Кто такие чужие дети? Во многих культурах, особенно восточных, нет такого понятия, как чужой ребенок. Нет детских домов, куда детей свозят на сохранение, как в камеры хранения железнодорожных вокзалов, где пахнет затхлостью и запустением.
Дети, оставшиеся каким-то образом без родителей, принимаются в семью родственников, пусть даже и очень дальних, а если нет вообще родственников, то соседи берут детей к себе и не делают разницы между своими и чужими.
Мы же живем в рамках парадигмы "свой-чужой", "друг-враг", не пытаясь вырваться из этой порочной практики.
Да, и в Турции, которую мы теперь так люто ненавидим нет чужих детей. Зато мы, обитатели Третьего Рима, увенчанные всевозможными лаврами величия, спокойно закрываем глаза на миллионную армию беспризорников, которая более чем сравнима с той, что возникла после Великой Отечественной Войны. Эта армия снесет все на своем пути и это почувствуют не только грядущие поколения, на которые нам плевать, ведь после нас хоть потоп, но и мы, те, кто может что-то сделать сейчас, но предпочитает не делать, ведь не делать всегда легче, чем идти против течения.