Подготовка.
1.Накануне трехлетия Матвей стал по собственной воле и инициативе играть с незнакомыми детьми. Сам смело вступал в контакт, легко вливался в предлагаемую игру или был сам ведущим. Это было для меня первым и самым главным критерием того, что ребенок готов.
2. Режим. Мы сделали почти садичный. Я научила вставать его по будильнику и заметила, что даже если он мало спал, то все равно довольно быстро приходит в хорошее настроение. Это был второй критерий готовности.
3. Доверие ко взрослым. Это третий критерий. Он легко и на равных говорит с любым взрослым. С незнакомым взрослым в том числе.
4. Медосмотр был самым суровым испытанием. Панический страх врачей мучил Матвея с перелома руки. Мы придумали игру, что сами мы врачи и это мы идем всех лечить. Вернее раздали всем докторам справки в бассик. Страх полностью исчез к последнему визиту.
5.Выбор садика.
Садик был крут. Заведующая очень милая женщина, прошедшая курсы техники продаж. В садике особое внимание обучению. Прогулки и питание. Многолетний опыт воспитателей.
Первый день.
Мы пришли с утра. Ребенок в группу убежал бегом. Группа вторая младшая. Трехлетки. На тот момент это была группа полностью адаптированных детей, кто ходит с 2х лет. Около 16 человек. Матвей первый новенький, вводимый в группу. Касота. Никаких детских драм.
Мне сказали забирать в 12. В группу дали мельком заглянуть.
На этом позитивная часть заканчивается. Беременным, кормящим, патриотам и тем кто верит в основные советы по подготовке, просьба не читать.
В общем вышла я на улицу. В голове твердая мысль, что ребенок в порядке, что воспитка супер, а моя просьба звонить если что, будет выполнена. Села на лавку, книжку читаю. Минут через 30-40 звоню сама, спросить как сын. Ответ примерно такой, что ревет, успокаиваем, на прогулку не возьмем, пусть в группе с няней посидит, обстановку изучит.
По скольку сидела я на территории сада, долго бежать не пришлось. Сына забираю, он от всхлипываний подергивает головой. Такой пиздец означал одно, Матвей ревет давно и чувствует полный тупик. Оттого и нервный тик. На улице меня спрашивает, купила-ли я ему конфет. Ну так ему воспитка сказала, что я за конфетами ушла. Несу на руках. Дома развеселились, поели и он лег спать. Вскакивает в испуге со словами "мама, я не хотел, а они меня не пускали". В меня вцепился и дальше уснул.
Поскольку я решила не переводить острый эксперимент над психикой ребенка в хронический, то утром мы пошли в сад всей семьей. Я настояла, чтоб заведующая меня пустила в группу. Муж вызвал воспитку, выслушал ее взгляд на то, что вчера произошло и как они помогали Матвею не зайтись истерикой. Ответ был такой, что плакал он не сильно, они ему машинки показывали, за ручку водили, на коленках карточки показывали.
Заходим в группу. Матвей, который вчера бежал туда, сегодня в панике держал меня за руку.
И как только я туда зашла, мне стало понятно, почему супер контактный Матвей, зашелся там до своей самой сильной истерике за последний год с момента травмы.
Игрушки-машинки, мозаики и огромные куклы. Фигурки животных приклеены-смотри и не трогай. Сюжетно-ролевую игру не придумать.
Дети. Трехлетки. В учреждении с 2х. Похоже, что их там как бы и нет. Они не бегают, не говорят особо. Не играют между собой. Они просто передвигаются с места на место, воспитка носится между ними. С голосом до тошноты сюсюкательным сует им то, мозаики, то пазлы и растворяется.
В 10.30 команда всем на горшок. Всем. Девочки идут строем, потом мальчики.
Обучение. На проекторе врубают мульт. Американский типо развивающий. Дети по команде сидят и вторят воспике- петушок кукаре-ку, корова, еще кто-то там- ферма. Типо дети выучили домашних животных.
Даже со мной Матвей взвыл там через час. Я честно до этого старалась, я пробовала разыграть детей, поиграла с Матвеем во все что нашла. Но дети без эмоций. У них вообще их нет, никаких. Они реагируют на команды воспитки, но не идут на игровой контакт вообще, никто. А их 15.
За это время воспитка говорит, что Матвей халерик, а ей легче с флегматиками. "Их посадишь, чем-нибудь займешь, они сидят, пока его не ткнешь."
"Вы попоите его Танотеном"
Матвей вывел меня в коридор. Там в группу напротив, входит мальчик активный и контактный. Споашиваю, что за группа- средняя. На год-два старше. Слушаю, как говорит воспитка, не сюсюкает. Идем к заведующей. Долгий и трудный разговор о том, чтоб нам дали возможность там побыть и если есть места перейти. Дали.
Заходим. Дети живые, носятся играют, балуются. Игрушки намного лучше. Матвей там ожил. Начал носится с ребятами. Но они ушли быстро гулять.
У меня отлегло. Я подумала-вот оно решение.
На прогулке. Меня облепило человек 5, дети голодные до внимания и активной игры. Воспитка выполняет функцию контролера. Не лезь, не беги. Пять минут разрешает детям попинать мяч. Дети агрессивны. Кто-то явно, кто-то просто не понимает, почему нет. Дерутся на моих глазах двое. Воспитки нет, не до не после. И вот команда воспитки- на веранду. И все. Дети, живые и разные, только что скачущие становятся теми самыми покорными и безликими трехлетками, которых я видела.
Воспитка половину уводит в сад. Вторая половина сидит. Сидит...сидит...долго так сидит...потом все-таки берет мяч. Тут же девочка лет пяти, жестко троллит мальчика лет 4х. Я каким-то чудом разрулила, тк мальчик подружился с Матвеем. И тут появляется снова воспитка. Одно слова и детей снова как приклеили к веранде. Открывает книжку Буратино. Матвею фиолетово. Он сидит с мальчиком и тянет меня уйти бегать. Мальчик явно хочет с нами. Я вижу, что заунывный голос воспитки фиолетов всем детям. Они тупо сидят и тупо смотрят. Мы уходим. Мальчик, друг Матвея, говорит...уходить нельзя...и тутже тупо как все начинает смотреть вниз.
Мы вернулись через три минуты, а чтение уже закончилось.
Колонну выстроили и повели есть и спать.
Теперь понятно, почему многие помнят, что не спали в саду.
Дети не удовлетворены в двигательной активности. В интеллектуальном развитии. Пусты эмоционально.
Детское веселье в нашем хорошем с виду саду воспринимается, как бунт в колонии.
Мы вернулись и уведели, как трехлеток ведут с прогулки. По лестнице за руку с няней, по очереди. Со словами осторожно, не упади. Дверь на лестницу закрывают.
Я одела Матвея и твердо решила никогда туда не возвращаться.
Это игра в детское сумасшествие. Ребенок, испытав жесткий стресс, перестает есть, говорить и спать. Психологи пишут, терпите пройдет. Конечно, детский организм полон компенсаторных возможностей. И откровенный невроз называют адаптацией. Но никто не знает, чем этот опыт аукнется в пубертате или в зрелом возрасте.
Я долго думала, почему советская система так хорошо выжила в этой сфере. Что подмена истинного Я коллективным, считается нормой и правилом. Нас готовят к этому с самой ЖК. Хамят, унижают, ставят несуществующие диагнозы сначала матерям, а потом и детям. Лично я из РД выписывалась с мыслью, что наконец-то этот поток негатива закончен. Но потом начинается детская поликлинника, которая мало чем отличается от ЖК. И приемы отрабатываются уже на детях. Потом ребенок, конечно, должен пойти дальше по цепочке...и вот и советский дет сад подхватывает эстафету.
Я очень надеюсь, что в правилах есть исключения. Есть и хорошие врачи в ЖК, и педиатры, и воспитки. Но наш опыт пока был, к сожалению, вот такой.
