23 декабря вечером я уехала на роды, которые неожиданно оказались самыми трудными и долгими.
Сначала заглохла машина посреди дороги и больше не завелась. Хорошо хоть возле дома. Гоша её вручную с Матвеем заводил на парковку. Я же неслась на такси в роддом (могла не торопиться, как оказалось).
Потом, несмотря на мои надежды вернуться посреди ночи, я не приехала. Это была первая ночь в жизни Матвея, которую он провёл без меня. Я переживала, конечно. Утром они мне звонили, Матюшка плакал, ночью он просыпался три раза и звал меня. Утром я всё ещё не знала, когда вернусь домой, но знала, что нескоро.
Гоша всю ночь утешал Матвея, гладил, носил на руках и рассказывал, куда делась мама.
До выезда на роды я хотела успеть сделать торт , но не повезло, поэтому торт доделывал тоже Гоша.
Утром в роддоме мне было голодно, холодно и очень хотелось спать после бессонной ночи, когда и действа-то особого не было. Кофе-машины в больницах – хуже не придумаешь, а ассортимент «еды» - и того хуже, какие-то жуткие печеньки и вафли. Очень хотелось нормального кофе и йогурта.
И что?
Мой ненагляднейший приехал на общественном транспорте на другой конец города (машина ещё в ауте) с ребёнком ко мне. Чтобы Матвей мог подзарядиться от меня, я от него, чтобы он убедился, что мама не сбежала. Привезли мне кофе, горький шоколад мой любимый с апельсинкой и мандарин.
Вечером я вернулась почти в виде зомби, меня накормили праздничным салатом с креветками и авокадо, тортом и уложили в 7 часов спать.
Благодарить Бога надо за такого мужа каждый день, мне кажется.
Он, бедный, потом в одиночестве фильм смотрел в праздник, а мы с Мотей дрыхли, счастливые.
Следующий день стал ещё одним подарком, именно он стал рождественским праздником, проведённым в семье, большой семье с нашими любимыми и дорогими, родными людьми. Дети играли, взрослые общались и ели, ели... Очень уютно.
Часто удивляюсь, за что мне столько подарков и счастья?!
