Вчера с мужем ухохатывались над Пряником. У нас новая тема. Мы начали курлыкать на своем языке. Но не просто так. А интимненько. А именно: с соской от бутылки с молочком во рту.
И вот картина: вечер, укладываем спать, намытый Пряник в кроватке, папа кормит из бутылочки, соска во рту, молоко втягивается, Пряник мечтательно так начинает:
Накасика-касика-каси... касика-касика...
Папа ржет, но героически продолжает кормить со словами: накошу-накошу, только лопай.
Спустя несколько минут папа устал, просит маму сменить. Мама в том же месте с той же бутылкой, Пряник снова вошел в роль, но тему сменил:
Гаи-гаи-гаи-гаи... даи-даи...
Я ржу. Ешь, говорю, гаишник мой.
Сегодня утром. Мезансцена изменилась, светло, Пряник кушает на пеленальной доске, вертит головой по сторонам, и:
Есшо-есшо-есшо-есшо...
В промежутка между кормлениями: Бу, гу, ву, а-гу и прочее. Но вот что происходит во время кормления, что появляются столь многозначительные слова - загадка!
