Коллеги наряжают ёлку:
- А вот этого пришельца вон туда, поближе к верхушке…
- Это не пришелец, это космонавт.
- Ну, да, космонавт… А почему он тогда такой зелёный и всё время заваливается? Не держится на ногах, смотри: я его креплю, а он - хоп! - и на бок.
- Может, он просто пьющий?
- Космонавт?!
- Хм… Да, действительно… Тогда, наверное, пришелец. И пьёт потому, что грустит о родной планете.
- А почему тогда обратно не летит?
- Там ему ещё хуже - там он грустит о Земле.
Пришелец смотрит на них из-под шлема, на шлеме написано «СССР», на лице написано: «да вешайте уже, наконец, и отвяньте», и я, в принципе, понимаю, почему он так и мотыляется между двумя мирами, запойно тоскуя в прошлом - по будущему, а в будущем - по прошлому. Где-то мы с ним даже внутренние братья. То есть, он мне - брат, а я ему - сестра.
- Нет, - говорит коллега. - Всё-таки, космонавт. Упал с неба, запутался в ёлке - с кем не бывает? Повесь рядом с ним конфетку. Вон ту, в виде бутылочки шампанского…..
- А вот этого спортсмена куда?
- Это не спортсмен. Это Снегурочка.
(Таня Агеева) 
...В одной руке - блокнот, в другой - карандаш, между оттопыренным ухом и вздыбленным плечом - глухо попискивающий мобильник.
- Так. Так… Юбка синяя плиссировочная. Понял. С фонариками? Погоди… Куда там у ней фонарики привешены?... А-а-а, не у юбки, у блузки! Не, ну, чё, не могла нормально объяснить, что ли? Значит, фонарики… Записал…. Погоди! Стоп! Стоп! Ей же в школу уже через два дня! Как я за два дня найду всю эту плиссерню с фонариками?! Нет, я понимаю, что в шкафу слева, но ты тоже соображай! Два дня же всего осталось! Как я их за два дня-то найду?!
