В далёком от нас Ливерпуле,
Где вечны туманы и мгла,
Крутого замеса бабуля
В поместье богатом жила.

Жила бы себе, не тужила,
Играла в крикет на лугу,
Да бабий свой глаз положила
Она на немого слугу.

А Герберт, хоть был недоучкой
И еле считал до семи,
Дружил с импозантною сучкой,
Которую звали Mими.

Не вышло б у нас разговору,
Тут не о чем слово держать,
Когда бы, в ту самую пору,
Мими не собрáлась рожать.

Старуха коварная, злая,
Горбатого стала лепить:
В канун детородного лая
Велела Мими утопить.

Му-мукнуть Mими не успела
И сделать иные дела,
Но главное сделала дело:
Уже под водой - родила!

Снимали цилиндры мужчины,
Волна уносила венок,
Когда выплывал из пучины
Слепой криволапый щенок.

Заткнут ли свободную глотку
Нам каверзы вредных бабуль? -
Он шваркнулся мордой об лодку
И тявкнул победно: "Буль-Буль!"

Джентльмены одёрнули фраки,
Гуднул пароходный гудок...
Вот так появились собаки
Английской породы
БульДог.

Чествуем погибших и живых,
Тех, кто пал, Отчизну защищая,
Имена навек запомним их,
Жизнь они свою за нас отдали.
С каждым годом все короче ряд
Очевидцев тех боев кровавых,
Пусть же взрывы больше не гремят,
Не тревожат застарелой раны.
Их геройский подвиг не забыть,
Пусть года бегут неумолимо,
Но сирени бархатная кисть
В ветеранов честь цветет неопалимо!

Ты спишь, мой маленький дружок,
Невинно сердце ангелочка.
К кроватке тихо подойду,
И поцелую тебя в щёчку.
Я осторожно, чуть дыша,
Тебя прикрою одеялом.
В тебе живёт моя душа,
В ребёнке маленьком усталом.
Ты повернёшься на бочок,
Во сне беспечно улыбнувшись.
Спи сладко, мой родной сынок,-
Шепну, волос твоих коснувшись.
Твой сон безропотно хранить
Я буду тёмными ночами.
Ах, господи, не дай постичь
Ему тревоги и печали.
В ручонку утром положу
Подарок зайчика лесного.
Нет ничего милее мне
Твоего взгляда озорного.
А как проснёшься, подойду,
Увижу радость в милых глазках.
Как хорошо, что малыши
С такой охотой верят в сказки.
Ах, мамочка,- шепнёшь ты мне,-
Кто был сегодня, угадай ка?
Ко мне из леса приходил
Мой добрый друг, пушистый зайка!
И радость, и восторг в глазах,
И смех разливистый и звонкий,
И расцелую я твои
Подарок сжавшие ручонки!

Взрослые! Если грустите,
Кошки скребут на душе –
Детство в аптеке спросите:
В капельках или в драже.

Пару цветных витаминок,
Капелек с сахаром пятъ –
И босиком без ботинок
Прямо по лужам гулять.

В ваших глазах отразится
Небо такой синевы...
Солнцем, травинкой и птицей
Будто бы станете вы.

Снова деревья большие,
Хочется петь и играть!
...Может, вы даже решите
Больше детей не ругать?

Детства волшебное царство –
Радость весёлых проказ...
Жаль, что про чудо-лекарство
Мамы не знают пока.

Но не беда! Слава Богу,
Вместо чудесных затей
Взрослым придут на подмогу
Смех и улыбки детей!

Света Карпова, 13 лет

День со счастья начинается,
Счастье встало раньше всех!
Счастье маме улыбается,
Развернув улыбку в смех.

Счастье по полу зашлёпало,
Босиком и без штанов,
Моё счастье голопопое,
Несмышленое оно,

Шабутное и несмирное,
Тут – ломает, там – крушит,
Над губой – усы кефирные…
Вот оно ко мне бежит!

"Мой милый, что тебе я сделала?" Автор: Цветаева М

Вчера еще в глаза глядел, А нынче — все косится в сторону! Вчера еще до птиц сидел, — Все жаворонки нынче — вороны! Я глупая, а ты умен, Живой, а я остолбенелая. О вопль женщин всех времен: "Мой милый, что тебе я сделала?" И слезы ей — вода, и кровь — Вода, — в крови, в слезах умылася! Не мать, а мачеха — Любовь: Не ждите ни суда, ни милости. Увозят милых корабли, Уводит их дорога белая... И стон стоит вдоль всей Земли: "Мой милый, что тебе я сделала?!" Вчера еще — в ногах лежал! Равнял с Китайскою державою! Враз обе рученьки разжал, — Жизнь выпала — копейкой ржавою! Детоубийцей на суду Стою — немилая, несмелая. Я и в аду тебе скажу: "Мой милый, что тебе я сделала?!" Спрошу я стул, спрошу кровать: "За что, за что терплю и бедствую?" "Отцеловал — колесовать: Другую целовать", — ответствуют. Жить приучил в самом огне, Сам бросил – в степь заледенелую! Вот, что ты, милый, сделал — мне. Мой милый, что тебе — я сделала? Всё ведаю — не прекословь! Вновь зрячая — уж не любовница! Где отступается Любовь, Там подступает Смерть-садовница. Само — что дерево трясти! — В срок яблоко спадает спелое... — За всё, за всё меня прости, Мой милый, что тебе я сделала! 14 июня 1920

На дереве высоком у дороги,
Вниз свесив то ли руки, то ли ноги,
Сидят с довольным видом осьминоги.
Зачем они сидят там, в небо глядя?

Недавно мне поведали бульдоги
В одном весьма секретном диалоге,
Что осьминоги там, вниз свесив ноги,
Не просто так сидят, а рифмы ради.