычно обитает и другая живность - гуси, утки, собака, и коза. Правда, на зиму вся эта компания переехала в «теплицы».

Во дворе я замечаю бордовый микроавтобус - на всю немаленькую семью. Еще прямо у дома большая застекленная теплица.

Чудо погружения

В семье Виктора и Ирины семь детей: Сергей (25 лет), Татьяна (19 лет), Ксения (11 лет), Саша (9 лет), Наташа (7 лет), Вова (почти 3 года) и Лида (8 месяцев).

После рождения Тани, второго ребенка, у Ирины начались проблемы со здоровьем.

- Врачи сказали, что не надо даже надеяться, - вспоминает Ирина.

Но она мечтала родить троих детей. При этом Ирина успешно работала в НИИ «Овощеводство защищенного грунта» - ученым секретарем директора - Сергея Гавриша, занималась научной деятельностью. Ей предлагали защитить кандидатскую, затем докторскую, стать доктором сельскохозяйственных наук.

А она хотела детей.

Однажды в жизни Ирины произошло чудо, круто изменившее весь ход ее жизни.

- Однажды, на день рождения фирмы, мы поехали в паломническую поездку в Оптину Пустынь, в Шамординский женский монастырь. Там настоящая благодать! Было лето, но вода в купелях холоднющая - всего 4 градуса. Со мной поехала Танюшка - она, помню, еле меня вытащила: все тело свело. Но я окунулась, как положено - три раза. Все мои болезни после этого куда-то исчезли, - вспоминает Ирина.

С почти каждые два года в семье - прибавление.

«Девушка, терпите, ничего поделать не могу»

- Все-таки отношение к многодетным в России не очень положительное. Почему так? - спрашиваю я собеседницу.

- Кто-то радуется за нас. Но часто, когда идем куда-нибудь, и за мной дети хвостиком, я ловлю на себе этот прищур. Есть такое обывательское мнение, будто рожают в основном неблагополучные. Но вот фокус: чем больше у нас детей, тем выше наше благосостояние. Начинали-то жить мы в общежитии. Сейчас все хорошо. На муже, конечно, колоссальная ответственность… - отвечает Ирина.

- Не жалеете, что пришлось отказаться от карьеры?

- Я пять лет ездила в офис, параллельно работая «на грядках». До работы я должна была одного ребенка отправить в школу, другого - в садик. Садик далеко был: надо было туда-сюда сбегать, потом переодеться. И успеть к половине девятого в Москву. Я маленькая и, помню, стою, зажатая в тамбуре электрички, мужчина пузом меня прижал и говорит: «девушка, терпите, ничего поделать не могу». Приезжаешь на работу, целый час в офисе сидишь, отходишь от этого.

И на обратной дороге - то же самое. В половине восьмого приезжаешь домой - а тут куча дел. У Сережки были нелады с геометрией, мы её вместе учили. Потом Танюшка в школу пошла. А в выходные я подрабатывала. Было очень тяжело.

Хоть я и была довольна работой - это все же мое любимое дело.

«Будто тренируешь мышцы в спортзале»

Дверь открывается: из школы пришла Ксюша с обиженным раздосадованным лицом. Девочка сняла сапог и демонстрирует маме: краска на сапоге в одном месте слезла.

- Я в твоих тогда похожу? - спрашивает она.

- Пожалуйста, -- улыбается Ирина. - Ну, бывает. Ксюша, давай кушай супчик, рис и котлетки, - Ирина наливает суп. А на пороге появляется сын Саша. На улице ребята слепили снеговика, но перчатки промокли, и мальчик показывает маме красные от холода ладошки. Ирина берет их в свои руки, согревает теплом дыхания и отправляет сына в ванну.

- Как вам удается справляться, если дома - маленький детсад?, - спрашиваю я.

- Если бы сразу было семеро - это, конечно, была бы неподъемная ноша, но поскольку они рождались в течение двадцати пяти лет... Тут как в спорте: нагрузка постепенно увеличивается, ты к ней привыкаешь. Будто тренируешь мышцы в спортзале. Тяжело только, когда они рождаются, - рассказывает моя собеседница.

Ирина признается, что большую помощь ей в хозяйстве оказывают дети. Между тремя младшими - разница небольшая, им вместе скучно не бывает! Живут в одной комнате, играют в школу, учат друг друга грамоте. Раньше перед сном Ирина каждому читала книгу по возрасту, сейчас они сами увлеченно читают друг другу.

Старшие дети уже почти полностью самостоятельные. У Сергея - своя семья. Он пошел стопам родителей, заканчивает магистратуру Тимирязевской академии, помогает родителям в делах.

Таня, выбрала неожиданный для всех путь - поступила в Строгановскую художественную академию. Первый курс дается тяжело, раньше одиннадцати вечера она домой не приезжает.

- Перед поступлением она нигде не училась рисовать. Всегда говорила: «я хочу рисовать, не как мне скажут, а как я хочу». Два года занималась, год работала лаборантом на кафедре и потом поступила. Учится на бюджете. Дети, когда платно учатся, они не всегда это ценят, - уверена Ирина.

Главное - расставить приоритеты

- И все же, какие у вас секреты, как все успевать? - удивляюсь я.

- Надо правильно расставлять приоритеты. Всего всего никогда не успеешь. Надо смотреть, какая на сегодня первостепенная задача, что на втором месте, что - на третьем, четвертом. Должно быть планирование жизни. Без него никак.

Нам соседка рассказывала, как она троих мальчиков поднимала в войну. От нас до дедовской больницы в обеденный перерыв бегала кормить детей грудью. И всех выходила. Вспоминая ее рассказы, я думаю, что у нас с Виктором не жизнь, а просто сказка - улыбается Ирина. - Часто приходится слышать: «Трое детей? В наше-то сложное время!». А мне кажется, что это просто от эгоизма.

- Мама, я сегодня поздоровался с Виталиком, а он мне руку вывернул, - растягивает слова Саша. Ирина улыбается и обнимает его.

- Мама, а что подарить девочке, которой исполняется четырнадцать? - спрашивает Ксюша, уплетая суп.

- Придумаем, может, я успею что-то связать. Когда день рождения?

Вязание - это то, чем Ирина занимается для себя. Хотя все вещи - для детей. Это и комбинезончики, и многочисленные шарфы, в том числе в виде зверей, и шапки, и еще много всего.

- Мама, я сегодня три порции гречки съел - это снова Саша требует внимания.

Ирина продолжает разговаривать со мной.

- В школе их вкусно кормят, готовят трапезные повара, - улыбается она.

Учат в школе

В семье трое школьников. Обучением в местной православной школе родители довольны. В муниципальной школе проблем было больше.

- Тяжело было, особенно до восьмого класса. Было даже такое: считалось, что учиться хорошо - это плохо, - вспоминает Ирина про Танину учёбу.

Потом Таня отправилась в лагерь «Орлёнок». Оттуда вернулась со словами: «мама, оказывается, можно быть и душой компании, и отличником - и все успевать!».

Единственное, о чем жалеет Ирина - старшие дети не ходят вместе с ними в церковь.

- Мы сами, когда они росли, в храм не ходили, и не додали им этого. Зато маленькие верят искренне. Их слушаешь, и это так интересно!,- говорит Ирина.

Секрет счастья

Я интересуюсь, нет ли желания нанять няню. Но Ирина уверена, что помощники все только портят.

- В августе муж мне сказал: «давай помощницу тебе присмотрим». Присмотрел. Месяц у меня была помощница. И что? Дети разбаловались. Все домашние дела на нее скинули. И пропало наше расписание.

Мне, конечно, было легче с няней. Но я решила, что не хочу так. Пусть лучше будет в доме не идеальный порядок, но нашими руками сообща наведенный...

Еще один секрет счастья, по мнению Ирины, заключается в подчинении мужу.

- Мужчина должен стоять во главе семьи, а женщина и при детях должна показывать, что он -- главный. И дети должны это видеть, чётко понимать, что слово отца - это закон. Мальчики с детства учатся понимать ответственность за свою семью, - говорит Ирина.

Наталья КЛАМЕР,

фото автора

п.с.. ссылки для семейной летописи

урок природоведения

"Семь Я" супругов Лезенковых

Ах, лето................

Похожие записи