Для ребенка не было лучшей защиты от сглаза и порчи, как оказаться впервые завернутым в отцовское ношеное белье. К тому же считалось, что это гарантия крепкой любви между отцом и сыном.
Малыш лучше спал и был намного спокойнее, если над его колыбелькою вешали папашины штаны.
В старину верили, что здоровье новорожденного зависит…. От поведения молодого отца. После родов именно на него, а не на мать накладывались многочисленные запреты. Нельзя было делать резких движений, чихать, кашлять - можно напугать младенца. Пока жена кормила грудью малыша, мужу запрещалось, есть вредную для ребенка пищу и переутомляться. Если, не дай бог, с ребенком что-то случалось, во всем винили отца: не соблюдал запретов, вот и доигрался. Тут упреки и проклятия родни щедро осыпали голову и без того опечаленного родителя.
В русских народных травниках и лечебниках про горный хрусталь сообщается следующее: "Хрусталь-камень растерт и смешан с медом пресным, то мамкам молоко множится". Ожерелье из горного хрусталя, надетое кормящей, способствовало обилию у нее молока.
В некоторых областях Италии подрастающей дочери издавна поручали раскатывать тесто для макарон, поскольку считается, что это занятие развивает мышцы, обеспечивающие красивые очертания бюста.
В солнечной Италии издавна делали компрессы из смеси лимонного сока и рома для ухода за грудью. А красавицы Древнего Рима прикладывали к своей груди пластыри с кусочками лимона, соком петрушки, белка куриного яйца, чтобы грудь была белой и упругой.
В чудодейственную силу десятиминутных компрессов из равных частей камфорного спирта и водки верили наши прабабушки славянки.
Старинный секрет : если женщина мечтала о сыне, ей надлежало всеми правдами и неправдами раздобыть сорочку соседки, у которой с мальчиками проблем не было, и поносить "счастливую рубашку" какое-то время. А во время интимной близости с мужем под головой жены или на голове мужа должна была находиться мужская шапка.
Если женщина хотела дочку, она должна была ходить след в след за теми, кто кормил грудью маленьких дочек. Давать обет не есть мяса. Мужу во время любовных утех предписывалось повязывать голову женским платком.
Беременной запрещалось глазеть на пожар - от этого на лице могли появиться красные пятна.
Переступать коромысло, толкать ногой собаку или кошку - верный признак того, что ребенок будет плохо ходить.
Шить по праздникам нельзя - "зашьешь младенцу глаза и рот".
Если беременная женщина ходит тяжело, сонлива, быстро устает - родит сына. У носившей мальчиков живот выпирал "огурчиком", лицо худело и вытягивалось, вопрос соседок "Кого ждешь?" женщину не смущал.
Если ожидалась дочка, беременная женщина постоянно краснела и смущалась, живот был широкий, лицо круглое и полное.
Муж должен был "рожать" вместе с женой - стонать вместе с ней, а то и вместо нее, кричать во весь голос, корчиться, кататься по земле, изображать нечеловеческие мучения. Бывало муж "рожал" куда громче и выразительнее "главной героини" события. Она же наоборот, старалась быть сдержанной: в крестьянской среде изнеженность и неумение терпеть боль не поощряли. Любопытно, что войдя в роль, мужья и на самом деле начинали чувствовать спазмы и боли "в нутре", от чего жене "наступало послабление".
Во время родов мать и младенец считались перед всякой нечистью совершенно беспомощны и беззащитны. Они легко могли стать и становились жертвой злых духов, если бы не мужчина в доме - его злыдни боялись. Мужу достаточно просто знать о том, что жена сейчас рожает, Одно это обстоятельство пугало и отгоняло злых духов. Но, а если он был рядом с женой в трудную минуту, и говорить нечего: духам оставалось лишь выть от бессилия. Родильные духи пугались даже мужской одежды. Иногда бывало достаточно переступить через мужские штаны, чтобы роды, наконец, произошли.
Как выходили из долгой беременности наши прабабушки? Во-первых, физическая активность. Любая - от энергичной прогулки до мытья полов и стирки занавесок. Кстати занавескам придавали особое значение. Их надлежало постирать, погладить и обязательно повесить. Женщина, весь день до вечера провозившаяся с занавесками, утро по всем приметам и правилам должна была встретить уже не одна, а с наследником.
Раньше в случаях задержки с родами натирали живот касторовым маслом. Масло плюс легкий массаж считались верным стимулятором родов.
Вода, в которую положили черный янтарь, стимулирует родовую деятельность, если женщина- роженица пила ее в течение трех дней.
Во Франции к руке женщины привязывали алмаз, чтобы спасти ее от тяжелых родов. В ряде европейских стран для этих целей в левую руку вкладывали магнит.
В средневековой Европе алмаз с зеленоватым оттенком был излюбленным оберегом материнства: он будто бы давал женщине плодовитость, оберегал от выкидышей и облегчал роды.
Выбор имени новорожденному часто превращается в проблему. Раньше существовал очень древний крестьянский обычай - "окликать новорожденного". Обмыв и запеленав ребенка, перечисляли предположительно выбранные имена до тех пор, пока малыш не заплачет. И все улыбались - вот и выбрал.
Сегодня эту "работу" нередко поручают маленьким детям - тоже довольно старая, из минувших веков, традиция. В одной семье, приехав с новорожденным из роддома, первым делом спросили трехлетнего сынишку: как назвать сестренку? Малыш, не задумываясь, ответил: "Атасей!". И девочка стала Наташей.
Первой и главной фигурой на крестинах почиталась бабушка, патриарх семьи, символ незыблемой преемственности старого и нового поколений. Название главных блюд застолья - бабушкина или крестильная каша (кутья), бабушкины пироги. Готовили кашу на молоке, даже крупу замачивали молоком.
Готовую кашу украшали половинками вареных яиц. Добавляли сливки, много масла.
В крестильной каше запекали курицу ( если родилась девочка) или петуха (если мальчик).
Вместе с кашей приносили яичницу, студень, запеченный окорок, ватрушки и непременно бабушкины пироги.
Молодую мать одаривали грецкими орехами, чтобы прибывало молоко.
Как правило, угощал бабушкиной кашей всех крестный отец. По традиции горшок разбивали - это было пожеланием счастья, а затем кашу ели, собирая ложками прямо со скатерти, приговаривая: каша на ложки, а малыш на ножки.
Бабушка угощала кашей старших детей, чтобы они любили новорожденного, не обижали его в играх, брали под свое покровительство.
Для отца окрещенного младенца готовили особую кашу, "с потехой", добавляя к обычной бабкиной каше хрен, перец, горчицу или соли сверх меры. Чтоб помнил, как солоно рожать детей и растить их. И отцу приходилось не только есть ее, но и платить за угощение.