Сразу скажу, что это лично мое мнение. Возможно, много придирок. Но мне там было ужасно. Родственники звонят, а я реву.
Так вот.
Приемное отделение
1. Заводили карточку, спросили номер мужа. Ответила. Потом поняла, что ошиблась. Говорю, мол, перепишите, пожалуйста. «Зачем? Главное, что номер какой-то есть, ничего с вами не случится».
2. Подъем на этаж (патологии). Всем начхать, что у беременных на 9 месяце с собой вещи. Нелегкие, все-таки и на себя и на малыша притащили. Никто не помогает. Сопровождающая стоит в лифте с каменным лицом, но не предложит подержать сумки. Ровно как и донести их до палаты.
Патология
Претензий почти нет, кроме одного: отсутствие сидушек на унитазах. И это не смешно, учитывая, что женщины там находятся с угрозой преждевременных родов. Добавьте к этому необходимость сдачи мочи в мааааленькую баночку в условиях отсутствия горячей воды. Женщины нагревали воду в чайниках, подмывались прямо в туалете и пытались попасть. Уж извините за подробности.
Туалет, кстати, в одном конце коридора. Всего 3 кабинки. На почти сотню беременных. Я «жила» в противоположном конце. Кто не в курсе, посмотрите на длину здания родильного отделения АМОКБ…
Родильное
1. Сопровождающая в лифте с таким же каменным лицом. Ты держишься за стенку лифта, иначе упадешь, но она стоит, как столб, и не помогает.
2. Гигиенические процедуры. Клизма ЛЕДЯНОЙ водой. Я понимаю, что горячая была отключена, но есть же газовые колонки на этот случай. «Почему не бритая, [ненормативная лексика]?». Странный вопрос. Как-то несподручно это делать с огромным пузом. Спасибо, что не порезали.
3. Роды. Схватки – это песня. Но сейчас не про них. Скажите, как можно набрать воздух, если на тебе лежит внушительных размеров докторша и давит локтем (!!!) на живот? Если у вас получится, скажите мне.
4. «Подпишите, что согласны на прививки». Через минуту после родов, пока ты еще сидишь на родильном кресле, тебе суют листок, где надо поставить 4-5 подписей. Навису. Пока тебя зашивают. И никто не предупреждал, что надо будет что-то подписывать. Если бы знала морально бы подготовилась, и ничего не подписала.
5. Вы хотите, чтобы вам помогли слезть с родильного кресла? Ну, уж нет. Мы роды приняли, а там уж как-нибудь сами ползите. У вас разрывы? Они у всех есть. Спасибо санитарке, подвела под локоть к кушетке.
6. Знаете, одной свернутой простынки на весь поток крови не хватает. Поэтому неудивительно, что после похода в туалет за мной тянулся ярко-красный след. А вот санитарка удивилась. Очень сильно. С матом.
7. С двух ночи и до семи утра я лежала там же, где и рожала. Ко мне подошли один раз. И, знаете, я пару раз вышла в коридор. Пусто. Хоть кричи, хоть не кричи.
8. Подниматься в послеродовое надо чистой. Ноги в крови? Ну, помой. Где? Вот раковина ж есть. Чем? Твои проблемы. Мыла одним запасным носком, вытирала вторым.
Послеродовое
И вот это апогей.
Я не жалуюсь на лежание весь день в коридоре: желающих рожать в АМОКБ полно, мест в палатах нет. Да я и не хотела в общую палату после опыта патологии. Сразу попросила платную. Пусть двухместную. Но зато хоть с каким-то душем и туалетом.
1. Я полдня не знала, где мой ребенок. Сначала мне было не до этого. С 9 вечера и до 10 утра я ничего не ела, если не считать воды, и меня элементарно шатало из стороны в сторону. Потом добралась до «пункта»: «Мы не в курсе, это на детском пункте спрашивай». А там никого. Уже часа три дня, а я не знаю, где мой сын. Опять иду на пункт, теперь уже детский. Все, разобрались, здесь он.
2. Никто не спросил меня, согласна ли я, что ребенка кормят смесью. Его просто кормили этой смесью, пока я сама его не нашла и не покормила естественным образом.
3. Всем начхать на здоровье родившей женщины. Если в патологии пеклись о будущей маме, в послеродовом заботятся о здоровье ребенка. День третий. Меня трясет настолько, что я не могу перепеленать ребенка: не могу пеленку развернуть. Он тем временем орет. Боюсь брать на руки, вдруг уроню. Иду на пост. «Температура есть, нет? Давление? Иди в палату, с детского поста вызовем» (ни температуру, ни давление не мерили, а на детском посту было пусто). Прошло минут 15. Иду к ним опять. Они просто смотрят спокойно ТВ. «Ты чего пришла?! У тебя ребенок уже сто лет орет! Сказали же, вызовем, иди разбирайся с ребенком!» Уже почти плачу, ибо мне плохо, а ребенок закатывается, есть отказывается. Спасибо медсестре с детского поста. Пришла, успокоила, ребенка крепко запеленала, подложила, одеялом накрыла, так и уснули с Егоркой.
4. Удобства. В этом пункте я уже не про себя. В платной палате они есть, даже из столовой еду привозили. Тем же, кто был в общих палатах, надо было жить в тех же условиях, что и в паталогии. Один туалет в другом конце коридора. Душ не работает. И это после родов, когда гигиена вообще во главе угла…
5. Столовая одна, на 3 этаже. Женщины после родов (с разрывами, после кесарева) должны были сами туда-сюда ходить по лестнице (на лифтах запрещено одним ездить). Естественно, в строго определенные часы. Не успела – опоздала.
6. Тепло. Да, в конце апреля еще не топили. В платной палате был обогреватель. Но, это же не удобство… Это ведь элементарно должны быть созданы условия для пребывания в палате новорожденного. Тепло ДОЛЖНО быть. Это не опция. Тем не менее, в общих палатах обогревателей не было.
7. Процедуры. Ощущение, что персонал там между собой не общается. Или у каждого свои правила. Каждый день (!) «технология» обработки была разная. Каждый день обещали звать на процедуры, но чаще забывали. А когда я-таки плевала на все и шла сама, оказывалось, что на кварце нет моей карточки. Ее, кстати, так и не донесли туда за 5 дней. Благо там женщина уже меня знала, и делала процедуру без нее. Градусник тоже то давали, то нет. Когда я на 4 день удивилась, мол «опять?», мне объяснили, что вообще-то, я тут уже не первый день, и должна знать, что температуру измеряют дважды в день… О как. Они не в курсе, что за 4 дня мне давали градусник только 2 раза.
8. Коррупция. Ну, это везде. Но когда к родившей женщине прямо в палату наведываются врачи и говорят «вы знаете, что врачи на выписку не спускаются?»… Т.е. как бы несите деньги сюда. Как только на 4 день моя гинеколог поняла, что ничего она от меня не получит, я осталась без ее присмотра и рекомендаций после выписки.
Вывод
Я не хочу больше рожать. И не потому, что это больно. Боль – это фигня. А вот все то, что приходится вынести после родов – спасибо, больше не хочу.