Через полгода после объявления мной паники Иван заговорил. Сразу сложными предложениями в каждом предложении прилагательное, через предложение деепричастный оборот)). Не заставили себя ждать и маты. И, надо быть честной, маты ребенок услышал не от тетеньки на рынке, а от собственной мамочки. Я человек творческий и в период творческого экстаза от меня такого можно услышать...Что периодически делал ребенок.
И вот чудесным воскресным вечером у ребенка со стола падает конструктор. И слышно : билиать! Через три минуту залажу к Ивану под стол, спрашиваю как дела. Иван отвечает: билиать, он еще и рассыпался. При этом Иван очень выразительно интонирует, в тексте этого не передашь. Первый раз это было смешно до слез)))) Потом последовало три недели матюканий: при натягивании штанов, не застегивается ботинок, споткнулся, идет в горку с санками, поднимается на энный этаж по лестнице, потому что сломан лифт. Вобщем стало не смешно. Но все пропускалось мимо ушей. Ни каких акцентов на этом не делалось, по губам не били, аяяй не говорили, грустно не вздыхали. И фильтровались собственные высказывания, конечно.
Мальчик больше не матерится.
