о вирусных инфекциях в постковидную эпоху
Перевел для вас интересную статью (https://www.statnews.com/2022/...) с ресурса STAT про иное течение вирусных инфекции в постковидную эру. Автор не врач, а медицинская журналистка, но журналистка заслуженная: Хелен Бренсуэлл - постоянный автор на темы инфекционных болезней и глобального здравоохранения, держит руку на пульсе всех эпидемий и пандемий со времен вспышки SARS в 2003 году. Была прикомандирована к CDC и Гарвардской медицинской школе. Получила несколько престижных наград с блестящую работу в медицинской журналистике.
Несмотря на то, что в тексте всего 2-3 мысли, которые разжевываются разными экспертами (как это принято в американских текстах), это хорошая пища для ума. Особенно для молодых врачей и врачей первичного звена, которые думают, что уже собаку съели на сезонных инфекциях.
Вирусы, которые были в отпуске во время пандемии ковида, вернулись - и ведут себя непредсказуемо
Почти два года, пока пандемия ковида уносила жизни по всему миру, другие инфекции были в отпуске. Теперь, когда мир быстро сворачивает меры по сдерживанию ковида, вредоносные вирусы и бактерии возвращаются - и ведут себя непредсказуемо.
Смотрите, что мы видим в последнее время.
Последние две зимы мы наблюдали легчайшие сезонные эпидемии гриппа в истории. Но число госпитализаций из-за гриппа выросло в последние две недели - в мае! Аденовирус 41 типа, который раньше вызывал относительно безобидные эпизоды желудочно-кишечных болезней, вероятно, ответственен за развитие тяжелых гепатитов у здоровых маленьких детей.
Респираторно-синтициальный вирус (РС-вирус), обычный возбудитель зимних простуд, вызвал крупные вспышки среди детей в США и Европе прошлым летом и ранней осенью.
А теперь еще и вирус оспы обезьян, который обычно находят только в Западной и Центральной Африке, вызвал беспрецедентную вспышку в более чем дюжине стран Европы, Северной Америки, Ближнего Востока и Австралии. Только в одной Великобритании ко времени написания статьи зафиксировано больше 70 случаев.
Эти вирусы те же, что и раньше, а вот мы - другие. Начнем с того, что из-за ковидных ограничений мы уже давно не обновляли/приобретали иммунную защиту. Теперь куда большее количество людей в популяции уязвимы. И это повышение уязвимости, по мнению экспертов, означает некоторую шаткость в попытках достичь нового, постпандемийного баланса с вызывающими болезни микробами.
Нас могут настигнуть куда большие волны инфекций. Иногда они могут вывести на свет проблемы, которые раньше не связывали с этими возбудителями. Инфекции могут циркулировать в то время или в тех местах, когда и где они обычно не циркулировали.
«Думаю, мы можем ожидать неординарных проявлений, - говорит Петтер Бродин, профессор детской иммунологии в Лондонском Императорском колледже. - Не обязательно по-настоящему тяжелых. Я имею в виду, что это не конец света. Но, думаю, и не вполне нормально».
Марион Коопманс, глава отделения вирусологии Медицинского центра Университета Эразма в Роттердаме, верит, что впереди нас ждет время, когда будет трудно предугадать, чего ждать от казалось бы давно знакомых инфекций.
«Я думаю, это весьма вероятно», - говорит Коопманс.
Она полагает, что этот феномен - нарушение нормальных паттернов течения инфекций - может быть особенно ярким при заболеваниях, в распространении которых важную роль играют дети.
Маленькие дети обычно служат магнитами и усилителями для микробов. Но их жизнь сильно изменились во время пандемии. Многие проводили время дома, не посещая детских садов и очного обучения. У многих было куда меньше контакта с людьми вне дома, а когда такие контакты были, эти люди часто носили маски.
А дети, рожденные во время пандемии, могли прийти в этот мир с меньшим количеством антител, которые они получили от матерей внутриутробно, потому что эти матери также не контактировали с РС-вирусами и другими патогенами во время беременности. Об этом говорит Хьюберт Нистерс, профессор клинической вирусологии и молекулярной диагностики в Университетском медицинском центре Грёнингена.
Коопманс рассказывает, что исследование, в ходе которого ее команда исследовала антитела в крови маленьких детей, показало влияние того, что она называет «медовым месяцем инфекций».
«Мы видим, что у детей на втором году пандемии намного меньше антител к ряду частых респираторных вирусов. Они просто меньше с ними контактировали», - говорит она.
Эти факторы могут объяснить недавнюю вспышку необычных гепатитов у маленьких детей. Ученые, исследовавшие эти случаи, думаю, что они могут быть вызваны, по крайней мере частично, аденовирусом 41-го типа, потому что его находят у значительного числа заболевших детей. Эта вероятность озадачивает, потому что раньше такого заболевания при инфицировании этим вирусом не наблюдалось.
Но некоторые ученые теоретизируют, что этот вирус всегда мог отвечать за небольшое число гепатитов без выявленной причины у детей, которые случаются ежегодно. Может быть, размышляют они, в последние 8 месяцев было куда больше инфекций, вызванных аденовирусом 41, из-за возросшей уязвимости среди детей. Это, в свою очередь, могло сделать видимой проблему, которую раньше никто не замечал.
«Я думаю, что иногда, чтобы связать редкие осложнения с частыми болезнями, вам просто нужно достаточное число случаев, - говорит Кевин Мессакар, специалист по детским инфекциям из Детской больницы Колорадо. - И есть подозрение, что именно это сейчас происходит с этими случаями гепатита».
Вызванное пандемией нарушение обычных паттернов распространения инфекций означает, что даже взрослые не вырабатывали те уровни антител, которые обычно достигались постоянными контактами с микробами. То есть пул уязвимых людей еще больше.
Эксперты по гриппу, например, волнуются, что когда вирусы гриппа вернутся по-крупному, наличие прослойки людей, которые давно не контактировали с вирусом гриппа, может привести к очень тяжелой сезонной эпидемии.
Коопманс говорит, что некоторые исследования показывают: после 1-/2-летнего периода низкой распространенности гриппа может быть резкое снижение числа людей с защитным уровнем антител. «Это означает потенциально бОльшую, более уязвимую группу взрослых», - говорит она.
«Мы говорим об эндемичных заболеваниях с определенным паттерном предсказуемости. И этот паттерн был отчасти сезонным, но отчасти он был связан с соотношением иммунной и неиммунной частей популяции. И последняя, конечно, выросла», - говорит Коопманс.
К чему все это приведет? Все взоры этой осенью будут обращены на детских больницы: будет ли всплеск полиомиелитоподобного заболевания, которое называется острый вялый миелит (ОВМ) и которое, как считается, развивается вследствие инфицирования энтеровирусом D68.
Мессакар, являющийся одновременно доцентом Университета Колорадо, изучал ОВМ последние 8 лет, с первой из волн с двухгодичным циклом, которые возникали поздним летом и ранней осенью 2014, 2016 и 2018 годов.
В 2020 году волны не было. И в 2021. Означает ли это, что осенью 2022 года мы можем увидеть намного большую вспышку, потому что большее число детей потенциально уязвимо перед энтеровирусом D68? Нам надо готовиться к этой возможности, говорит Мессакар, подчеркивая, что он сам не знает, чего ожидать.
«На сегодня все дети, рожденные в последние четыре года, никогда не встречались с этим вирусом. Мы не знаем, что произойдет. Мы не знаем, когда он вернется. Но когда он вернется, он встретит больше уязвимых детей, у которых нет иммунитета против него, - говорит он. - И такую же историю мы наблюдаем с широким спектром разных вирусов».
Томас Кларк, заместитель директора отделения вирусных инфекций CDC, говорит, что профессионалы здравоохранения боятся вспышек вакциноуправляемых инфекций из-за того, что многие дети в мире пропустили положенные им базовые прививки во время пандемии. Но теперь он понимает, что это не единственный путь влияния пандемии на инфекционные болезни.
«Мы были очень сосредоточены на недовакцинированных детях, не получивших свой стандартный набор прививок, потому что это почва для роста заболеваемости корью. Но есть также множество детей, которые не получили весь обычный набор вирусов, с которым обычно контактирует каждый ребенок».
Кларк говорит, что мы можем увидеть разницу в тяжести некоторых инфекций, потому что маленькие дети, которые были спрятаны от микробов на ранних этапах пандемии, теперь подхватывают их в более старшем возрасте. А некоторые инфекции текут тяжелее, если случаются в более взрослом возрасте.
«Увидим ли мы вскоре такую картину - большой вопрос, - говорит Коопманс. - Но я думаю, это совершенно точно заслуживает пристального внимания».
Некоторые эксперты считают, что концентрация уязвимых людей это не единственный фактор влияния пандемии на паттерны распространения инфекций.
Дэвид Хейманн, председатель экспертной комиссии, занимающейся Программой по оказанию экстренной медицинской помощи в ВОЗ, говорит, что снятие противоковидных ограничений могло способствовать распространению оспы обезьян в нынешней вспышке в Европе, Северной Америке и других регионах. Множество случаев оспы обезьян диагностировано у мужчин, которые занимались сексом с мужчинами.
После двух лет социальной дистанции, ограничений на путешествия и массовые встречи, люди сбросили оковы противоковидных ограничений и ринулись в допандемическую жизнь. Сообщения СМИ позволяют предположить, что распространению вируса способствовали массовые рейвы в Испании и Бельгии.
Хейманн, профессор эпидемиологии инфекционных заболеваний в Лондонской школе гигиены и тропической медицины, полагает, что очаги оспы обезьян могли тихо тлеть в Великобритании или где-то еще вне Африки в течение некоторого времени, но привлекли внимание публики, только когда возобновились международные путешествия.
«Если вы посмотрите на то, что происходило в мире в течение последних нескольких лет, и на то, что происходит сейчас, вы легко зададитесь вопросом, не попал ли этот вирус в Великобританию два или три года назад и не распространялся ли ниже радаров по медленным цепочкам заражения, - говорит Хейманн, который работал над ликвидацией натуральной оспы на на ранних этапах карьеры. - И вдруг все открылось, и люди стали перемещаться и перемешиваться».
Хотя все это может вызвать беспокойство в течение следующих нескольких лет, в конечном итоге все успокоится, предсказывает Бродин.
«Я думаю, что после того, как заражается большое количество людей, включается коллективный иммунитет, и вирус уходит, - говорит он, подразумевая вирусы в целом. - Правила, по которым распространяются инфекции, фундаментально не поменялись».