По существу:
Звонит телефон. Я переодеваю Алёнку, поэтому подходит бабушка. Это наша педиатр. Бабушка предлагает позвать меня. Бабушка видит, что Алёнка на столике, знает, что я не могу ее там оставить одну. Бабушка держит трубку в руке. Я прошу подойти к Алёнке. Она начинает шипеть: "Как я к ней подойду?! Возьми трубку быстрее!".
Приходится бросить ребенка и подойти к телефону. Благо, это два шага. Я, конечно, не понимаю, почему трубку без присмотра оставить нельзя, а ребенка можно, но, наученная горьким опытом, делаю, как мне велено. Говорю только: "А не могла бы ты трубку просто на тумбочку положить?". Пусть, думаю, орет, зато в следующий раз, может, будет больше о ребенке беспокоиться, чем о каком-то дурацком телефоне за 300р.
НО ОНА НЕ ЗАОРАЛА! УРА! Это моя первая маленькам победа. Даже наоборот, увидела, что что-то не так:
- Ой, а что это я трубку, на самом деле, рядом не положила? Что-то Баба совсем...
ОНА НЕ ОРАЛА! Представляете?
Более того, вечером того же дня у бабушки снова была серьезная (по ее шкале) причина наорать на меня, но она снова не разоралась!
:-)))
Пока я говорила по телефону с педиатром, бабушка меняла Аленке подгузник. И застегнула очень туго. Все-таки рука у нее тяжелая (это я помню по редким, но метким подзатыльникам из детства) - разряд по волейболу, как-никак. Через 3 часа я стала менять подгузник, снимаю ползунки - а у нее весь животик перетянут, как корсет у какой-нибудь обморочной барышни из сериала про придворную жизнь.
Снимаю памперс - на животике следы и вмятины, на боках красные потертости. Алёнка не жаловалась, конечно, но все равно мне так жалко ее стало, чуть не до слез! Три часа в этаком "поясе верности"! Я говорю: "Ой, неужели это мама тебе так памперс надела? Как баба Галя тебе туго застегнула", стала ей целовать животик, говорить "бедненькая моя". Я очень аккуратно выбирала лексику, чтобы не обвинять бабушку, не высказывать оценку, не упрекать.
Бабушка тут же стала заводиться: "Ну, Алёночка, тогда пусть мама тебе памперсы всегда надевает". И типа я ее оскорбила, и раз я такая вредная, то пусть Алёнка лежит в неменянном памперсе. Если учесть, что два дня назад она отказалась ребенка умывать по утрам, а до этого отказалась "разбираться с коляской", массаж она не делает, хотя прошла специальные курсы, платный массаж заказать не разрешает... В общем, у меня руки опустились. Чем я ее оскорбила? Тем, что пожалела и приласкала собственного ребенка? Чем, что заметила, что она неправильно надела памперс? Но я же это не придумала, она _на самом деле его перетянула_ так, что застежки-липучки оказались вплотную друг и другу. Да я же понимаю, что каждый может неправильно надеть памперс, все учатся не сразу (пять месяцев - это же так мало, чтобы научиться надевать памперс!), но это же не значит, что мать не может пожалеть своего малыша, когда взрослые делают ему бяку. Значит, и ту ласку, которую Алёнка может получать от меня, теперь будет регламентировать климактерическая мегера?
Но мои опасения оказались на этот раз напрасны! ОНА НЕ ОРАЛА!!! Ура! Конечно, в каждом таком случае надо быть готовой к тому, что климакс победит здравый смысл, и бабушка накрутит себя до серьезных децибелл, как бы я ни старалась ни словом ни жестом не ставить под сомнение ее маразматические гипотезы. Но все равно приятно хотя бы то, что здравый смысл в ее голове все-таки есть и даже изредка борется с климактерическими припадками. Моя мама еще не совсем климактерическая мегера, и вместе мы еще повоюем с этим долбаным климаксом! Может быть, если я буду больше стараться, чтобы полностью прогнуться под климактерические припадки, они перейдут в латентную форму, очень на это надеюсь.