Мышь. Треугольное маленькое остренькое невзрачное личико. Это менее красивый вариант черных лис. Основа поведения – невыразительность, незамеченность. Здесь природа и материала пожалела, и красок, и сообразительности, и энергии. Ну, совсем малыш обездоленный. И судьба складывается как-то совсем кургузо. Даже не описать толком это треугольное заостренное личико. Маленькие глазки непонятно какого цвета, маленький ротик, ножки вроде и миниатюрные, но с кривизной какой-то.
Ну и с мальчиками всегдашняя проблема. При таком богатом выборе невест мышонок всегда в конце. Женихи - обычно это либо спивающийся повар из столовки, либо водитель из сельпо, либо грузчик из магазина. И когда ее сожитель начинает спиваться, у мышонка нет ни сил, ни твердости характера, чтобы противостоять разразившемуся бедствию.
Но в природе места и еды хватает для всех. И маленький мышь не отстает – всегда на прокорме. Но скольких же трудов это стоит ему! Кропотливо и терпеливо мышонок собирает свое имущество по крохам. Тяжело борется он с жизнью, все норовят пнуть мыша и загнать обратно в норку. Получается, что только тип Мышонок самый неудачливый и беспомощный? Получается, что подвид Мышь – самый разнесчастный на свете?
Нет, не надо плакать над Мышатками! Видели когда-нибудь, в какую дыру может пролезть крысеныш? В щель не больше двух сантиметров шириной. Крыса так выдвигает и трансформирует свою челюсть, что становится плоской, как картон. И препятствий для нее не существует. Пролезет везде. А как крысы достают колбасу? Даже если вы ее подвесите на люстру. Бесполезно, забудьте про колбасу – у вас ее уже нет.
Крысеныш уже позвал товарищей из подвала. Крысы встают друг на друга и маленькими острыми зубками перегрызают веревочку с колбасой.
Коллективный труд. Такой же, как у приматов. То, что не под силу другим видам животных – крысеныш освоит легко.
Так вот и девичий подвид крысеныш-мышь не всегда самый невезучий. Жена одного из акционеров пресловутого ОАО «Алмаз» – маленький провинциальный крысеныш Инна. Когда-то сбежала от своего мужа-оболтуса из родного Дятьково. Сняла комнатку с дочечкой и устроилась секретаршей в коммерческую структуру. Внимания никто не обращал из ловеласов замдиректоров на невзрачную серенькую офисную мышь, и хорошо. У Инны были другие цели. Нужна была хорошая кормовая база для дочки. То есть муж. Проанализировав список топ-менеджеров, Иннусик нашла кандидата. Ботаник Ипполит, 37 лет. Не женат и никогда не был. Маменькин сынок. Жил с маменькой в старой антикварной квартире на Староневском. Папа, профессор-ядерщик, давно почил в Бозе. Сынок наследовал и склонность к точным наукам, и диковатость натуры. Умен, нелюдим и зануден. Не замечен в связях с женщинами. Неподступный экземпляр.
Девушек приличных еще и шокировали Ипполитовы старые стоптанные сандалии, через которые торчали черные носки. Ипполит был скуп до неприличия. Книги заворачивал в газету, чтобы не стиралось золотое тиснение на обложках. Девушки отступали, даже не приближаясь. Так бы и прожил Ипполит с маменькой до старости, если бы не попался на пути Мышонок. Инночка на работе анализировала кандидатов в женихи не одна. В анализаторы незаметно для самого себя попал Директор, у которого она сидела секретарем. Поднося ему утренний кофий, Инночка одного за другим расхваливала его заместителей, превознося их мелкие достижения. И внимательно слушала, что будет говорить бизнес-дядя.
Про одного скажет – да это его работа. Про другого – дармоед. А вот про Ипполита – чудик головастый, далеко пойдет. Поспрошала у коллег – завистников. Злобно зашипели про сандалии и заштопанные рубашки и смятый пиджак. Точно, решила Иннуся. Пойдет далеко.
Ребеночка отправила к бабке в Дятьково. Нечего пугать ботаника раньше времени. Подслушала телефонный разговор Ипполита с маменькой об отъезде на дачу в Комарово. Как серый собрат, пролезла к нему в квартиру практически в двухсантиметровую щель. Днем еще стащила со стола его старый ежедневник и спрятала до поры. Ипполит искал-искал до вечера, ну не ночевать же на работе! Пожаловался на пропажу Инночке – вот умница, сидит и работает допоздна! – и поехал домой почивать. Только разогрел дома маменькины котлеты – звонок! Инночка умница, нашла ежедневник и привезла – не поленилась! Пускать не хотел – лениво, но человек ведь старался – вез!
Так вот Инночка и осталась ночевать под предлогом – далеко ехать и страшно. Как-то по незаметненько Инночка осела в антикварной квартирке. Познакомилась с маменькой. Кроме слов «люблю-люблю Вашего сына» Иннуся ничего маме первый год не пищала. Надо было закрепить позиции. Вообще мало говорила. Держалась лапками и зубками за короткие Ипполитовы штаны. По тихому забеременела, за месяц до родов развелась со своим пропойным истериком, сгоняла в Дятьков. И за неделю до родов женила на себе Ипполита. Тихо и незаметно. Никто ничего и не понял. Потихоньку привезла в старую петербургскую норку своего первого остроносенькую дочку, устроила в престижную школу. Не прогадал наш крысеныш.
Через годик забрали головастого Ипполита в Москву. Да в алмазные насыпи. Большому бизнесу нужны головастые, не горшки ведь там в Москве лепят. Головастый Ипполит выбил себе акционерство, да ушел с нашего скромного поднебесья в сверкающие райские горизонты. А крысеныш Инночка, как ее животный прообраз крыска, вцепилась зубами в Ипполитов золотой корабль и никакая сила ее из трюма Ипполитова уже не выдернет. Хватка у крыс, как у бультерьера. Выдернуть ее можно только с куском обшивки корабля. Детки в Англии, Ипполит, по ботанизму врожденному, не помнит, чей его дитеныш, чей не его, различий не делает, обеспечивает образование.
Мамка так и осталась в антикварной квартире. Инночка пуповину Ипполиту тихо перегрызла маленькими зубками:
– Маманя старая, да в маразме, да ей одной легче. Да так любит Питер и Эрмитаж – каждый день ходит – ну куда ей в Москву?
А чтоб по котлетам не тосковал – выписала собственную маманю домой. Так сказать, в поддержку своего, крысиного лагеря. И живет Иннуся в маленькой Сказке Шарля Перро «Щелкунчик и Мышиный король». Только теперь в этой сказке конец будет другой. Не победит Мыша Щелкунчик Ипполит. В этом я не сомневаюсь. Иногда из поднебесья спускается к нам крысеныш Инночка, тянет и ее на родную помойку похвалиться перед товарками и шкварок погрызть.
Вся в серебристых шкурках, непохожая уже на простых крысенышей, серых подружек, а прям сияет светом Фаворским, как бы говоря нам:
– Не плачьте друзья крыски! Не век сидеть вам на этой помойке. Посмотрите на меня – рай есть! Принесла вам весть чудную. И вы попадете туда! Только надейтесь! Может, конечно, не в этой, но в следующей жизни! – кричит нам она уже с небес, воспаряя обратно в свою сказочную жизнь.
Утешение приносит нам этим Инночка, и долго-долго помним мы ее блестящую, в обрамлении крыльев за спиной.
Ах, ангел-мышечка, прилетай к нам почаще!
– И подарков вези! – шипит за спиной толстая Верка – моя подружка.
Вот вечно она, меркантильная, все испортит!
Крысят наших с одного раза не убьешь. Попользовать можно, но в итоге они таки выйдут маленькими серыми победителями. Я в это верю. Так же как в то, что крысы выживут в атомной катастрофе и, скорее всего, будут наследовать землю. Когда человечество по какой-нибудь своей очередной дури сойдет на нет – останутся Мышата. Кстати, пример удачливости в этом подвиде – Ирина Безрукова. Так что не все так плохо. Это не тот подвид, над которым надо рыдать.
Санкт-Петербург