Поехали с утра к омбудсмену большой больницы по делам "Добродействия". Есть девочка, которой нужно лечение в Чехии. Девочка русская. В России с таким не живут, а если чудо, то недолго. Сейчас ждут визу, лечатся, всё гораздо лучше, чем на родине, где девочка за два года семь раз умирала, а болезни её нет в реестре (не знаю, как он правильно называется). И вот врач этой чешской больницы по запросу органов внутренних дел, которые решают о визе, делает выписку о болезни девочки и лечении. Делает её с некоторыми фактическими неточностями, путается в хронологии, но самое главное, из бумаги получается, что всё будет с девочкой хорошо, если ей питаться калорийно. Это утрируя, но смысл такой.
Естественно, что им откажут в визе после такой формулировке дела. Мама обращается за помощью к омбудсмену. По-чешски не говорит, так что мы идём вместе. Я надеваю костюм, настраиваюсь, еду. Еду с детьми, конечно. Но хорошие люди открыли хорошее метро возле больницы и изменили маршруты автобусов, поэтому няня, которая должна была забрать детей у больницы у меня на прогулку, не приезжает. Поэтому к омбудсмену мы идём с детьми, с коляской и в костюме, да.
Елисей был прекрасен. Матвей в наушниках тоже ничего не хотел от меня. Но это не помогло. Они меня уверяли, что с медицинской точки зрения всё в отчёте правильно. Я им расписываю ужасы отечественной медицины, ужасы, через которые прошли эти конкретные люди. А они мне про буквы твердят. Мы не просили переписать заключение и не оспаривали профессионализм доктора, начали с позитива, с готовности сотрудничать. Они всё твердят про бумажки и что они не могут ей сказать, что писать.
Речь о том, что одну и ту же мысль можно выразить разными словами, можно дать информацию не в полном объёме (например, про высококалорийную еду, но замолчать, что нужны ежемесячные обследования у специалистов). Они не могут этого не понимать. Фактически они отправляют ребёнка умирать. Но они же этого не увидят. Когда я им это в лицо сказала, они даже по-другому стали о девочке говорить. До этого - безличными фразами, а тут - dit'atko. Но мы ничего не добились. Есть вариант обратиться в другую больницу за экспертизой независимой. Но вдруг они и там могут повлиять? Сегодня стало понятно, что им важнее "честь больницы", чем жизнь конкретного ребёнка.
Расстроилась, но внутри есть уверенность, что всё будет хорошо.
Потом добили конкуренты. Вместо рекламирования самих себя, они устроили показательное выступление "Мы не делаем как она", при том что наврали и переврали. Совершенно не христианские мысли о мести и гневе меня посещают. Но это первая волна только. Она прошла и осталась только брезгливость. Мне непонятно, как можно топтать другого, чтобы забраться самому повыше. Неужели не противно?
